Цветок темного легиона (СИ)

Энджи положила руки на плечи Марти, глядя в глаза. Пришлось, вздохнув, неохотно кивнуть.
— Ты хоть в курсе держи, что там. От Руда же не дождешься.
— Кстати, о нем, — Энджи хитро улыбнулась. — У вас что-то есть?
Она присела на кровать, сложив руки на коленях. Во взгляде — бесконечный интерес.
— С чего ты взяла?! Это что еще за мысли?! — возмутилась Марти.
Вспомнился тот ночной поцелуй. Она порадовалась, что не склонна краснеть, иначе залилась бы краской до кончиков ушей.
— Он очень переживал за тебя, — Энджи тронула за плечо, тепло улыбаясь. — Конечно, Руд меня не переносит, но у него есть хорошие стороны. И я буду рада, если…
— Заткнись. Просто заткнись, — усмехнувшись, обрубила Марти. — Мне вся эта любовька даром не нужна. Тем более с ним.
— Тогда присмотрись к другим. Я серьезно, ты не можешь быть вечно одна, — мягко сказала Энджи. — Мир не рухнет, если ты займешься своей личной жизнью. Считай это приказом будущей графини.
Она тихонько рассмеялась, а в глазах блеснули озорные искры. Фыркнув, Марти толкнула в плечо, чтобы слишком не зазнавалась.
— Бу-ду-щей, — ехидно напомнила она. — Так что не наглей, не нужен мне никто.
Слабость снова дала о себе знать, и в голове загудело. В попытке скрыть это Марти попросту упала назад на постель, раскинув руки. Плечо отдалось болью, но сейчас стало уже все равно. Веки сами собой скользнули вниз, и показалось, что кровать закачалась.
— Ладно, отдыхай, — сказала Энджи. — И не вздумай ни во что лезть!
Марти угукнула что-то невразумительное. Послышался звук закрываемой двери. А в уже ускользающем сознании всплыла картинка, с каким беспокойством смотрели обычно холодные темно-серые глаза.
«Неужели ты и правда волновался за меня, легат Руд?» — подумала Марти с легкой усмешкой прежде, чем провалиться в сон.
  
Глава 17
 
Марти проспала почти сутки. За это время регенерация и какая-то черная дрянь, которой пропитали повязку, сделали свое дело: боль притупилась. Тяга организма по-пьяному качаться при каждом движении тоже прошла.
Энджи, как всегда, проявила заботу. В ванной обнаружились чистые вещи из Общаги: черная футболка и потертые джинсы. Обувь тоже, вопреки угрозе, оказалась неподалеку. А потому, выскочив из душа, Марти решила не задерживаться. Откинув дреды за спину, она выглянула из комнаты. Никого.
Марти уже сделала несколько шагов по коридору, когда по спине пробежали мурашки. Взгляд. Тяжелый, явно осуждающий. Следом за ним послышалось и приглушенное рычание. Обернувшись, Марти посмотрела на белого адского пса с глазами, горящими алым огнем.
— Блин, напугала, — выдохнула она.
Небула — графская любимица — уселась, как точеная статуэтка. Острая морда задралась к потолку, будто вот-вот должен был прозвучать волчий вой. Вместо этого из клыкастой пасти вырвался громкий лай.
— Черт, вот стукачка, — проворчала Марти себе под нос.
Она начала отступать назад, чтобы уйти другим коридором, но в этот момент из-за угла показалась Энджи. Обреченный вздох, покачивание головой — словом, картина маслом «Ты опять за свое?»
Небула сразу подорвалась с места, ткнувшись носом в руку хозяйке.
— Молодец, девочка, — усмехнулась Энджи, погладив по голове, а потом взгляд переметнулся к Марти. — Ну? Это что за побеги? Еще бы подкоп сделала.
— Да я реально уже в норме! Просто… в Общагу нужно. С нашими увидеться.
Небула коротко рявкнула, будто фыркнула на это вранье. Ведь Марти провалялась бы здесь хоть неделю, если бы не жажда выяснить, что там с «Черной лилией».
— Ладно-ладно, — подозрительно сладким голоском согласилась Энджи. — Только заглядывай, когда увидишься… «с нашими».
Она подмигнула с таким заговорщицким видом, что сразу захотелось стукнуть.
Марти незаметно проскочила в Общагу мимо костров, у которых как раз тренировался ее отряд под руководством Руда. Попасться на глаза — обречь себя на расспросы. Так что пришлось тихонько прошмыгнуть внутрь и ждать там.
Возле комнаты Руда Марти ненадолго замешкалась. Подумав, она пожала плечами, и ладонь легла на дверную ручку. На удивление, та поддалась. Внутри встретила почти полная темень. Разве что слабые-слабые отсветы от костров добрались до особняка, и это кое-как позволило не врезаться в мебель.
 
Прикрыв за собой дверь, Марти прошлась по комнате. Кончики пальцев скользнули по краю стола. Ни крупинки пыли, ни малейшей безделушки. Как всегда, никаких деталей, только скупой набор мебели.
Быстро заскучав, Марти села в кресло рядом с дверью. Наверно, прошло около получаса прежде, чем та отворилась. Руд вошел внутрь уверенным широким шагом, но потом резко остановился. Тусклые отблески огня с улицы очертили напряженную мужскую фигуру. Рука медленно потянулась к ножу на поясе.
— Да я это, — фыркнула Марти, вставая.
Среагировав просто на звук, Руд сделал мгновенный выпад в сторону. Лезвие сверкнуло в темноте. Марти вовремя отшатнулась, еле сдержав ругательство.
Запоздало поняв, кого именно услышал, Руд выдохнул. Нож снова спрятался к чехле.
— Может, в следующий раз включишь мозги прежде, чем испытывать мою реакцию? — недовольно бросил он.
Руд отошел к узкому комоду, зажигая свечу, уже вставленную в подсвечник. Маленький рыжий огонек затрещал на фитиле, и комнату наполнил слабый мягкий свет. Шагнув ближе, Марти зацепила большие пальцы за карманы джинсов.
— А может, это ты перестанешь бросаться на каждую тень? Как будто боишься кого-то, — фыркнула она.
— Привычка, — рыкнул Руд, и пальцы стиснулись в кулаки до побелевших костяшек.
Марти, не церемонясь, забралась на стол неподалеку. Придержавшись за край столешницы между коленями, она немного подалась вперед.
— Ладно, не бесись. Я хотела спросить, что с этими… с «Лилией»?
— Тебя это уже не касается, — отрезал Руд, не оборачиваясь.
— Слушай, мы попались вместе! Ты не можешь сбросить меня со счетов только из-за этого! — Марти возмущенно хлопнула ладонью по столу.
От обиды перехватило горло. А Руд в одно мгновение оказался рядом. Он уперся ладонями в край стола, нависая над Марти, и она невольно подалась назад. Мужская фигура почти перекрыла слабый свет.
— Ты чуть не погибла. Забыла? — зло бросил Руд. — Может, тогда на шрам глянешь?
— Да ожога уже почти нет! Я даже повязку сняла!
Марти машинально оттянула вырез футболки на плече, демонстрируя, что нет никаких бинтов. Из-под ткани чуть не выглянула узенькая бретелька бюстгальтера. Это заставило опомниться. Правда, убрать руку Марти не успела. Руд одним стремительным движением ухватил ее запястья, притягивая ближе. Он понизил голос, и в нем появилась странная бархатная хрипотца:
— Ты специально? Провоцируешь меня?
— Я… да я же не… — в первый момент Марти растерялась, а потом разозлилась. — Совсем чокнулся, что ли?!
Она дернулась в цепкой хватке. Без толку. Марти попыталась отвернуться, лишь бы не смотреть в глаза. Уж слишком двусмысленной получилась эта поза: она, сидящая на столе, и он, стоящий рядом между ее разведенных бедер. Руд приблизился к ее уху. От обжигающего дыхания по коже пробежали мурашки.
— Я же могу и потерять контроль, — прошептал он, а после слегка прихватил зубами мочку.
Марти собралась отпихнуть его, назвать нахалом или еще кем похуже, но сердце сбилось с ритма. Она замешкалась на секунду, но Руду этого хватило. Одной рукой он продолжил удерживать ее запястья. Уже не сильно, скорее, просто в иллюзии контроля. А вторая скользнула по талии Марти, опаляя жарким властным прикосновением. Руд привлек ближе к себе, и она почувствовала на шее короткий поцелуй, как горячий уголек. С губ сорвался невольный вздох. Марти отклонила голову, подставляясь, но потом трезвый рассудок все-таки встрепенулся.
 
— Точно чокнулся, — собственный голос немного осел.
Взгляды встретились. У Руда так расширились зрачки, что почти закрыли радужки, и в глазах поселился блеск, как у опьяненного. Марти осторожно высвободила запястья. Бежать. Бежать от него куда-нибудь подальше, пока не наделала глупостей.