Котик для сильной и независимой (СИ)

От несанкционированного прикосновения Морган ощетинился и зарычал, обнажая передние зубы в оскале.
— Ого, какие у тебя клыки! — от восторга рот Мурси едва приоткрылся.
Моргану показалось, что она сейчас полезет своими руками еще и зубы ему осматривать. Он поспешно отстранился. Но, по-видимому, капитана вообще ничего не смущало. Она смотрела прямо в лицо Моргану завороженными глазами. На щеках её едва заметно проступали веснушки. Этого капрал раньше не замечал. Ему стало не по себе от такого непосредственного детского восторга в начальственном взгляде, и катар вновь безотчетно заволновался, чувствуя, как немеет язык и сохнут губы.
Возможно ли, что у него такая реакция на держателей Силы? Ведь каждый по-своему переживает общение с проводниками — «отражение чужого могущества от глубин собственной души». У Клары досада, у Джеймисона радостное преклонение, Боббьер открыто боится. Может быть он, Морган, просто слишком добр и снисходителен, поэтому позволил ей на задании взять за руку и долго тянуть из пещеры? А может быть у него какой-то внутренний трепет перед обладателем темной материи, как перед представителем непостижимого для катара мира, и от этого возникает странное волнение? Вот сейчас, он без перчаток, однако же стоит, разинув рот, и молчит не меньше минуты. Нужно же как-то прервать это безобразие! Ведь капитан не просто прикоснулась невзначай — она ощупывает его ладонь, словно экспонат на выставке вооружений. Морган собрался с духом и против своего обыкновения не стал резко выдергивать руку из хватки этой бесхитростной девушки, а плавно освободился.
— Я не подопытный кролик, сэр, — сухо прокомментировал он. — Постарайтесь обойтись без панибратства.
— Сорян. Хамло, да? — сконфузившись, Мурси отвела взгляд. — Вы мне это, маячьте, ежели чего. Я дикая, дитя джунглей, манерам не обучена. А насчет когтей, это личное. Пойдемте, еще че-то покажу, мне как раз туды надо.
Капитан подошла ко второму шкафчику и набрала на этот раз другой завет братьев: "Не Сила управляет мной, но я управляю Силой". Сомнений не осталось — боевая храмовница.
— Разрешите поинтересоваться, сэр? Почему именно эти заповеди?
— Какой глазастый, — нахмурившись, проворчала под нос капитан. — Мне нужно быть осторожней.
В комнату опять забежал монстр, но только пробуравил свирепым взглядом обоих и выбежал. Двери шкафчика отворились. На полках стояло огромное количество боксов, закрытых прозрачными крышками, а в них содержались самые немыслимые по виду и размеру клыки и когти. Все ящички аккуратно подписаны — азбучными буквами название и дата.
— Подпольная торговля? — полюбопытствовал Морган.
— Вот сейчас обидно было! — насупилась Мурси, оттопырив нижнюю губу. — Это личные трофеи. Охота! — она многозначительно подняла указательный палец вверх. — Имею я необъяснимую тягу к встроенному природой оружию, — но хмыкнув, вдруг пробормотала: — Как вы поняли, я еще и хвастануть не дура. Впрочем, пустое это всё, вам, наверное, не интересно.
Взяв обычную небольшую коробочку на самой нижней полке в углу, она принялась рыться в ней. Наконец, выбрала из запыленных сокровищ небольшой проводящий кристалл и примерила его к внутренностям пряжки.
— Супер, ща пришаманю, сделаю дизайнерскую дырку и засияю новым радужным щитом.
Капитан захлопнула шкафчик и пошла опять к столу, а Морган вернулся к оружию. Он уже почти всё успел бегло осмотреть и потрогать, когда Мурси его окликнула:
— Ну, я финальнулась. Пойдемте отседа, не хочу оставлять вас с Ванно наедине. После своей экзекуции он будет явно не в духе. Если хотите, возьмите с собой че-нить, в свободное время позалипаете.
— Арбалет, сэр, если позволите, — вернулся к первоначальному интересу Морган. — Отдам, как только изучу.
— Оукей, — спокойно пожала плечами Мурси.
Они направились к ступенькам, и Морган вновь спросил, стараясь сохранить безразличный тон:
— И всё же, сэр, почему эти две заповеди?
— Мне они больше всех нравятся, че пристал, — отмахнулась Мурси.
Врёт, бессовестно ему врёт. Внезапная догадка, пойманная от одной лишь едва заметной нотки в голосе, вселила былую уверенность в капрала. Как будто он разгадал сложный алгоритм ходов соперника в любимом им ионно-метафорическом пазле. Одно только непонятно, к чему вся эта игра? Сама же призывала действовать и говорить открыто, но, выходит, не спешит следовать своему же совету. Ну, ничего, со временем он раскроет все её тайны.
 
***
Клара постучала и, дождавшись разрешения, зашла в каюту к другу. Она оглядела небольшое помещение, в два раза меньше её санчасти. Ну, Моргану должно хватать. Как всегда идеальный порядок, всё на своих местах. Дорн завидовала этой педантичности не меньше, чем умению катара держать эмоции при себе. Впрочем, ей бы не хотелось проходить тот путь, что вывел у её друга такие привычки, полный постоянных придирок от вышестоящего руководства и неумолкающих приколов от сослуживцев со времен военной Академии. Моргану приходилось опережать окружающих, быть «лучшим из лучших». Из-за происхождения к нему постоянно предъявляли повышенные требования. Но катар справлялся на отлично.
Голые стены, безукоризненно заправленная кровать. Ни соринки, ни пылинки, хоть с пола ешь. Сам Морган сидел за столом, склонившись над чем-то.
— Ты даже не представляешь! Я в шоке! — начала Дорн. — Мне капитан купила курс повышения квалификации. Хочет, чтобы я взяла модуль психотерапии и вас всех консультировала после операций. Правда, здорово!
— Хм, — хмыкнул катар себе под нос. — Интригует.
— Что это у тебя? Где ты взял эту рухлядь? — увидев на столе полуразобранный арбалет, Дорн брезгливо отпрянула. — Я вот чего, хотела спросить. Что она тебе говорила тогда, перед заданием? Ничего такого странного не происходило с тобой? Она к тебе не прикасалась?
— Почему спрашиваешь? — нахмурился Морган, на время отвлекаясь от своего занятия.
— Да нет, просто. Она очень, очень странная! Я чувствую себя так неуютно рядом. Особенно, если она стоит ну, так, знаешь, слишком близко. У тебя такое же?
— Это нормально. Реакция на Силу, — Морган вновь склонился над оружием.
— Ты знал, что мы получаем задания от самого канцлера? Такое высокопоставленное лицо — и лично справляется о проделанной работе. Это не умещается у меня в голове.
— Думаю, дело в СРС, — спокойно ответил Морган. — А значит, замешана политика.
— Ну, дела! Еще вчера мы были обычным отрядом, а теперь сотрудники союзной расследовательской структуры. Почему? Главное, за что? А этот коммодор Флинт? Он бы лучше нас об этом предупредил. А то начал со своего — супер капитан, ни одного проваленного задания. Уф, никогда не думала, что родные СШГ так спокойно распоряжаются жизнями своих рядовых военных! А если мы не хотим? Почему никто нас не спрашивал, я спрашиваю?!
— Я думаю, всё не так просто, — медленно проговорил Морган. — Очень не просто.
— Ты что-то знаешь? Говори! Ты всегда был сообразительней, чем я. Что-нибудь уже вынюхал?
— Я скажу только то, что вижу, — Морган задумчиво посмотрел на подругу. — Капитан не та, кем хочет казаться.
— То есть?
Морган замолчал и опять занялся арбалетом.
— Морган, вот ты ничего не прояснил, а сделал всё ещё запутанней. Что ты хочешь сказать? Что она не военный капитан, а какой-нибудь высокопоставленный проводник? А что сразу не йонгей? — усмехнулась Клара. На её словах Морган почему-то вздрогнул, застыв на мгновение, но почти сразу вновь вернулся к исследованиям. — Когда ночью к ней ходил, о чем вы говорили? Удалось выяснить какие-то подробности?
— Нет.
— А почему она сердилась на тебя тем утром? Вы не сошлись во мнении? Она тебе приказала делать что-то не входящее в твою компетенцию? А ну говори, кому говорят!
— Сказала, что у неё какие-то женские дни.
— Офигеть! Прям так и сказала? Ну, ни стыда, ни приличий, ни совести! С канцлером тоже прям как небожитель разговаривает: «Чао!» Я просто в шоке! Ладно Флинт, он деревенщина. Но Гидрос! Это уже перебор.