Желаете возвести Цитадель? (СИ)

По её признанию, она практически всю ночь не спала, занимаясь исследованием знака, Однако многие узоры требовали глубокой расшифровки, ибо не относились ни к общераспространённым, ни к знакам высшего сословия. И, при первой же возможности, она собиралась отправить в Университарий и на родину подробное письменное описание знаков, чтобы ими могли заняться геральдисты, так как передать все нюансы, пользуясь лишь голосовой связью кристалла, было невозможно.
Что до небольшого инцидента на кровати, то его словно и не было. Я даже засомневался, а запомнила ли эльфийка то, что с ней произошло. Единственным отличием от её обычного поведения стала разве что чаще окутывавшая её задумчивость, да чаще на свет появлялся блокнот, в который она что-то усердно записывала, невзирая на тряску от ящера.
А вот кто изменился, так это гоблины. После вчерашнего звукового представления, устроенного чародейкой, они бросали на меня немного завистливые, но уважительные взгляды. Особенно это касалось бойцов Вриду. Мои же охламоны, уже привыкшие за время ночных дежурств у дома к самым разным звукам, больше надувались от важности, всеми силами демонстрируя как велик их Владыка. Что касается Астиль… Первую половину дня эльфиечка провела ярко-алой, ибо стыдливо краснела всякий раз, как ей на глаза попадались я или Лион. Почему-то меня это очень забавляло.
Несмотря на крайне бурное начало путешествия, в дальнейшем дорога проходила тихо и спокойно. Мирные пейзажи проплывающих мимо полей, лугов и лесочков неизменно радовали душу и настраивали на благодушный лад. Невольно вспоминалась наша прошлая поездка к Карушской крепости. С отбитыми задницами и ночёвками на холодной земле. Всё таки, неплохо я развился с тех пор.
Единственным примечательным событием стал попавшийся по дороге путник в незамысловатых холщовых одеждах. Он сидел на обочине, спрятавшись от солнца под ветвями невысокого дерева, и пил из фляги. Поначалу я даже не обратил на него особого внимания, однако что-то зацепило меня на самой периферии взгляда и оглядел его повнимательнее.
— Старче, — слегка удивлённо спросил я ехавшего рядом Горта. — А это кто?
Издалека путник выглядел как обычный эльф. Стройный, длинноухий, разве что ниже обычного. Но приглядевшись, я понял, что тот абсолютно лыс, а кожа окрашена в какой-то странный телесно-бордовый оттенок.
Шаман, глянув в сторону отдыхающего путника, ни капли не удивился и сразу же пояснил:
— Полукровка, Владыка. Редкое зрелище.
— Полукровка? То есть, полуэльф? — уточнил я.
— Можно и так сказать, — кивнул гоблин. — Обычно дети от представителей разных народов рождаются по крови матери. Но иногда случается так, что кровь отца пытается взять верх и дитя получает некоторые черты его народа. У встреченного нами путника мать эльфийка, а отец гоблин, Владыка.
— Понятно, спасибо, старче, — кинул я, мысленно удивляясь принципам работы местной генетики. — И часто рождаются такие дети?
— Сложно сказать, Владыка, — задумчиво поправил бронешляпу Горт. — До сегодняшнего дня я видел четверых таких за всю свою жизнь. Этот пятый.
— А как их воспринимают в обществе?
— …По разному, — расплывчато ответил шаман после небольшой паузы, но подобный ответ был для меня весьма исчерпывающим.
Персон с физическими отклонениями, вне зависимости от эры и культуры, если не боялись, то всегда сторонились. И было бы глупо ожидать что в ином мире внезапно обнаружились бы другие порядки. Возможно, стоит в будущем добавить к своим проповедям что-то на тему любви ко всем ближним?
К ночи второго дня пути мы уже стояли лагерем восточнее Карушской крепости, которую мне, хоть и издалека, но удалось увидеть не в состоянии щебёнки. Как же славно, всё таки, жахнула тогда бомбочка Орена. Вон и запруда, образовавшаяся после взрыва, всё ещё на месте, сияет отражением закатного солнца. Терраформинг по-гномьи, мать его… Если он на пару с Лони и рейлган такой забабахает, будут люды бедные, это я гарантирую
Резко контрастируя со вчерашним вечером, сегодняшний прошёл абсолютно и исключительно спокойно. Идя в свою комнату, я мельком заглянул в дверной проём Лион и обнаружил, что та, разложив на столе какие-то бумаги и пару хитроумных устройств, напоминавших увиденные в башне Эрмита, вовсю занялась неким экспериментом. Удобная, всё же, штука, эти пространственные карманы. Можно таскать с собой даже мини-лабораторию.
 
Я лишь пару раз видел чародейку в настолько сосредоточенном состоянии и находил его довольно интересным. Магистр сбрасывала с себя амплуа раскрепощённой эльфийки и полностью отдавала себя процессу. Серьёзный, отрешённый от всего внешнего взгляд, задумчивое лицо и полная самоотдача работе делали её по особому привлекательной. Наблюдение за увлечёнными людьми всегда немного завораживало, не важно, касалось ли это Лони, Лионеллиан или даже служанок, когда они хлопотали по дому.
Я не стал отвлекать чародейку расспросами, чтобы не рушить эту тонкую рабочую атмосферу, и отправился дрыхнуть. Как выяснилось за время этого путешествия и той ночёвки у стены постоялого двора, в компании с Шарли спалось заметно лучше обычного.
Наутро следующего дня магистр Лион подошла ко мне. Выглядела она жутко невыспавшейся. Судя по всему, она почти не спала уже вторую ночь подряд. Сначала из-за кланового знака Аллегри, а потом из-за эксперимента неизвестного рода. Тем не менее, в глазах эльфийки сверкала воодушевлённость. И когда она заговорила, цели её вчерашнего эксперимента выяснились сами собой:
— Владыка Нотан, я обнаружила кое что интересное касательно шкурки вашей питомицы, — сообщила она с довольным прищуром. — Скажите, Шарлотта обладает какими-нибудь магическими способностями?
— Магическими? — удивился я и покачал головой. — Нет, ни разу не видел. Шарли, у тебя есть магия? — спросил я паучиху.
Шарлотта в ответ лишь растерянно развела лапками. Впрочем, ожидаемо. Обладай Шарли магией, в качестве врага она была бы беспредельно страшна. А природа, как известно, любит баланс.
Если, конечно, природа имела хоть какое-то отношение к Шарли.
— Дело в том, что вчера я закончила первую часть исследований экзувия, что вы мне оставили, Владыка, — пояснила истоки своего вопроса Лион, изящно взмахнув рукой. — И обнаружила, что основным его свойством является поглощение магии.
— Поглощение? Но ведь её присутствие не мешает мне или Горту создавать заклинания… — начал было я и Лион торопливо замахала руками.
— Неправильно выразилась, Владыка. Не поглощение, а… впитывание, — поправилась она. — Этот покров не забирает чужую магическую энергию насильно, но постоянно вбирает в себя свободные эманации эфира, излишки от высвобожденных заклинаний и прочее.
— Очень любопытно… — пробормотал я и взглянул на паучиху. Оказалось, что та смотрит на Лион очень внимательно, словно старается не упустить ни единого слова. — И что происходит с этой энергией потом?
— Простите, Владыка, этого мне пока понять не удалось, — погрустнела эльфийка. — Могу пока лишь сказать, что сам экзувий не является хранилищем собираемой энергии, подобных свойств у него я не обнаружила. Он лишь собирает капли магии, чтобы куда-то её передать, что с ней происходит потом… Боюсь, знает лишь сама Шарлотта, — задумчиво пробормотала Лион, глядя на паучиху.
— Понятно, что ничего не понятно, — хмыкнул я и кивнул. — В любом случае, спасибо за информацию, Лион. Продолжайте в том же духе, может выясните что-то ещё.
— Само собой, Владыка, — улыбнулась чародейка.
Через полчаса, после быстрого завтрака, мы снялись с места и, проехав немного вдоль реки, перебрались на другой берег по лёгкому мосту. И памятуя о монстрах вроде ворласка, способных таиться в обманчиво безопасной реке, я двигался по переправе с большой опаской.
Сказанное магистром не выходило у меня из головы и я постоянно поглядывал в сторону бегущей неподалёку паучихи. Впитывает магию… Уж не поэтому ли она так раздобрела? Мало того, что я фоню магизлучением что тот реактор, так ещё и постоянно усиливаю паучиху своей способностью. Для чего бы ей ни была нужна эта энергия, она получает её практически постоянно, первосортную, да ещё и с устрашающим усилением развития.