Котик для сильной и независимой (СИ)

— Да ты чего, Иржи? — озадаченно рассмеялась Мурси. — Когда вскроется предательство Клары, он тут же попытается перегрызть мне горло, вот увидишь. Но, клянусь пяткой, я буду рыдать в подушку о его быстрой кончине.
— Мне тоже будет его нехватать, — встряхнулся Ванно, уже успокоившийся и почти задремавший к тому времени в кресле. — Хороший боец и надёжный. Я ему доверял.
— Это война, щито поделать, — развела руками Мурси. — Кто украл мой холофон, можете по-быренькому выяснить?
— Ты стратила холофон? Вот, растяпа! Голову ещё не посеяла, а? — не упустил возможность потоптаться на самолюбии Френсис. — По утрам трусы не забываешь надевать, а?
— По утрам надев часы, не забудьте про трусы. Первое правило агента! — Мурси воспроизвела образ Моргана в момент поучений.
— Бездарная актрисулька погорелого театра, — смешливо фыркнул Френсис и принялся выискивать что-то у себя в паде.
— Ну что, как идёт выздоровление, что ты уже можешь делать своей рукой, Ирка?
— Вы, правда, на меня не сердитесь? — и, получив утвердительный кивок в ответ, Ваццлав наконец крепко обнял капитана. — Я тоже очень скучал, очень. И по вам, и по Ванно, и по нашим, хотя они такие себе. А как Бобби попал в хор? Вы помогли ему?
Полилась неспешная беседа. Мурси рассказывала последние события, которые из-за травмы пропустил Иржи, Ванно дополнял интересными деталями, а сам Ваццлав периодически прерывал их и хвастался новыми умениями. Он уже отлично совладал со своей электронной рукой, новые нейроные связи образовались достаточно устойчивые и поэтому Иржи с удовольствием демонстрировал умение хватать, контролировать силу сжатия, и даже угадывал на ощупь с закрытыми глазами предметы, подсунутые к металлическим пальцам. Иногда влезал Френк и с воодушевлением сам повествовал об успехах Иржи или же, наоборот, с наслаждением гоготал над каким-нибудь промахом Мурси. Так за болтовней незаметно пролетело почти три часа, когда их прервало сообщение на холофон Мурси от Моргана. Капрал привычно выспрашивал, где она, прикрываясь волнением за её безопасность и здоровье.
Капитан не сочла нужным ответить. Ещё через час сообщение повторилось и выглядело ещё более истеричным.
— Божечки-кошечки, — пробурчала Мурси. — Может и вправду влюблён? Рассказал же зачем-то на Вознесении о любви.
— О любви? — не поверил своим ушам Френсис.
— Ага. Правда уточнил, что о любви к Кларе и к Родине. Интересно, теперь Тёмная Материя будет обожать Катарсис и заставит всех своих держателей повышать доход от туризма на этой планете?
— Такой бред мог только с тобой приключиться, — захохотал Френсис. — Напишу об этом в своём блоге, сразу посещаемость повысится. А ещё напишу, что холофон свой ты походу дела сама забросила в казарме и забыла об этом. Развлекалась с красавчиком и зеленой глистой, пока я не наблюдал?
— Вот ещё новости! — уставилась на Френсиса капитан. — А ну давай посмотрим весь вечер, когда холофон пропал.
Френк вывел на экран записи с видеокамер. И действительно, красавчик зашёл в комнату для совещания, отключил звук на холотерминале, как его и просила Мурси, внимательно огляделся. Полез по ящичкам, открыл те, что поддались, а те, что были закодированными, оставил в покое, не пытаясь ни взломать, ни подобрать шифр. Потом заглянул под диван, присвистнул и вытянул оттуда холофон. Повертел его в руках и, засияв довольной лыбой, вышел прочь.
— Вот тебе и предатель. Ты мучилась несколько месяцев, Френсис нашёл за пару часов, — высокомерно проговорил агент Фи. — Кто всю работу делает на самом деле?
— Да ну, херня какая-то! — недоверчиво покосилась на него Мурси. — Не может такого быть. Проверял ящики, это вполне в стиле Джимми, он же вечно ищет, чем поживиться. Страсть к деньгам у него видимо в крови. Может в детстве не доел, может ещё чё. Я поговорю с ним, уверена, он мне выдаст вменяемое объяснение.
— Прелесть, какая дурочка! — сарказмировал Френсис. — Я включу камеры в твоей каюте, чтобы собственными глазами видеть, как он попытается перерезать тебе горло. С холофона один раз слили всю инфу и выключили. На нём ещё даже заряд есть, немного правда. Голые фотки свои, надеюсь, хранила там? Вот уж потеха, если их распространили по спейснету как средство запугивания и тайное оружие каких-нибудь особо изощрённых садистов.
 
— Френк, просмотри все записи из совещательской с момента, как ты перестал следить за кораблем, — серьёзно заговорила Мурси, не обращая внимания на очередную гадость от названного брата. — Клара тут тоже руку приложила, это верняк. Она в последнее время постоянно с красавчиком шушукается, вечно его науськивает. Возможно, понимая, что Морган выходит из-под контроля, она пытается найти запасной космодром. Но помимо холофона, кто-то украл лекарства. И Морган единственный о них знал, и они даже могли бы ему пригодиться. Может катар ждет, когда злобный папочка свалит, чтобы вырубить меня и сдать?
— Не приходило в голову, что они вступили в сговор? — встрепенулся Ванно. — Такое уже было.
— Приходило. И я уже уверена в этом, — медленно покачала головой Мурси. — Лады, разгребём. Ну, когда тебя, Ирка, ждать обратно?
— Он не работает с тобой, — зашипел Френк, тут же изменившись в настроении. — Это не обсуждается.
— А ты теперь его надзиратель?
— Я всё тебе сказал! Он не работает с тобой, точка. Валите уже, не хочу ночь в кошмарах провести, вспоминая ваши кислые рожи. Чао!
— Я тоже тебя очень люблю, Френк, — послала воздушный поцелуй Мурси у дверей, отчего агент Фи изобразил приступ тошноты. — Чао, Ирка! Скучаю и с нетерпением жду, когда ты вернёшься в строй.
***
По возвращении капитан с Ванно сразу направились в казарму. На корабле уже царствовал глубокий вечер, Клара и Морган, по-видимому, отдыхали, их не было видно. Зато Джеймисон сидел на кровати полностью одетым. Либо куда-то собирался уходить, либо уже вернулся. Возможно, ему пришлось связываться с каким-то соучастником вне отряда, а сообщения Моргана с вопросом, где капитан, несли под собой именно этот смысл — предупредить красавчика о количестве оставшегося времени.
Ванно молча встал у дверей, держа наготове меч. Капитан прошла вглубь казармы, под удивленный взгляд Джеймисона, нагнулась к постели Боббьера и вытащила из-под матраца свой холофон.
— Объяснишь? — спокойно спросила Мурси.
— Объяснить, почему у Малыша в кровати ваш холофон? — удивленно хмыкнул красавчик.
— А почём ты знаешь, что он мой?
— Потому что… — занервничал Джимми, — потому что… Простите, ради божественного Разума, — неожиданно упал на колени Джеймисон. — Я знаю, как это выглядит. Тупо! Поэтому и не отдал вам. Вначале просто хотел подсмотреть ваши тайны, узнать точнее, что вам нравится, капитан. Каких мужчин вы предпочитаете. Я не знаю, что на меня нашло! Как помутнение. Может даже знаменитое разжижение мозгов. Просто Клара обронила в разговоре, что самый верный способ, это покопаться в вашем холофоне и самостоятельно найти ключи. Я увидел его и… Понимаете, да? А потом струсил возвращать обратно. На корабль напали, эта заварушка с пиратами. Я испугался, что вы подумаете, будто я предатель. Клянусь вам!
Мурси холодно смотрела на раскачивание красавчика и всё, что заботило капитана в этот момент, надежда на силу духа Джеймисона. Потому как, если он расплачется, то она не устоит и шокнет его. Вот уж и вправду, создал Разум и формочку закинул. Так долго тянуть её нервы, наматывая на кулак и без того расшатанную последними событиями психику. Мурси встала напротив красавчика и вцепилась в его подбородок рукой, смотря четко в глаза. Сканирование не показало ничего необычного. Кроме денег и постельных сцен с большим количеством девушек в голове у Джеймисона не мелькало ни одной посторонней мысли. Ни свежего разнообразия, ни тайных спасителей, ни построений нового мира. Ничего. Она кивнула Ванно, давая сигнал расслабиться.
— Ладно, красавчик, — спокойно проговорила Мурси. — Я тебе верю. Просто больше так не делай. Сразу признавайся, ежели чего. И за реакцию на песню, извини. Мне, правда, понравилось.