Котик для сильной и независимой (СИ)

— А если твои прикосновения подействуют на меня? — Морган мельком глянул на подругу и завертел головой. — Не, твои не подействуют.
— Ну, спасибо, дружище, — буркнула Клара.
— Я просто сказал то, что вижу. Не обижайся. Признайся начистоту, ты меня сейчас не ревнуешь?
— Я спасаю тебя, дурья башка. Ещё спасибо мне скажешь.
Как раз к этому моменту они пришвартовались в транспортном отсеке. Морган сразу предупредил Клару о слежке в общей комнате. На всякий случай. Дорн, по неведению, может и сказануть лишнего на камеры. Вспомнил, что должен вести себя слегка сонно и дезориентировано, чтобы не догадался и Иржи. Неуверенно протянул руку Кларе, всё ещё опасаясь, что прикосновения подруги могут сказаться на его душевном настрое. Но на удивление, физический контакт с Дорн не вызвал никакого необычного эффекта. Наоборот, Морган почувствовал привычный дискомфорт, даже сильнее, чем при первом бесцеремонном хватании Мурси. Поэтому, быстро дойдя до своей каюты, он закрыл перед носом Клары дверь и залёг в постель.
На корабле уже царил вечер, но остальных ребят не было ни видно, ни слышно. Скорей всего ушли куда-то в местную кантину. Морган закрыл глаза и попытался ещё раз всё обдумать. Внутренний голос подсказывал, что он делает что-то неправильное, а мысли о Мурси приводили в волнение. Но не такое, как в юности, когда он чувствовал себя влюбленным. Это волнение больше походило на страх, который требовал бежать с корабля. Такое же, как и всё, связанное с ней. Только теперь катар распознал этот сигнал полностью. Мурси — опасная женщина, даже несмотря на то, что его боится. Если только дать ей контроль над ситуацией, то Морган пропадёт. Поэтому, во что бы то ни стало, всё контролировать должен он.
***
Разбудило катара утром сообщение на холофон от коммодора Флинта. Ответ на его прошение, состоявший из одного только слова: «Удовлетворено». Морган подскочил, радостно улыбаясь. Теперь он полноценный владелец ситуации. Вчерашнее волнение ушло, бежать больше никуда не хотелось. Он справится со всеми сложностями, чтобы не задумала на его счет Мурси. С этого момента капитан будет плясать под его холотреки. Морган ответит тем же — будет изводить её. Он отыграется по полной за все свои бессонные ночи. Хочет, чтобы катар забыл о ней и думал о Кларе? Он создаст такую иллюзию, что никто в жизни не докопается до правды! Ни Ванно, ни Иржи, ни её агенты. На каждого йонгея найдется свой йонгей, как говорят в народе.
Морган почувствовал ту уверенность в завтрашнем дне, какую уже очень давно не испытывал. Довольный собой, он направился завтракать, но всё же остановился возле каюты капитана и прислушался. Тишина. Принюхался. Нет, её точно нет. Наверное, в комнате для совещания. Или бродит где-нибудь сомнамбулой. Пусть походит ещё в неведении. Месть — блюдо, подаваемое холодным.
Позавтракав, капрал всё же заглянул в комнату для совещания, но и там Мурси не было. Он спустился к Ванно и как бы невзначай поинтересовался, где капитан. Вакуй пожал безразлично плечами и продолжил полировать проводящие кристаллы, горкой сложенные на столе.
Морган зашёл к Кларе. Не терпелось рассказать подруге о назначении. Пусть не думает, что у него и вправду «разжижение мозгов», знает, что можно больше не волноваться ни за свою жизнь, ни уж тем более за жизнь Моргана. Но сильней всего хотелось напомнить Дорн, что он далеко не такой дурак, каким в последнее время считают его остальные.
— У тебя всегда припасен туз в рукаве, — расхохоталась подруга. — Ох, ну ты гений, Морган. Я представляю её лицо!
— А говоришь, я простой, как одна кредитка.
— Беру свои слова обратно. А ты ей сказал уже?
— Нет, она ещё не вернулась.
— Ну, подождём.
— Подождём.
К вечеру по корабельному времени вернулись пьяные ребята и, громко смеясь, расселись в общей комнате, включив какой-то фильм. Клара и Морган присоединились к ним. Фильм откровенно оказался скучный, а капрал то и дело дергался, реагируя на малейший шорох снизу. Но Мурси так и не появилась. Поднялся Ванно. Завидев его, Клара демонстративно взяла Моргана за руку и положила себе на плечо, заставляя друга изображать тесные объятия. От этого жеста вакуй резко переменился в лице. Взгляд его стал жестким и он, не пугнув никого даже слабенькой угрозой, засел в столовой.
 
— Видел? — шепнула Клара. — Они точно не ожидали такой реакции.
Однако Морган помнил, каким довольным Ванно выглядел, даже прождав их возле музея два часа, и сейчас что-то кольнуло у катара в груди. Тревога опять охватила с новой силой. Капрал глянул на Ваццлава, в надежде распознать его реакцию, но тот сладко спал в кресле. В любом случае, на них смотрят агенты, так что об объятиях точно донесут Мурси, где бы она ни была в данный момент. Морган покрепче прижал к себе Клару, надеясь, что хотя бы целовать подругу не придется. Чувствовал он себя при этом ужасно. Будто рука его лежала на раскаленной поверхности — горела и смердела непереносимым чужим запахом. Всё тело чесалось и зудело, будто тысячи блох одновременно терзали его. А в душе зарождался неведомый ранее стыд — будто он упал лицом в лужу и прилюдно пьет из неё. Когда фильм закончился и все принялись расходиться по каютам, Морган самый первый соскочил со своего места и покинул общую комнату, даже не попрощавшись с Кларой, а потом долго стоял в душе, пытаясь отмыть позорные для катара ненастоящие объятия.
К середине следующего дня, когда от капитана всё так же не было вестей, тревога Моргана разрослась настолько, что он уже не находил себе места. Он сидел в общей комнате, пытаясь читать на паде про землянское оружие, явно интересующее Мурси, но то и дело вздрагивал от любого шума. К нему постоянно подходила Клара, но катар не мог сосредоточиться на разговоре и отвечал невпопад.
Ближе к вечеру Морган всё-таки не выдержал и спустился к Ванно:
— Она тебе не сказала куда пойдет?
— Нет, — мрачно ответил вакуй, затачивая кинжал Мурси.
— Она же не могла пойти на охоту без нас? Без кинжала?
— Могла.
— Слушай, Мурси точно не нужна наша помощь? Может, ты запеленгуешь её? Пойдем поищем?
— Тебе какое дело? — оскалился Ванно.
— Я позанимаюсь? — не нашел правдоподобного ответа Морган.
Вакуй демонстративно отвернулся от него, делая вид, что наточка кинжала — единственное занятие, достойное внимания, а капрал выбрал проверенное средство, которое всегда его успокаивало — физические нагрузки.
Замучив себя упражнениями до изнеможения, Морган вернулся в каюту и буквально упал в сон. Но уже в пять утра подскочил и первым делом принюхался. Нет, так и не пришла! Катар сел на кровати и, сжав голову руками, потянул ладонями вниз, пытаясь, видимо, таким образом выдернуть шерсть на лице. Невозможно! Тревога настолько его сковала, облепляя липким холодным страхом, что остальные мысли просто улетучились. Морган постарался дышать глубже, так как начал буквально задыхаться от этого странного чувства. Встал и залез под ледяной душ, но это не помогло, а наоборот, ещё больше вогнало в тревожное состояние. Теперь его к тому же и трясло, и как ни пытался капрал согреться, ничего у него не выходило. К семи часам он измаялся настолько, что разбудил Клару. Подруга вколола какую-то сыворотку, и Морган свалился прямо у неё на медицинской кушетке в беспокойный сон.
Проснулся капрал уже ближе к обеду. Посмотрел на Клару, сидящую за столом рядом, и первым делом спросил:
— Она пришла? — Дорн отрицательно покачала головой. — Почему она не взяла меня с собой? А если с ней что-то случилось? А если её убили? А если она ранена? — катар соскочил с кушетки и принялся расхаживать взад-вперед.
— Морган, успокойся! Ты ужасно выглядишь. Если бы с ней что-то случилось, Ваццлав бы нам уже всё доложил.
— Точно! Ваццлав! — осенило капрала, и он выбежал прочь.
Морган застал Иржи на кухне, за обеденным столом. Тот спокойно жевал жареные коренья, внимательно смотря на своем паде видео-пособие по созданию техно-вирусов.