Котик для сильной и независимой (СИ)

— Как это? — недоуменно вскинул брови капрал.
— Со временем мы привыкаем думать по сценарию, не вовлекаясь в процесс. Это экономит энергию нашему мозгу. Вы никогда не интересовались, как строится мыслительный процесс?
— Что же, это объясняет некоторые ваши нелогичные поступки. Руководствуетесь привычками, значит. Мы, вот, катары, всегда осознаем, что делаем, сэр.
— Ох, как я рада слышать, что вы вернулись в форму, — широкая улыбка расплылась по лицу Мурси.
— Не понимаю, чему вы радуетесь, сэр, — фыркнул Морган и ушёл.
***
Капрал вернулся к себе в каюту и оделся. Беспокойство ушло, а вместе с ним и флёр романтики. Как он мог, вообще, поддаться её соблазнению? Точно разжижение мозгов случилось при посещении музея. Наркотический трип, игристое вино, вечеринка. Что из этого всего — правда? Ещё взяла и стерла у себя все воспоминания о них! Дурацкий сон, опять же, никак не лезет из головы. Морган быстро набрал весточку деду.
Дед: «Приезжай, луна уже светит достаточно ярко. Я подготовлю тебе лучшую землю. Прайд получит прекрасный урожай».
«Я ещё не готов. Что с кланом?»
Дед: «Свиньи молчат, но близко».
«Многие дела оставляют меня вдалеке от дома, но сердце моё бьётся рядом с семьей. Позволено ли мне получить от вас совет, старейшина?»
Дед: «Спрашивай. Я скажу, что вижу».
«Помните, вы мне рассказывали об йонгеях? Что делать, если повстречаешь на своем пути женщину-йонгея?»
Дед: «Морик, беги! Всеми предками прайда заклинаю, не разговаривай даже с ней. Беги, пока не поздно. Она выпьет твою душу, осушит жизненный поток, заставит вырвать собственное сердце и съесть его».
«А может женщина-йонгей полюбить?»
Дед: «Любовь такая горше яда и слаще самых спелых плодов дерева Бонко. Её прикосновения заставят кипеть кровь, а запах покроет разум мраком. Никогда не связывайся с женщиной-йонгеем. Заклинаю!»
«Это был гипотетический вопрос. Я служу в регулярных войсках СШГ. Откуда здесь взяться йонгею, тем более женщине?»
Дед: «Они очень коварны, везде найдут добычу. Если ты переступил дорогу такой женщине, то расплата последует неминуемо. Возвращайся домой, у тебя прекрасный возраст. Пора думать о создании собственной семьи, я подготовлю к твоему приезду всё».
«Дед, прекрати. Это меня пока не интересует. Вот как только добьюсь в карьере прорыва, так и подумаем с тобой о моей женитьбе, подберем подходящую кошечку. Сейчас меня подобные темы не волнуют».
Дед: «Значит, я воспитал достойного катара».
«Надеюсь».
В семь Мурси разбудила всех по громкой связи, объявив совещание через час. Морган допивал в столовой утренний кофе, когда туда же вошёл Ваццлав. Айтишник спокойно поздоровался, но присоединиться не пожелал, а только налил себе что-то в кружку и вышел. А вот Джеймисон, явно пребывая в хорошем расположении духа, заказал у сервисного дроида добрую порцию сытной стряпни и с аппетитом принялся её поглощать, громко радуясь с набитым ртом возвращению капитана.
Морган поднялся из-за стола, собрался было переместиться в общую комнату, но передумал и просто встал в проёме, облокотившись о косяк. На дальнем кресле сидел Ваццлав, а Мурси, склонившись над парнем, заплетала на его отросшей челке маленькие косички.
— Знаешь, у меня когда-то были шикарные волосы по пояс, — ворковала она. — У приверженцев Ордена короткие стрижки не в чести. Так вот, среди послушников существовало негласное правило: если тебе заплели ленту в волосы, значит, тот, кто это сделал, влюблен. Ох, и гоняли за это наставники, иногда выстригая целые клочья вместе с украшениями.
— Поэтому вы остались без волос? — саркастически заметил Морган.
— Нет, капрал, — усмехнулась Мурси. — В мои волосы никогда не заплетали ленты. Не любили меня сокурсники. А обрезала я патлы при очередной попытке начать жизнь заново. Теперь вот, иногда, бывает, такая досада душит, что аж приунываю.
— У вас такие нежные пальцы, несравненная Леди, — Ваццлав задрал голову и ласково посмотрел на капитана. — Они же все дураки, полжизни потеряли!
Моргана громко фыркнул. Головой он соображал, что между этими двумя точно быть ничего не может, но зачем тогда она Ваццлава гипнотизирует этими своими «нежными пальцам»? Воспоминания о её прикосновениях вызвали приятную дрожь по телу, сводя шею. Хоть гриву отращивай!
 
Из каюты вышла Клара. Глянув на Мурси с Иржи, она презрительно хмыкнула, а потом распростерла свои объятия в направлении Моргана и высокопарно произнесла:
— Доброе утро, возлюбленный!
На этот раз вздрогнули все, даже сам Морган.
— Божечки-кошечки, — только и пробормотала капитан, посмотрев ошарашено на Клару.
— Вам что-то не нравится? — Дорн гордо прошествовала к катару и, поднявшись на носочки, чмокнула его в щеку, шепнув: — Ты чего стоишь как истукан?!
Но от её поцелуя шерсть Моргана непроизвольно встала дыбом, и он оскалился:
— Доброе, — прорычал капрал, как можно мягче, и быстро сел в свободное кресло, пока тело не среагировало уж совсем привычно, и он не вцепился в подругу, отвоевывая личностные границы.
Мурси хмыкнула и посмотрела на сердитого Ванно. Вакуй оскалился и буркнул:
— Опять тебе поверил!
— Я пошутила, — подавилась смешком Мурси и прикрыла ладонью рот, откашливаясь.
— Ненавижу тебя! — злобно выкрикнул вакуй и, вскочив с места, быстро покинул общую комнату.
— Что происходит у вас троих! — не выдержал Морган. — Ванно сердитый, Ваццлав недовольный! Вы, Мурси, что-то недоговариваете. Это невозможно, когда тебя окружают настолько недружелюбные персоны!
— Капрал, привыкайте, — усмехнулась капитан. — Теперь это ваша задача — следить за состоянием персонала. Ищите подход к каждому.
— До того, как в отряде появились вы, этого не требовалось! Сэр, вы просто стравливаете всех друг с другом. Невозможно так работать. Я запрещаю вам разговаривать с кем бы то ни было без моего ведома. Не обсуждается! И отойдите от Ваццлава. Не прикасайтесь ни к кому!
— Не понял, — встрепенулся Иржи и удивленно уставился на Мурси. — С каких пор капрал вам приказывает?
— Меня отстранили, дорогой. Теперь он наш общий начальник, — бывший капитан отошла от Ваццлава и села на место Ванно, чему-то хищно улыбаясь.
Морган чертыхнулся про себя. Не сдержался! Точно, она покрывает его разум темнотой. Только вот катар сильней этого! Ещё пожалеет, что встала на его пути!
— Отряд, построиться! — приказал капрал ровно в восемь часов.
Ребята выстроились в шеренгу. Мурси неспешной походкой прошествовала к колонне и расхлябанно встала позади всех, хотя была выше Бобби и всего лишь немного меньше Клары. Её руки беспричинно мотылялись вперед-назад, а сама она будто напевала какую-то песенку себе под нос, разглядывая неожиданно показавшийся ей интересным потолок.
— С сегодняшнего дня временно исполняющий обязанности капитана — я. Жду от вас беспрекословного подчинения. Вспомните, как это было раньше. Для чего нам даны утро и вечер?
— Для физподготовки! — хором ответили ребята.
— Сэр! — встрял Ваццлав. Он, как и подобает, сделал шаг вперед и вытянулся по струнке. — Мне необходимо оставаться на посту и следить за штурвалом, сэр! И мне нужна консультация с капитаном насчет маршрута.
— С временно отстраненным капитаном, — уточнил Морган. — Ладно, Ваццлав, вас не касается распоряжение. Вы пойдете в кабину управления. Остальные вперёд, шагом марш. А вас, — капрал пристально посмотрел на Мурси, — я попрошу остаться!
— О, ну Шмырлица всегда это просят сделать, — хмыкнула Мурси.
— Ха, тоже читаете этот комикс? — подхватил Иржи.
— Да-а-а. Такой идиот этот шпион, я не могу!
— Топчик!
— Отставить разговоры! — рявкнул Морган, и Мурси с Ваццлавом выпрямились по стойке смирно. — Мурси, как ваша фамилия?
— Зачем вам моя фамилия, капрал? — оторопела Мурси.
— Руководитель спрашивает — вы должны отвечать!
— Тогда запросите моё досье, сэр, товарищ, капрал, начальник! — выпалила с готовностью капитан.