Потерянный элементаль (ЛП)

* * *
— Ты присмотришь за ней? — подтолкнул меня Кай, когда мы все стояли перед классом земли.
— Я уже три раза сказал тебе, что так и сделаю, — проворчал Атлас.
— Ты должен проводить ее на урок огня после…
— О нет, — сказала я, обрывая Кая. — Я вполне способна ходить с одного урока на другой.
— Я присмотрю за ней на огне, — сказал Феникс все тем же низким, дымным голосом.
— Я сдаюсь. — Я повернулась и направилась в класс, но Кай схватил меня сзади за рубашку и потянул обратно.
Он заключил меня в крепкие объятия, скользнул губами по мочке моего уха.
— Задай им жару, Щеночек.
Внезапно у меня пропало острое желание идти на занятия. Я могла простоять здесь весь день в объятиях Кая. В мире больше ничего не должно было существовать, и…
Феникс прочистил горло.
— Отпусти ее, Кай.
— Ревнуешь, — пробормотал Кай, но отпустил меня.
Я поспешила в класс, стараясь не встречаться с ним взглядом. Мне не нужно было видеть его самодовольную ухмылку. Я оглядела класс в поисках свободного места. К счастью, в заднем ряду был совершенно пустой лабораторный стол. Я направилась прямиком к нему.
В воздухе повис шепот. Вопросы о том, что королевские особы нашли во мне. Что, возможно, я более могущественна, чем кто-либо думал. Одна девочка прошептала, что я шантажировала их, чтобы они общались со мной.
Я прикусила внутреннюю сторону щеки и сосредоточилась на передней части класса. Невысокий мужчина в круглых очках улыбнулся всем присутствующим.
— Добро пожаловать на урок земли. Я профессор Мосс, а это мой ассистент, Атлас Терра.
Большинство студентов почтительно склонили головы, отводя глаза от моего кроткого великана. При виде этого зрелища у него сжались челюсти.
— Сегодня мы познакомимся с нашей магией земли. Вы, вероятно, выполняли подобные упражнения на других занятиях. Мы начнем с простой медитации, а затем поработаем над установлением связи с нашей внутренней землей.
Я подавила стон, который хотел вырваться наружу, но закрыла глаза и последовала инструкциям профессора Мосса, когда он проводил нас через медитацию. Во многом это было связано с ощущением связи с землей, с энергией, которая текла под нами и вливалась в нас каждый день.
Эта концепция была той, с которой я могла согласиться. Мы понимали, что являемся частью окружающего нас мира. Что нам нужно относиться к нему с заботой и почтением. Но, как и на других моих занятиях, я этого не чувствовала. Не так, как описывал профессор Мосс.
Я тихо зарычала от разочарования, сжимая в кулаках миску с грязью, стоящую на моем лабораторном столе. Большие ладони сомкнулись вокруг моих.
— Не открывай глаза.
Там, где кожа Атласа коснулась моей, поднялся гул энергии.
— Я ничего не чувствую.
— Ты давишь. Тебе нужно позволить магии земли течь через тебя. Не пытайся удержать ее или контролировать. Считай, что ты — проводник.
Я представила, как теплым летним днем солнце светит мне в лицо. То, как я ощущала траву под кончиками пальцев в парке, когда смотрела, как играет Чарли. Легкий ветерок развевал мои волосы. Все это было частью той жизненной силы, которая пронизывала всех нас, будь то люди или элементалы.
Жужжание в моих руках усилилось. Грязь из миски взлетела в воздух и попала мне в лицо. Я зашипела, распахивая глаза.
Но поток не прекращался. Теперь все мое тело гудело. Земля подо мной дрожала.
— Атлас…
— Потяни назад. Ты можешь это сделать.
— Что за чертова головная боль, — сказал один парень.
— Из-за нее мы все погибнем, — закричала девушка, бросаясь к двери.
Воздух разорвал резкий хлопок, похожий на самый громкий раскат грома, который я когда-либо слышала. Мои глаза округлились, когда пол под нами раскололся.
В тот же миг Атлас упал на колени, упершись руками в пол. Он закрыл глаза, сосредоточив всю свою энергию на земле под нами. Мгновение спустя тряска замедлилась. Затем сам пол медленно начал собираться воедино.
Я ничего не могла сделать, кроме как смотреть. Глаза Атласа открылись, и он встретился со мной взглядом.
 
Что, черт возьми, я только что сделала?
-23-
Я опустила голову и поспешила на следующий урок. Я сделала все, что могла, чтобы не слышать перешептываний. Сплетни в Кингвуде распространялись быстро, как молния, и слухи о моей выходке уже разлетелись повсюду.
Нырнув в класс, я направилась к заднему ряду. Но сильные руки схватили меня за плечи.
— Что случилось?
Я заморгала, глядя в чернильно-черные глаза.
— Ничего.
Феникс нахмурился.
— Атлас написал мне, что на уроке земли возникла проблема.
— Так, значит, ваши телефоны здесь работают? — На этом было легче всего сосредоточиться, чем на том, что, черт возьми, только что произошло. Но это было нечто большее. Я бы все отдала, чтобы иметь возможность общаться по видеосвязи с мамой и Чарли. Слышать их голоса и видеть их улыбки. От боли, поселившейся в груди, у меня перехватило дыхание.
— Эй, — сказал Феникс, наклоняясь ближе. — Что бы это ни было, мы разберемся.
— Что, если я зашла слишком далеко? Что, если они лишат меня сил, и я не смогу ничего контролировать?
Он стиснул зубы.
— Этого не произойдет.
— Профессор Синдерс? — спросил женский голос.
— Да, Зена? — ответила женщина, сидевшая впереди класса.
— Думаю, наш класс чувствовал бы себя намного лучше, если бы Ауре не разрешали здесь практиковаться.
Смешки и откровенный смех наполнили воздух. Громче всех смеялась Дрю. Я постаралась не покраснеть.
Феникс медленно повернулся в сторону Зены.
— Что, если я решу немного потренироваться на тебе?
Парень, сидевший рядом с ней, тот самый, с которым мы ходили на занятия по воде, встал.
— Отойди, Феникс. Ты не можешь ожидать, что остальные из нас прикусят языки, чтобы защитить чувства твоей психованной подружки.
— Следи за языком, Эйден.
Мой взгляд метался между ними двумя. Те же темные волосы и золотистая кожа. Похожие линии подбородка. Глаза Эйдена были не такими темными, как у Феникса, но они были близки.
Эйден насмешливо посмотрел на Феникса.
— Ты забываешься. Ты еще не король. Я не преклоняюсь перед тобой.
— Маленький брат, ты преклонялся предо мной со дня своего рождения. Никогда не забывай об этом.
Ноздри Эйдена раздулись.
— Ты не заслуживаешь трона. Ты не способен руководить нашим народом. Ты не можешь защитить даже свою собственную семью…
Феникс бросился на брата, но профессор поднял руку, воздвигая огненную стену между ними. Я отступила на шаг, все во мне замерло от ужаса.
— Думаю, на сегодня достаточно семейных драм, не так ли, мистер Пепел? — Она выгнула бровь, чтобы подчеркнуть свою мысль, затем погасила пламя. Единственными остатками была сажа на полу.
Мои руки все еще дрожали, хотя мышцы расслабились. Но я могла думать только о Фениксе. Его грудная клетка тяжело вздымалась, когда он пытался взять себя в руки. Желание подойти к нему было таким сильным, будто я чувствовала, как боль волнами исходит от него.
Я понятия не имела, что было между ним и его братом. Я и не подозревала, что у него был брат. Но это были страшные раны. Такие, от которых остаются шрамы, которые никогда не заживают. Я кое-что знала об этом.
— Пожалуйста, все займите свои места, — приказала профессор Синдерс.
Проходя мимо Феникса, я коснулась его руки. Легчайшее прикосновение кожи к коже. Легчайшее прикосновение. Просто чтобы сказать ему, что я здесь.
Его глаза встретились с моими. Их можно было описать только одним словом. Опустошенные. Боль в них лишила мои легкие воздуха. Но через секунду все прошло. Маска холода встала на место.
— Мисс Коулман, — позвала профессор.
Я очнулась от оцепенения и подошла к единственному свободному лабораторному столу. Я пыталась сосредоточиться на словах профессора, но мое внимание то и дело переключалось на Феникса, а затем на его брата. Миллион вопросов вертелся в голове.