Котик для сильной и независимой (СИ)
— Хорошо, — остановилась Мурси и упёрла руки в бока. — Другой вариант. Мне нужно, для какой-нибудь причины, чтобы вы сиганули с той скалы, — она указала на видневшуюся вдали гору. — Думаете, я не смогу заставить вас это сделать? Да вы у меня с радостью побежите самоубиваться, если мне понадобится. Старый добрый шантаж. Я возьму в заложники Клару, и вы сделаете всё, что мне захочется, вплоть до того, что будете исполнять роль шута в колпаке с бубенцами на военных советах. Разве не так? Разве за Клару вы не пойдете на это?
— Вы не можете так поступить, — попятился Морган. Потом овладел собой и зло прошептал: — Да я убью вас за Клару!
— Ага! То есть заставить меня убить вас всё же можно! — победно провозгласила Мурси и махнула рукой, возобновляя свои передвижения. — Не переживайте, мне нравится Кларка. Я не причиню ей вреда.
— Сэр, я не хотел, это вырвалось, — поспешил следом катар.
— Морган, расслабьтесь, а то я не знаю, шо вы меня люто-бешено ненавидите. Не вы первый, не вы последний, всё в порядке. Помните, меня порадовала мысль о том, что канцлеры подумает якобы мы любовники? Прикиньте хвост к носу, как меняется картина на корабле с такими данными! В их глазах вы уже не привязаны к Кларе, а я дорожу вами. Вы сами не заметили, как сохранили сразу две жизни, — Мурси повернула голову и заметила, что капрал от удивления очень сильно замедлился. Она хвастливо улыбнулась: — Морган, не отставайте!
— У меня нет хвоста, — зачем-то пробормотал катар и поторопился. Как Мурси удаётся такой объем информации держать в голове одновременно и не запутаться? Именно это больше всего не укладывалось в его сознании. Они зашли в палатку и сели на раскладушки друг против друга.
— Капитан, только один вопрос, — тихо проговорил Морган. — С чего вы взяли, что за Клару я готов рисковать жизнью?
— Офигеть! Как приятно такое слышать от тебя! — раздраженно буркнула Клара, проснувшаяся на соседней раскладушке при их появлении.
— Это правда, Клара, я готов. Просто хочу понять, как сделать так, чтобы никто другой этого не понял.
— Морган, я вас спросила, зачем вы искали награду за убийство йонгея. Вы что мне ответили?
— Правду. Хотел узнать, отчего предыдущий отряд…
— Ложь! — резко прервала его Мурси. — А ведь тогда я могла вас убить, мне это рекомендовали как самый безопасный вариант. И вы прекрасно это знали, потому что и Ванно, и Ирка, самые близкие ко мне члены отряда внезапно поменяли своё отношение к вам. Но, несмотря на это вы солгали. Клара скажи ему, почему?
— Потому что это была я, — медленно проговорила Клара, садясь на постели. А потом, улыбнулась: — Ну, в этом весь Морган!
— А как бы вы поступили на моём месте?
— Я бы сдала Клару с потрохами!
— Не сомневаюсь, — презрительно скривился Морган.
— А я тебе говорила, ни стыда, ни совести! Простите, сэр, — легла обратно Клара.
— Похрен, — отмахнулась Мурси. — Я и не надеялась, что вы умеете рассчитывать риски. Это всё-таки больше экономический навык.
— То есть, — тут же сообразил Морган, — вы бы сдали Клару, потому что она не представляет угрозы врагу и тот не захочет от неё избавиться?
— Йонгей тебя раздери! — выкрикнула Клара и опять села.
— Всё Морган, забей. В конце концов, я как раз-таки и не рассчитала риски. Я тряпка, но это итак все знают. И возможно ещё очень пожалею, что не убила вас тогда. Но что сделано, то сделано.
Морган опустил голову и, серьёзно взглянув на Мурси исподлобья, обиженно пробормотал:
— Не пожалеете, сэр! К тому же, по вашей логике, я только доказал вам, насколько могу быть верен.
— А, хитрец! — засмеялась Мурси, шутливо грозя пальцем. — Вы быстро учитесь, очень быстро. Это даже пугает.
— Сло-ожно, — потянула Клара. — Очень сло-ожно.
В палатку вошли сразу трое ребят вместе с Ванно.
— Леди, вас тут этот хрен ищет, как его… — весело сообщил Иржи.
— Брат Жовани, — послышался приятный баритон брата за их спинами.
— Братишка! — радостно пропела Мурси. — Как же я рада видеть вас во здравии! Вы простите, шо не высказала вам свои соблезубования. Так хотела, но меня как раз под следствие подставили, так шо я разухабилась на той почве, да и не сгыкнула по дробости…
— Да, я наслышан о ваших приключениях, сестра, — поклонился Жовани, ловя на себе удивленный взгляд подопечной. — Прекрасная погода, не находите? Не составите ли мне компанию в вечернем моционе?
— Да я с радостью, братишка, чёб не, — улыбнулась Мурси, вставая с насиженного места. — Пойдемте покурим-ка, пойдемте покурим-ка.
***
Жовани сильно изменился с последней их встречи. С лица его исчезли шрамы и щербинки, оставленные пубертатом на щеках. Теперь брата можно было бы назвать даже симпатичным. Чувствовалась порода. Под носом пробивались тонкие усики, неуверенные и больше похожие на грязь, случайно забытую во время утренних гигиенических процедур, но, в целом, очевидно, брат Жовани озаботился внешним видом. В его манерах и раньше угадывалось некоторое врожденное чувство собственного достоинства, но сейчас оно прямо таки сквозило через взгляд и жесты. Не высокомерное, свойственное обычно канцлерам, дорвавшимся, наконец, до власти, а, наоборот, снисходительное. Как будто человек понял, чего он стоит в этой жизни, и принял свою судьбу.
Всё это, видимо, стало проявляться, как только Жовани вышел из-под опеки учителя. Больше не подавляемый тяжеловесной личностью, он начал раскрываться, ища собственный Путь в темноте, не направляемый, словно указкой, властной рукой наставника.
— Сестра! Я наслышан о проблемах, с которыми вы столкнулись на предыдущих заданиях. К сожалению, личное горе, страшная потеря совсем выбили меня из рабочего строя, и я не мог ничем вам помочь.
Мурси с братом шли по тропинке, вьющейся змей из лагеря вглубь леса. Погода и вправду стояла благодатная. Тёплый несмелый ветерок лохматил начавшие отрастать темные волосы Жовани. Пели птички, шелестела листва, красное закатное небо навевало романтическое настроение. Мурси с наслаждением отдавалась этой сказочной обстановке. Она щурилась от удовольствия, на лице её застыла блаженная улыбка, а в душе царил неожиданный покой. Да и куратор старался поспособствовать тому, чтобы красочный фон их беседы продлился как можно дольше. Он уже не желал, во что бы то ни стало, прикоснуться к капитану и использовать Исход. Наоборот, брат держал руки в замке за спиной, мягко улыбался, а его голос и вправду был настолько мелодичен, что походил на журчание ручейка.
Только вот темы для разговоров никак у Жовани не изменились. Монотонный бубнеж о Предназначении и Пути убаюкивал Мурси, она постоянно ловила себя на том, что теряет нить разговора и клюет носом. Глядишь, и действительно заснет походя, а брат во грехе возьмет, да и скинет с уступа. Наверное, так бы всё и произошло, если бы периодически оба собеседника не слышали за спиной негодование случайно вспугнутой птицы и не ощущали, как затылки их продырявливаются неусыпным вниманием Моргана, который, конечно же, увязался следом.
— Похоже, ваш капрал совсем мне не доверяет, — без злобы усмехнулся брат.
— Ревнивый, шоб ты знал, ты б заплакал. Недавно даже попытался на канцлера Шнобби напасть. Наверное, слыхал?
— Да, среди канцлеров только и разговоров об этом. Вы уж проведите с ним профилактическую беседу.
— Думаешь, я не пробовала? Но у него башню сносит, если видит меня в компании другого мужчины.
— А как же вакуй? И этот, второй, Джеймисон кажется?
— Котик Ванно уважает. У нас крепкий тройственный союз, — пожала плечами капитан. — А с Джимми у меня ничего серьёзного. Так, баловство. С этим катар тоже смирился. Но ты ведь не за тем пригласил меня? Не обсуждать же мои связи.
— Так или иначе, всё это касается и нашей работы. Шпион в отряде — это может быть и пылкий влюбленный и тот, кто получил от такой красивой женщины отставку. Для вас задание, которое как раз поможет вывести на чистую воду предателя из отряда. На этот раз это больше полицейская операция на территории СШГ. И даже не тайная лаборатория, — опять усмехнулся брат. — Генная инженерия шагнула довольно далеко, но некоторые виды подобной деятельности строго запрещены во всех штатах. Например, работа с генетической памятью. Вы слышали что-нибудь о таком?