Ночные грезы
Нужно поскорее добраться до Джордан и Спенсера. А времени у него в обрез.
Оглядевшись по сторонам, Бо заковылял к дому, видневшемуся в самом конце поля. Он едва замечал, что дождь по-прежнему хлещет как из ведра, а одежда его промокла насквозь и противно липнет к телу. Бешеные порывы ветра валили его с ног, в воздухе стояла сплошная завеса дождя, так что Бо даже испугался, как бы не заблудиться.
Поскользнувшись, он с размаху упал в лужу. Раздался громкий всплеск. Барахтаясь в грязи, Бо вдруг с удивлением сообразил, что на нем по-прежнему его лучший костюм и элегантные кожаные ботинки ручной работы.
Мысль о том, как нелепо он, должно быть, выглядит – в подобном костюме и в таком месте, – была настолько абсурдной, что Бо рассмеялся. Да, он смеялся бы над этим до слез, если бы во всей этой истории было хоть что-нибудь смешное. Но теперь ему было не до смеха. Бо не покидала тревога.
Он попытался взять себя в руки, прогнать страхи, не дававшие ему покоя. Снова и снова он повторял себе, что Джордан и Спенсер в безопасности. Что с ними просто не может ничего случиться. Что при необходимости Джордан догадается позвонить в полицию – попросить о помощи.
Да… но что, если она так ничего и не знает о начавшейся эвакуации?
О том, что берег Оутер-Бэнкса сейчас всего лишь на каких-то пятнадцать футов выше уровня океана? Что этого вполне достаточно, чтобы их бунгало смыло волной, если урагану вздумается нанести удар именно в этом месте?
Он должен вызволить их оттуда.
Оставалось только успокаивать себя тем, что раз уж ему так трудно добраться туда, то подручным Гизонни это будет не легче.
Наконец Бо кое-как удалось доковылять до дома, который при ближайшем рассмотрении оказался ничем не примечательным сооружением вроде сарая, только недавно обшитым вагонкой. Позади него притулилось несколько каких-то фруктовых деревьев, тяжело гнувшихся под тяжестью плодов, за ними виднелся старый амбар, из-за угла которого торчала задняя часть потрепанного грузовичка. За окнами дома было темно, однако, присмотревшись повнимательнее, Бо заметил, как темноту прорезал узкий луч карманного фонарика, и осторожно двинулся к двери.
«Скорее всего ветром оборвало провода, и хозяева остались без электричества», – решил он.
Обойдя дом, Бо громко забарабанил в дверь.
Но вой ветра, похоже, без труда заглушил его стук.
Наконец, отчаявшись, он просто толкнул дверь – та, как оказалось, была не заперта – и сунул голову внутрь.
– Эй! Есть тут кто-нибудь?
Не дождавшись ответа, Бо сделал несколько шагов и оказался в крохотной кухоньке. Линолеум на полу потрескался, краска на стенах отслоилась, все вокруг, даже столовые приборы, поражало своей ветхостью.
– Стойте, где стоите! – скомандовал чей-то голос.
В дверях темной комнаты, выставив вперед обрез, стоял пожилой мужчина в белой майке. Вынырнувшая из темноты вслед за ним старушка в коротеньком ситцевом халатике и с седыми волосами, накрученными на бигуди, проворно навела на него луч фонарика. Бо на мгновение ослеп.
Сообразив, что к чему, он тут же вскинул вверх руки, сам не зная, чего в тот момент испугался больше: оружия или фонарика, луч которого страшно резал глаза.
– Постойте! – воскликнул Бо. – Э-эй, не надо! Послушайте, мне нужна помощь!
– А вы кто такой? – подозрительно разглядывая его, выплюнул старикашка. – Небось один из этих проклятых мародеров, о которых давеча говорили по ящику?
– Мародеров?! – Слегка сбитый с толку, Бо даже не сразу понял, о чем он говорит. – Хотите сказать, что кто-то в этих краях шарит по домам, воспользовавшись тем, что хозяева уехали? Ясно… Нет, я не мародер. Честное слово.
– Тогда кто вы такой? И что выгнало вас из дому в такую погоду? Чего ради вы шляетесь под дождем, когда льет как из ведра?
– Дело в том, что мой самолет упал на ваши бобы. То есть на поле.
– Нет у меня никаких бобов, молодой человек! – загремел старик. – Если хотите знать, там растет табак!
Бо стиснул челюсти.
– Ну хорошо. Пусть будет табак. Короче говоря, мой самолет упал на ваше поле, сэр. Поверьте, я с радостью возмещу вам ущерб. Однако сейчас мне необходимо позвонить.
Он уже приготовился услышать, что телефона у них нет, – этого вполне можно было бы ожидать. Не удивился бы он и если бы они вышвырнули его за дверь.
– Телефон вон там, на стене, – неожиданно миролюбиво проворчал старик, опуская обрез.
– Джейк! – испуганно взвизгнула старая леди.
– Помолчи, Эмили! Парень не врет. Эти огни, что мы видели, помнишь? А тот звук? Это, должно быть, его самолет плюхнулся на наше с тобой поле. Говорил же я тебе! А ты все – НЛО, НЛО!
И снова у Бо мелькнула мысль, что при других обстоятельствах он бы от души посмеялся над этой забавной сценой. Но сейчас он молча направился к висевшему на стене допотопному телефону.
– Ты не поранился во время аварии, сынок? – заботливо спросила старушка.
– Нет, обошлось, – улыбнулся Бо и снял трубку, моля Бога о том, чтобы телефон работал.
И почти сразу же услышал гудок.
– Спасибо, – выдохнул он беззвучно, но кого он благодарил: телефон – за то, что тот работал, или старенькую хозяйку – за заботу, он и сам не смог бы сказать.
– Кому собираешься звонить, парень? – спросил старик. Бо окаменел. Сказать по правде, он и сам не знал.
– В службу спасения, – решил он наконец. И начал набирать 911.
С ужасом и облегчением Джордан смотрела на распростертое у ее ног тело.
Из рассеченного лба убийцы струйкой бежала кровь, заливая бровь и глазницу и насквозь промочив жуткую черную повязку на месте отсутствующего глаза.
Падая, статуэтка разбилась вдребезги, и мельчайшие осколки мрамора разлетелись по всей комнате.
Какое-то время Джордан молча хлопала глазами, не в силах осознать то, что произошло.
Только услышав, как внизу грохнула входная дверь, она опомнилась.
– Спенсер! – крикнула она, ринувшись к лестнице. – Спенсер! Вернись!
Не дождавшись ответа, Джордан бросилась вниз по ступенькам, помня только одно – нужно остановить его.
Нельзя допустить, чтобы насмерть перепуганный ребенок убежал из дома. Там ведь ураган, а он совершенно один! То, что еще пару минут назад казалось ей единственной возможностью спасти его, сейчас, когда все уже было позади, выглядело совсем по-другому.
Под ее ногой на ступеньке вдруг что-то хрустнуло. Джордан рассеянно бросила взгляд вниз – осколок разбитой статуэтки. Нога внезапно подвернулась, и Джордан, сдавленно ахнув, взмахнула руками, попытавшись ухватиться за перила.
Но руки беспомощно взлетели вверх, и се вдруг с неудержимой силой повлекло куда-то… Она падала… Падала…
Кубарем скатившись по ступенькам, Джордан с грохотом приземлилась в самом низу. Ее пронзила острая боль. Правая нога торчала вбок под каким-то немыслимым углом.
От боли и досады на собственную неловкость Джордан едва не расплакалась. Однако сейчас было не до этого. Смахнув дрожащие на ресницах слезы, Джордан привстала и, охая, вцепилась в перила.
Ей показалось, что миновала целая вечность, пока она кое-как доковыляла до второго этажа, цепляясь за стену, добрела до конца коридора и принялась спускаться дальше.
– Спенсер! – крикнула она, уже догадываясь, что в доме его нет. А снаружи он вряд ли смог бы ее услышать.
О Боже, что она наделала?!
Горячие слезы заструились по ее щекам.
Оказавшись на первом этаже, Джордан захромала к двери и распахнула ее настежь. На миг ей показалось, что она ослепла. Висевшая в воздухе сплошная завеса дождя отрезала ее от всего остального мира. Бешеный порыв ветра ударил ей в лицо с такой силой, что она едва не задохнулась, а потом принялся неистово трясти дверь, словно пытаясь вырвать ее из ослабевших пальцев Джордан.
– Спенсер! – крикнула она в темноту. – Спенсер, ты можешь вернуться! Все в порядке! Все хорошо, милый! Спенсер, ты меня слышишь?!