Желаете возвести Цитадель? (СИ)

Чудище просыпаться не хотело и лишь сонно промычало что-то в ответ, ещё плотнее прижавшись к руке. Подушка я ей, что ли?
— Владыка вызывает Лони, приём, — не оставил я попыток и попытался потрясти захваченной рукой.
Но результат оказался далёк от ожидаемого. Преодолеть силу спящей гномки мне не удалось. И более того, в результате столь необдуманного действия моя кисть оказалась в ещё большем плену. Королевском плену, устланном яркой золотистой медью.
Моё спокойствие вновь оказалось под большой угрозой. Посреди белой пустыни одеяла, тронутой лишь барханами складок, вот-вот норовил взмыть генеральский шатёр, возвещающий о скором начале новой битвы. И, пока всё не зашло дальше необходимого, я решил прибегнуть к методу экстренного пробуждения любого вменяемого если не тельварца, то гнома точно:
— Гномы, подъём! — зарычал я, стараясь отрегулировать голос так, чтобы достучаться до сознания Лони, но при этом не переполошить горничных. — Люды атакуют!
Сработало безотказно. Лони вылетела из под одеяла так, словно её выкинуло оттуда катапультой. Но у способа оказался один крохотный недостаток. Отпустить меня она не успела и машинально потащила за собой. Я такой подставы не ожидал, зацепился ногами за одеяло, запутался в нём и, в отличие от выпрямившейся на кровати гномки, рухнул ей в ноги и завалил на себя.
— Где люды?! Откуда идут?! — спросила она без тени сонливости, даже не обратив внимания на своё падение. — Где моя Матильда?
— Доброе утро, — поприветствовал я гномку с весёлой ухмылкой, глядя как непонимающе мечутся её глаза.
— Доброе, — ответила она и, продолжая лежать на мне, озиралась по сторонам. — Так где люды?
— Нету людов, — ухмыльнулся я. — Разбудить тебя не мог, пришлось импровизировать.
Ситуация вышла какая-то дурацкая, прямо таки клишированная… но дюже приятная. Особенно когда гномка задумчиво поёрзала на мне, ища позу поудобнее. И кто сказал, что клише — это плохо?
— Значит, никто не нападает? — уточнила рыжая на всякий случай.
— Если только ты на меня, — развёл я наконец-то полностью свободными руками.
— Мда? — задумчиво прищурилась Лони и скользнула взглядом по нашей позе. — Ну, да, у тебя как раз весьма удачно связаны ноги, — хмыкнула она и скользнула вниз уже сама, защекотав живот рыжими волосами.
Дела пришлось отложить ещё на полчаса.
Когда Латика постучала в дверь спальни и доложила о том, что завтрак готов, мы уже прекратили шуметь, но ещё не хотели отпускать друг друга, а потому просто лежали, откинувшись на подушки.
— Слушай, — задумчиво пробормотал я, припомнив наш старый разговор. — А что за просьбу ты упоминала тем вечером?
— Просьбу? — непонимающе нахмурилась гномка. — …А, поняла. Ну, думаю, теперь её и правда можно озвучить, — хитро улыбнулась она. — Она пустяковая, на самом деле. Я просто хотела бы, чтобы твой первенец, когда ты надумаешь завести детей, был от меня.
Ах, вот оно что. В ответ на эту простую просьбу я лениво закивал и чуть сильнее прижал к себе гномку. Первенец, значит. Дети. …Дети?
Дети?!
Я подскочил на кровати так, словно подо мной оказалась обжигающе ледяная глыба. Дети. А я ведь уже сколько… И без… Ооооой-вэй!
Чувство эйфории, переполнявшее меня всё утро, стремительно улетучивалось, словно воздух из продырявленного шарика. На смену ей мою душу заполняло огромное, тяжёлое, отлитое из чугуна слово «Ответственность». Жизнь в очередной раз доказала мне, что я — безалаберный идиот, ни разу не задумавшийся над тем, что могут случиться последствия.
— Ухахахахахахаха! — раздался сбоку звонкий безудержный смех. — Ухухухухухухухахахах!
Я взглянул на бившуюся в истерике гномку с непониманием и даже обидой. Я, конечно, сам дурак, но надо ведь чувствовать ситуацию!
— Дай угадаю, — сквозь смех спросила рыжая, — ты сейчас думаешь на счёт своих горничных?
— Ну… типа того, — неохотно признался я, отводя взгляд.
— Расслабься, — сказала она и игриво пихнула меня ногой. — Когда надо, они пьют настойку из корня гароча. Я проверяла.
— Проверяла? — удивился я. — Как?
 
И что, блин, за корень гароча? Местный контрацептив? Почему я впервые слышу?!
— Есть методы, — ухмыльнулась Лони и подмигнула. — Но тебе их знать не надо. Это девичьи тайны. В общем, не волнуйся.
Я немного собрался с мыслями и, кивнув, рухнул обратно на кровать. Хотя слова гномки меня успокоили, в душе всё ещё бурлили остатки смятения. Это ж надо было так… 
Через пару минут самобичевания до меня вдруг дошло, что и Лони в данный момент не планирует посвящать себя материнству. Собственно, вся суть её просьбы была именно об этом. Не раньше, чем я сам решусь, хм… А сейчас точно было не время.
Дав себе обещание впредь включать голову почаще и задумываться не только о войне с фиарнийцами, я окончательно успокоился. Правда атмосфера сегодняшнего утра оказалась вдребезги разбита. Вскоре мы привели себя в порядок и спустились вниз.
Ну, если точнее, это с нашей точки зрения мы привели себя в порядок, однако Эсми с Латикой, едва мы появились, тут же загнали нас в купальню, после чего ещё долго кружили вокруг, наводя лоск.
Позавтракав, Лони переоделась в платье и умчалась домой. А если точнее, в мастерскую, навёрстывать за вчерашний прогул. Гномка пообещала к моему возвращению из поездки если не нормально работающий прототип, то хотя бы барахлящий и стреляющий через раз. В конце концов, без этого этапа сложно было обойтись.
Ну а я, захватив Эрмита, что-то неразборчиво ворчащего про царящий в доме моральный упадок и полное отсутствие приличий, и Шарлотту, вышел на улицу и полной грудью вдохнул свежий утренний воздух. А всё таки жизнь налаживалась! Несмотря ни на что. Сегодня я осознал это с кристальной ясностью. И ощутил, что на душе стало намного легче, чем прежде. Ведь я не один.
Хмыкнув на ворчание раздражённого и завидующего фолианта, я потрепал Шарли по макушке и направился к ящеру, чтобы добраться до памятного пустыря, на котором перевоспитывал магистра Лион.
Время возводить цитадель!
Пускай и маленькую.
  
Глава 26. Два золотых
 
Как обычно и водилось в последнее время, подготовленный и оседланный с раннего утра ящер ожидал на привязи неподалёку от дома, вместе с парочкой гоблинов и ещё двумя ездовыми животинами. Как оказалось, сегодня была смена Тука и Крука. Тук являлся самым умным из группы добытчиков Горта, но Крук, как я помнил, не сильно уступал ему в сообразительности. Прямо таки золото, а не гоблины. Даже удивительно, что двух самых головастых парней поставили в одну смену, а не разнесли по разным, чтобы приглядывали за менее рассудительными собратьями.
Едва завидев, что я вышел из дома, краснокожая парочка моментально подскочила ко мне и, ударив кулаками себе по груди, выжидающе уставилась.
— Добрый утра, Владыка! — бодро гаркнули они.
— Здорова, орлы, — кивнул я. — Всё спокойно?
— Так точно!
— Ну и славно. Тогда по коня… всмысле, по ящерам и давайте за мной. Нужно сделать кое-что за городом.
— Надо звать остальной? — уточнил Крук.
— Нет нужды, — отмахнулся я.
Понятливо кивнув, гоблины отвязали ящеров, я спрятал ворчащего Эрмита в Хранилище, ибо пингвин так и не избавился от своей ящеронепереносимости, и вскоре мы отправились в путь. Так как дорога была не особо близкая, по пути я решил разобраться что же там хотел сообщить мне браслет сегодня ночью.
Коснувшись артефакта, я взглянул на меню и немного удивился. Как и подозревал, Аллегри тут была не при делах. В сообщениях не добавилось ни единой новой строчки… и это казалось довольно странным после такой-то ночи. Весьма удивительно, что богиня решила не использовать столь удобный повод для зубоскальства.
А вот какой пункт меню браслета призывно подмигивал, так это [Статус]. И это прямо таки вводило меня в ступор. Что такого могло измениться в моём статусе? Неужели мне была дарована ещё одна звезда?