Ночные грезы
– Слава тебе Господи! А я уж собиралась звонить по 911! – Джордан порывисто протянула руки, чтобы обнять Спенсера, но он увернулся.
Та же самая женщина, которая только что интересовалась, сколько Спенсеру лет, заметив это, участливо покачала головой.
– Моему сыну тоже четыре, – шепнула она, улучив момент, когда Джордан проходила мимо. – И он тоже в последнее время страшно злится, если я пытаюсь обнять его. Особенно на людях.
Джордан вежливо улыбнулась.
– А я вовсе и не ее сын, – объявил во всеуслышание Спенсер, обращаясь к толпе незнакомых женщин.
Внутри у Джордан все перевернулось. Схватив Спенсера за руку, она потащила его к дверям, распихивая людей и не обращая ни малейшего внимания на вопли Спенсера, твердившего, что его мама всегда требует, чтобы он после туалета мыл руки.
Затолкав Спенсера в машину, Джордан одернула себя – еще немного, и она превратится в законченного параноика. В конце концов, она ведь не преступника укрывает! «Ради всего святого, – убеждала она себя, – меня всего лишь попросили посидеть пару дней с моим крестником!»
Но как Джордан ни старалась, ей никак не удавалось избавиться от гнетущего страха.
Почему все-таки Фиби до сих пор не позвонила?
Что будет, если она вообще не объявится?
Что, если она решила бросить Спенсера, оставив его на Джордан, а сама сбежала?
Господи, что же ей тогда делать?!
Глава 5
Дождавшись, когда Энди Руни, ведущий выпуска новостей под названием «Шестьдесят минут», попрощается, и услышав мелодию, означавшую, что передача подошла к концу, Бо щелкнул пультом, выключил телевизор и потянулся. Все утро он как проклятый не разгибаясь просидел за работой и только сейчас почувствовал, какое это блаженство – немного передохнуть. «Однако хватит отдыхать, – прикрикнул он на себя. – Так, пожалуй, недолго и к дивану прирасти!»
Вскочив, Бо прошлепал на кухню, открыл дверцу узкого, как пенал, черного холодильника и принялся придирчиво изучать его содержимое. Кетчуп, горчица, майонез, масло, пара бутылок пива, белая картонная коробка с какими-то деликатесами из китайского ресторана. Она стояла в холодильнике так давно, что Бо теперь уже и не помнил, что же там было.
Вытащив картонку, Бо, не снимая крышки и не потрудившись заглянуть внутрь, отправил ее прямиком в мусорное ведро. Чего бы он сейчас не дал, чтобы поужинать чем-нибудь вроде того великолепного соте, которым потчевала его Джордан Карри!
А при одном только воспоминании о восхитительном, тающем во рту кордон-блю из цыпленка, у Бо громко заурчало в животе и во рту стала скапливаться слюна.
Почти сразу же он почувствовал и совсем другой голод – голод, который, как с неудовольствием признал Бо, могла бы утолить только она одна. Весь день Джордан не выходила у него из головы. Как он ни старался, ему так и не удалось убедить себя, что не стоит ей звонить.
«Не ей, а Спенсеру», – уточнил Бо.
Правда, к телефону подойдет сама Джордан. Они вежливо поздороваются, перекинутся парой-другой ничего не значащих слов. «Может, сегодня в голосе у нее будет больше теплоты, чем вчера, когда под конец она так явно хотела избавиться от меня», – с надеждой подумал Бо. Возможно, случится чудо и что-то вспыхнет между ними…
«Черт побери, о чем ты думаешь, Бо?!»
Ему вовсе не хотелось, чтобы у них что-то было. Он вовсе не мечтал о каких-то там романтических отношениях. «Достаточно только вспомнить, чем закончилась идиллия с Лайзой», – фыркнул Бо. Под конец ему ничего не оставалось, как только признаться себе, что он просто использует ее. Она этого не заслуживала. Именно это он и пытался ей втолковать перед тем, как они окончательно расстались. Что она заслуживает куда большего, чем он может ей дать, что ей нужен мужчина, который даст ей счастье и на которого она может рассчитывать. С которым ее ожидает будущее. Зачем ей он, Бо, человек, который до сих пор не в состоянии покончить с прошлым?
Губы его горестно скривились. С трудом заставив себя отвести взгляд от телефона, Бо вернулся в гостиную. Прихватив валявшиеся на столике газеты, он снова уселся на диван.
Бо решил, что не станет звонить Джордан Карри. Во всяком случае, сейчас, когда он чувствует себя таким разочарованным, уставшим и уязвимым.
– Вместо этого он будет просто сидеть тут и читать газеты до тех пор, пока не выкинет из головы и Джордан, и Спенсера.
Неожиданно это сработало.
И все было чудесно – до тех пор, пока Бо не перевернул последнюю страницу. Там, где обычно печаталась сводка новостей по стране, глаза его наткнулись на фотографию под статьей.
– А мне обязательно нужно мыться? – сонным голосом пробормотал Спенсер, когда Джордан вела его в ванную для гостей, где она уже заранее наполнила ванну.
«Нужно ли ему мыться?» Честно говоря, Джордан понятия не имела. Фиби ничего об этом не говорила. К тому же Спенсер вовсе не выглядел чумазым. Только в уголках рта у него виднелись бледно-оранжевые потеки, оставшиеся после ужина, состоявшего из макаронных рожков с сыром. Да еще волосы на макушке слиплись и стояли торчком после того, как он облил голову крем-содой или чем-то еще, и теперь шевелюра его здорово смахивала на новую метелку.
– Да, помыться нужно непременно, – твердо заявила Джордан.
– Но я устал, – заныл Спенсер.
Он и в самом деле выглядел уставшим. А еще раньше, за ужином она пару раз заметила, как он едва не боднул тарелку с макаронами.
Себе Джордан подогрела оставшегося со вчерашнего вечера цыпленка и овощи, однако каждый кусок, который она отправляла в рот, заставлял ее вспоминать о мужчине, сама мысль о котором пугала. Хуже всего было то, что Спенсер постоянно заговаривал о Бо, при каждом удобном случае вспоминая, что тот пообещал сходить с ним в зоопарк.
– Не обязательно же купаться долго, – уговаривала она Спенсера. – Помоешься быстренько – и в постель.
– Но я не хочу спать, – запротестовал он.
– Но ведь ты же устал!
– И вовсе нет! – возмутился Спенсер, душераздирающе зевая, пока Джордан стягивала с него футболку, тоже заляпанную оранжевым соусом. Надо позже ее постирать. Впрочем, похоже, что придется затолкнуть в стиральную машину вообще все, что сейчас надето на Спенсере. Кажется, Фиби привезла с собой достаточно его вещей, чтобы мальчику хватило их по меньшей мере на пару дней. И Джордан впервые пришло в голову, что это, возможно, лишнее подтверждение тому, что Фиби скоро вернется.
Дело в том, что вся эта история уже изрядно начинала действовать ей на нервы. И не потому, что она так уж устала от того, что Спенсер постоянно вертелся рядом, – это-то как раз оказалось на удивление приятным, тем более в последнее время, когда он избавился от привычки корчить рожу всякий раз, как они встречались глазами. Спенсер по-прежнему больше молчал в ее присутствии, и в глазах у него все так же стояла тревога, однако по дороге из кинотеатра домой они уже вполне непринужденно поболтали.
И все было чудесно до тех пор, пока Спенсер снова не принялся терзать ее вопросами о Фиби. Выяснив, что Джордан не может сказать ему ничего, кроме того, что ему и так уже известно, он тут же замкнулся в себе и умолк.
Джордан впала в уныние. Сколько еще ей придется заботиться о малыше? «Проклятие, – снова подумала она, – когда же Фиби наконец даст о себе знать?»
Она наклонилась, чтобы стянуть со Спенсера шорты.
Тот с досадой отодвинулся.
– Я и сам могу снять штаны, – проворчал он.
– Ты уверен?
Спенсер молча кивнул. На лице его отразилось некоторое замешательство.
– А ты не можешь выйти?
– Но…
– Я вымоюсь сам.
Джордан заколебалась.
– А ты сумеешь помыть голову, а потом как следует сполоснуть?
– Угу.
– Ладно. Но только пообещай, что позовешь меня, если не справишься сам, идет? – попросила Джордан, увидев, что ванна уже наполнилась почти до краев.
Пока она заворачивала кран, вдруг зазвонил телефон.