Котик для сильной и независимой (СИ)

— Они начинают работать вместе?
— Нет, — рассмеялась Мурси. — Смертельный бой, вот что бывает. Я убегала от Ванно ровно столько, сколько могла. Вы меня знаете, я — человек мирный. Там, где можно избежать убийства, я делаю всё мыслимое и немыслимое ради этого. Но Ванно же настырный, упрямый, почти как вы, капрал. Он шёл за мной по пятам и когда сообразил, что так просто в угол меня не загнать, уконтрапупил мою команду. Это он дроида БМ, шо жонглировал гранатами, подорвал. Его и ещё трёх людей в придачу. Хорошие парни были, я даже иногда по ним скучаю. Кароче, так выбесилась на него, шоб ты знал, ты б заплакал. Случилась со мной энергетическая атака — я Ванно плазмой жгла-жгла, жгла-жгла, так его жарила, что на нём не осталось чистой и гладкой кожи. Но вовремя пришла в себя. Чувство вины, раскаяние, ну как обычно, ты понимаешь. Ванно был при смерти, собирался, как настоящий воин, уйти в мир иной. А я не смогла убить. Наоборот, я перенесла его на корабль, да и вылечила. Кто же знал, что это будет для вакуйя таким позором? Этот дурачок оскорбился. У них положено умереть в бою, нельзя оставаться в живых. Ну и вот, — развела руками Мурси.
— У вакуйев не предусмотрено ритуальное самоубийство на этот случай? — удивленно спросил Морган.
— Чё? — опешила капитан. — Самоубийство для вакуйя это бесчестье. Только от рук противника, никак иначе.
— Хм, как интересно. У катар харакири как раз таки является более почетным, чем подчинение.
— Я тя умоляю, кто там подчиняется. Я понятия не имею, чё ему надыть. Он поклялся спасти мне три раза жизнь, за себя и за тех ребят. И вот уже года три спасает, никак не спасет. У него на самом деле два пути — или убить меня, или выполнить священную Клятву. Поэтому, я никак не могу его выгнать с корабля. Сама же притащила, сама теперь и расхлебываю. Моя ответственность. Вроде «раз» я уже слышала. Так что вы сильно там не конкурируйте с ним, ладно? У него мало времени на всё это.
— Неужели вы не можете хоть немного пойти на уступки? Притвориться слабее, пусть бы он выполнил свою клятву. Вам так важно чувствовать себя главной?
— Думаешь, я не пыталась? Не нужно недооценивать Ванно. Иногда он притворяется тупым зверем, потому что все от него этого ожидают и не воспринимают всерьёз. Но счёт он ведёт по каким-то своим критериям. Если честно, без всякого театра, он уже раз десять спасал мне жизнь.
— Десять больше чем три, — задумчиво проговорил Морган.
— Какой вы умный, капрал, я просто поражена! — торжественно произнесла Мурси.
— Не издевайтесь, сэр. Я просто подумал, может быть, Ванно и вправду ждёт вашего полного доверия?
— Все этого ждут, — фыркнула Мурси. — А Ирка не ждет? Хотя он не знает и половины из всего. А вы? А Клара? Любой.
— Уф. Мне кажется, у меня паранойя.
— А у меня? Вот, например, почему, Морган, тебя совсем не интересует другое? — нахмурилась капитан, тыкая в его сторону карандашом. — Я думаю, ты многое услышал и увидел сегодня. Тебя не пугает то, кем является твой капитан? Принцесса там, перерожденная?
— Признаться, сэр, я вообще не понял, кто на ком стоял, — искренне ответил Морган. — Получается, все сестры Императора — принцессы? А насчет «перерожденной»… Я вначале подумал, что Лорд оговорился, но и перворожденных уже не существует, последней была Императрица. Вы же не можете быть ею? — Морган вытаращился на капитана.
— Нет, конечно, какой бред, — засмеялась Мурси, и катар уловил едва знакомые нотки её вранья. Какая-то маленькая трещинка в голосе.
— Понятно, сэр, — медленно проговорил Морган. — Эту тайну я точно сохраню.
Мурси испуганно заморгала глазами.
— Императрица умерла! — чётко выговорила она.
— Да, я в курсе, сэр. Это известно каждому! — улыбнулся Морган.
— Скажи правду, что ты хочешь? — вздохнула капитан.
— Просто быть рядом в такой тяжёлый момент. Другом, как Ян, или Ванно, тем на кого вы можете опереться. Вот и всё. Это мой долг, как катара, как жителя Галактики, как осознанной персоны. Доверить вам единоличное спасение обитаемой части вселенной? Это же равносильно самоубийству! Если её не разрушит Инквизиция, то вы обязательно взорвете остатки, — Морган усмехнулся. — Нет, не дождетесь. Вам придётся смириться с моим нахождением рядом.
 
— Взорву, значит, остатки? — Мурси плотно сжала губы и встала с дивана. — А ты, значит, вот такой вот дружище, простой парень, да? Просто поможешь мне, бескорыстно.
— А почему бы и нет?
— Да не бывает таких! Не бывает! Ты говорил мне недавно — я вижу двух людей в вашей личности. А я вижу их сотни в тебе. Умный, дотошный, внимательный, ты не можешь быть таким простофилей, каким иногда прикидываешься! Не бывает так! — сорвалась на крик Мурси к концу своей тирады и со злости разломила пополам карандаш.
— А вот представьте себе, что бывает! — крикнул в ответ Морган, подскакивая со стула. — Такой вот единственный во вселенной простофиля, для такой вот единственной во вселенной вас!
— Ага, и типа Разум нас свел! Просто вакуйева команда супер-героев! Прекрасно! Ты — шпион, и я выведу тебя на чистую воду!
— Замаетесь разбираться, потому что я — не шпион!
— Это мы ещё посмотрим! — Мурси бросила в его сторону обломки от карандаша.
Морган увернулся, рыкнул, резко развернулся, и хотел было выйти, но неожиданная догадка остановила его на полпути. Он вновь повернулся лицом к капитану и, уперев руки в бока, поинтересовался:
— Зачем вы устроили этот цирк? Могли бы просто меня спросить, действует ли ещё лекарство или нет.
— Немного разрядки, капрал. Простите, перенервничала, — сконфуженно поморщилась Мурси. — Лучше с вами поорать друг на друга, чем швырять молнии в Ванно, согласитесь. Тем более вы всегда с таким удовольствием в это ввязываетесь.
— Вы не понимаете? Мы живые, живые люди. Нельзя так с нами. Ни с Ванно, ни со мной, ни с кем. Вы ужасный человек. Йонгей одним словом!
— Будто вы подарок — хмыкнула капитан. — Будто мне с вами легко! Знаете, у меня конечно железные нервы. Годы медитации, всё такое. Но даже моё терпение лопается от каждодневных нотаций и оскорблений с вашей стороны. Иногда мне хочется вас выкинуть в открытый космос!
— Это у меня скверный характер? — вознегодовал Морган.
— Невыносимый! — чистосердечно призналась Мурси. — А вы так не считаете? Морган, где раздают такое самомнение? Мне бы хоть кусочек.
— Можно подумать у вас нехватка уверенности в себе!
— Мне до вашего самолюбования ещё, ой, как далеко.
— Так! Вы опять начинаете меня заводить, да?
— А вы заводитесь, Морган? — расхохоталась Мурси, усаживаясь обратно в угол диван. Она сложила ногу на ногу и потёрла свои виски.
— Мурсик, — сделал глубокий вдох Морган и присел рядом. — Я понимаю, очень сложно нести всё то, что вы на себя взвалили не по своей вине. Но можно же найти другой способ снятия напряжения. Например, тёплый душ, хороший сон, массаж.
— А вы думаете, почему я пускаю красавчика к себе каждый вечер? Я конечно не в восторге от его мятия моих несчастных костей, но боль в теле отрезвляет и снимает неприятные последствия стресса.
— А ведь он всерьёз думает о продолжении… — замялся Морган, отводя взгляд в сторону. — Ну, вы понимаете, о чем он всерьёз думает. Вы обманываете парня.
— Почему обманываю? Если его массажи и дальше будут такими непродуктивными, а речи сладкими, то вполне возможно его желания и сбудутся. Могу же я, в конце концов, позволить себе простые женские радости?
— Нет! — резко повернулся к ней Морган. — Это неприемлемо!
— Почему? — испуганно отклонилась Мурси.
— Потому что он ваш подчиненный! Потому что он не в вашем вкусе! Потому что вы для него — трофей. Он из тех мужчин, кого вы презираете. Ничем не лучше того же пирата или других ваших поклонников, что предали. Ему просто нужно потешить свое тщеславие, вот и всё! Лучше тогда уж давайте с вами устраивать образцово-показательные скандалы.
— А что, Морган, давайте назначим журфикс. Например, пятницу. Как вы насчёт пятницы?