Потерянный элементаль (ЛП)
Прозвенел звонок, и занятия начали заканчиваться. У меня не было на это времени. Не хотелось стоять без дела, пока Ривен набрасывался на меня.
Я обошла Кая и направилась к дверям. Он окликнул меня по имени, но я проигнорировала его, перейдя на бег. Ривен кое-что сказал в середине своей тирады. Что Феникс, вероятно, отправился туда, где он проводит каждую ночь. Ривен и Кай не знали, где это место. Но я знала.
Я побежала через двор к своему общежитию. Дверь ударилась о стену, когда я ворвалась внутрь, направляясь к лестнице. Мышцы горели, когда я перепрыгивала через две ступеньки за раз. К тому времени, как я добралась до крыши, я задыхалась.
Рука легла на дверную ручку, и я остановилась, пытаясь отдышаться. Я мысленно помолилась, чтобы Феникс был здесь, и толкнула дверь.
— Я знал, что мне следовало выбрать другое место.
Феникс прислонился к стене на противоположной стороне крыши, глядя на горизонт. Он даже не посмотрел в мою сторону, но знал, что это я.
Я проигнорировала не слишком теплый прием и направилась к нему. От него больше не исходили искры, но дымчатые тени были там, кружась и цепляясь друг за друга. Я не позволила этому остановить меня. Я опустилась на землю рядом с ним и откинулась назад.
Я ничего не сказала. Я просто сидела. Через мгновение я накрыла его руку своей, наши пальцы переплетались, словно на замысловатом гобелене.
Феникс уставился на наши соединенные руки.
— Как ты можешь дотрагиваться до меня?
Я отшатнулась.
— А почему бы и нет? Ты вмешался, когда я замерла и была до смерти напугана. Ты уберег меня от огня в лицо.
— Я мог убить моего брата.
— Ты бы этого не сделал.
Он покачал головой.
— Ты этого не знаешь. Я чувствовал, как ты была напугана. Это исходило от тебя волнами. Хотел убить его за это.
— Феникс. — Я не знала, что еще сказать. В моей жизни были люди, которые хотели защитить меня. Мама, Чарли в его мальчишеской манере, даже Лейни. Но я никогда не чувствовала такой ярости, которая исходила от Феникса прямо сейчас.
Феникс снова повернулся к горизонту.
— Сейчас он был готов на тебя наброситься. Я должен был остановить его, но теперь он знает, что мне не все равно. Это сделает тебя мишенью.
— Так будет не в первый раз.
— Он будет продолжать преследовать тебя.
В его голосе было столько отчаяния, что у меня все сжалось внутри. Я крепче сжала пальцы Феникса.
— Почему?
— Он всегда ненавидел меня. С того самого момента, как понял, что если он окажется ниже меня по рождению, то не сможет править. И он винит меня.
— За что?
Феникс на мгновение замолчал, просто глядя на леса, окружающие школу.
— Наша сестра умерла.
Я рефлекторно сжала его пальцы, но у меня не было слов, чтобы сказать ему что-нибудь. Потому что ничто не могло облегчить такую потерю.
Горе отразилось на его лице, из-за чего Феникс казался намного старше своих двадцати одного года.
— Он прав. Я не смог спасти ее. Я так чертовски старался. Но у меня ничего не вышло.
— Что случилось? — Я не должна была спрашивать. Не должна была заставлять его идти туда. Но я должна была понять то, что оставило на нем такой глубокий след.
— Мы играли в лесу рядом с замком. Прятки. Но убийцы проникли за стены дворца. Они нашли ее раньше меня. Я никогда не слышал таких криков.
Он содрогнулся, когда воспоминания нахлынули на него.
— Я убежал, как только услышал первый крик. Но было слишком поздно. Было так много крови. Она просто лежала там, и жизнь покидала ее. Я пытался покончить с ними, но мои силы все еще были ограничены.
— Феникс…
— Они обратили свои ножи против меня. Я никогда не горел так, как в тот день.
Его слова, сказанные прошлой ночью, эхом отдавались в голове.
— Ты стал огнем.
— Это был единственный способ выжить. Я позволил ему поглотить меня целиком. Охранник отца нашел меня. Они понятия не имели, как я все еще дышу. Воздух с трудом входил и выходил из легких.
Я посмотрела на предплечья Феникса, покрытые татуировками. Но под этими татуировками было нечто большее. Шрамы. Так много, что я никогда не смогла бы сосчитать их все. Они покрывали его кожу крест-накрест, как лоскутное одеяло пыток.
— Они хотели, чтобы я страдал. Чтобы медленно истекал кровью. И я это сделал. Но из-за меня они страдали еще сильнее.
Феникс повернулся ко мне. В его глазах заплясали искорки.
— Я нашел их все до единого. За каждый кусочек, который они дали моей сестре, они дали и мне. Я заставил их заплатить в десятикратном размере.
Я не отвела взгляда. Я справилась с этой живой, дышащей яростью внутри Феникса. Это был его вечный огонь. Частичка его самого.
— Хорошо.
Это было всего лишь одно слово. Но это было все, что я могла ему дать. Осознание того, что я не боюсь того, что живет внутри него.
Он крепче сжал мои пальцы.
— Ты не знаешь, Аура. Во мне живет чудовище. Я должен подпитывать его, иначе я могу полностью потерять контроль.
— Как?
Феникс начал отводить взгляд, а затем снова сосредоточился на мне, но ему будто пришлось заставить себя сделать это. Он не хотел, чтобы я увидела правду.
— Когда это становится невыносимым, я прошу у нашего охранника список преступников. Худших из худших. Тех, кто причиняет боль людям, которые слабее их. Я нахожу их. И расправляюсь с ними.
Он сжал мою руку так сильно, что у меня задрожали пальцы.
— Это жажда крови. Не думаю, что она когда-нибудь утолится.
Я выдернула свою руку из его, и Феникс тут же отпустил меня, но на его прекрасном лице отразилась обида. Только я не ушла. Я придвинулась ближе и обняла его.
— Мне так жаль. Это слишком тяжело для любого человека. Но ты справляешься. Ты используешь свою боль, чтобы восстанавливать справедливость.
Феникс пошевелился, посадил меня к себе на колени и уткнулся носом в мою шею.
— Аура.
— Ты не можешь держать это в себе. Ты должен давать этому волю, иначе это убьет тебя. Вот как ты даешь волю чувствам. — Я не могла огорчиться из-за того, что он это делал. Даже если это означало, что люди лишались жизни. Потому что он искал тех, кто был злым.
— Аура. Тебе следует держаться от меня подальше. Я не приношу ничего хорошего в жизни людей.
Его слова были отрывистыми, будто он боролся с самим собой, чтобы произнести их.
Я только крепче прижалась к нему.
— Я чувствую себя в безопасности, когда я с тобой, а я никогда не чувствую себя в безопасности.
Это была чистая правда. С той первой ночи на этой крыше я чувствовала облегчение от присутствия Феникса. Просто посидев с ним, я прогнала остатки кошмара. Я не чувствовала этого. Никогда.
Его губы скользнули по моей шее.
— Я сделаю все, чтобы ты оставалась там.
-26-
— Мне нужно идти. — Феникс рукой погладил меня по спине.
Меньше всего мне хотелось вырываться из его объятий. В его объятиях я обрела комфорт и умиротворение, которые превосходили всякую логику. Комфорт и умиротворение, похожие на то, что я чувствовала, когда Атлас нес меня обратно в свое общежитие.
При этих словах у меня все внутри перевернулось. Я не должна была испытывать такого влечения более чем к одному человеку. И когда я добавила к этому Кая… Я была в полной заднице.
Я заставила себя соскользнуть с колен Феникса.
— Ты в порядке?
Он улыбнулся мне, и изгиб его губ впервые коснулся глаз. Эффект был ошеломляющим.
— Почти уверен, что ты что-то вроде человеческого ксанакса, потому что я чувствую себя… расслабленным.
Он произнес это слово так, словно это был иностранный термин. Я вглядывалась в его лицо в поисках морщин напряжения или проблесков боли.
— Расслабление — это хорошо, верно?
— Думаю, да. Я так давно не чувствовал этого, что мне трудно сказать. Мне больше не хочется вырывать позвоночник из черепа моего брата. Это хорошо.