Наномашины, звереныш! Том 5 (СИ)
— Занято, — мама так же показала кольцо.
— Ме, ну нет так нет. Коли девушка сама не хочет, то и смысла нет — никакой страсти! Я, между прочим, сначала джентльмен, уже потом кабелина, — цыкнул чернокожий здоровяк и ещё раз огляделся.
Вендиго и волчата смотрели на него заинтересованно, однако не рычали. Интересно. Не чувствуют зла? Ну… я бы тоже не сказал, что он злой. Своеобразный, поехавший — да. Злой. Да нет, наоборот даже! Барон, это если бы Максим стал бессмертным алкоголиком. Или батин Макс.
Барон кивнул, ещё раз бросил хмурый взгляд на жующую кучерявую корову, и со вздохом шагнул к дому:
— Ладно, что там у вас. Показывайте.
Мы провели его во внутрь и показали ядро Соломона.
— Странный тип, — оглядел его Суббота.
— Знакомы? — спросил отец.
— Нет. Но мы одного возраста. Древняя хренотень. И мощная, — почесал он подбородок, — Ну, никто же не говорит всю его силу возвращать? Цель — воскресить, так ведь? Значит справимся. Мне нужна пара часов тишины, и я скажу точно, сколько всё это займёт.
— Ну… ладно, — одобрительно закивали мы, — Пару часов подождём!
— И бухла бы.
— Не пьём…
— Скука, скука… — покачал он головой, взял ядро и ушёл на улицу, сидеть в беседке и чертить что-то своей кровью на столе.
Мы с роднёй переглянулись и… выдохнули? Ну да. Всё прошло как по маслу! Правда Аура сошла с ума, и одна могила взрыта, но хэй, всё вообще круто! Вон, Барону помогли яйца развязать. Что-ж там у него за жена такая?
Мы пожали плечами, и решили все снова встретиться через полтора часа, если Барон не придёт раньше. Мама ушла с папой няшиться перед камином, дед пошёл с бабушкой и Баалом обсуждать вторжение, а Аурелия употребляла у нас в квартире, её здесь вообще не было.
Я выдохнул, вышел на улицу и сел на ступеньку. Тепло. Хорошо-о-о. Я все времена года люблю! Зимой снежки, летом жуков ловить, весной Катю в грязь толкать. Ляпота!
— Пс, — но тут я что-то услышал, — Пс!
Верчу головой. Никого не вижу.
— Пс! Эй! — слышу шепот, — Мальчик. Сюда!
Хмурюсь, аккуратно выглядываю и вижу… длинные уши. Я задираю брови и выхожу к кустарнику. Зайка пригибалась и подманивала меня ладошкой.
Я не то, что не ожидал её увидеть, я вообще не помню, чтобы хоть раз видел её при свете! Мы же только вечером и ночью встречались!
Бли-и-ин… а чё она выглядит такой мягонькой?..
Хочу пощупать…
— Т-ты чего здесь? — смутился я своим мыслям.
— Хочу кое-что показать. Пошли скорее, пока не поздно! — подманивала она ручкой.
— Н-но… — оглядываюсь и перехожу на шепот, — У меня дела! Я не могу надолго уходить!
— Мы быстро! — шепчет девочка с улыбкой, смотря на меня красными глазками из-под маски, — Поверь, Мишенька — со мной тебе всегда будет весело. Ты никогда не пожалеешь, если пойдёшь со мной!
— Звучит подозрительно по маньяковски… — покосился я на Зайку, а затем, вздохнув, ещё раз осмотрелся и… — Только быстро!
Вендиго и волчонок, блин, тоже ушастые! Только слышат голос Зайки — тут же высовывают голову из-за ворот. Для них это как для собаки «гулять» или «мячик». Нравится им эта ушастая.
Ай, ладно, идите сюда!
Я даже маску брать не буду, если быстро. Всё равно тайны в моём лице нет. Тем более оно очень миленькое! Мне так суккубы и мама говорят.
Я открываю калитку для зверей, шиплю на них, чтобы вели себя потише, и…
— Ха-ха, быстрее! — улыбнулась Зайка, взяла меня за руку, и мы побежали в лесную чащу.
Э! Э-э-э-э⁈ Какой за руки⁈
Девочка, тихо смеясь, крепко сжимала мою ладошку и резво неслась меж деревьев!
Я не успеваю ничего ответить. Меня словно засосало в водоворот её веселья и энергичности. Она так куда-то спешила, так быстро бежала, что я невольно и сам начал заряжаться интересом!
Спешка. Смех. Свобода. Лес… это так… так…
Чтобы не выпасть из этого потока и поспеть за моей подругой, я сжимаю её ладонь в ответ.
Волчонок и Вендиго весело топали где-то сбоку, только вот Нафане приходилось выбирать маршрут — с таким размером тяжело носиться в лесу. Людоед с каждым месяцем становился всё больше. Прав был отец. С появлением Зайки Нафаня стал ещё счастливее, и от того сильнее, больше. Это прямо связано. Он огромный, нафиг! Раньше чуть более двух метров — сейчас, наверное, все три, если на ноги встанет. Огромное чудище.
— Тихо! Вот! — Зайка резко остановилась, спряталась за деревом и присела, — Смотри!
Мы прибежали к самому краю леса. Примерно отсюда я прогонял алкашей. Зачем я это сделал, кстати, до сих пор не знаю — что бы они мне сделали? Алкаши да алкаши. Впрочем, ладно, зато теперь книжка есть!
Я выглядываю из-за дерева, и… вижу мужика на коленях.
— О Хозяин! Прошу откликнись! Прошу, прими эти дары и мои извинения! — кланялся он лесу.
Я задираю бровь и смотрю на Зайку.
— Они подумали, что ты Хозяин Леса, и один теперь считает тебя за древнего духа! Ха-ха, ну не забавно ли! — искренне радовалась девочка, — Взрослые такие смешные! Как в штаны сходят, так везде им боги мерещатся! Жалко их даже.
Снова выглядываю. Мужик всё продолжал. Перед ним лежала какая-то еда, какие-то блестяшки, сапоги меховые… да чего там только не было!
— И… что с ним делать? — спросил я.
— Тебя-ж зовут. Ты решай, — пожала она плечами, — Но верит он искренне, Мишенька! Можно попользоваться, — заговорчески заулыбалась заячья морда.
Мда-а-а… вот это наглость… пользоваться доверчивым взрослым…
А чё, мне нравится.
Я выдыхаю, хмурюсь, нащупываю под рукой свою маску и натягиваю. Что-то в моей голове промелькнуло, но эта мысль быстро исчезла, когда я увидел, как мужик собирается уходить. Ох, ё!
Подзываю Нафаню, запрыгиваю ему на спину и, взявшись за рога, чтобы не свалиться, прошу выйти максимально громко и пафосно. Чудище встаёт на задние лапы, я чуть не какаюсь от резкой высоты, и… бах! Первый громкий шаг. Деревья скрипят, птички позади нас взмывают в воздух. Бах! Кусты трещат под его поступью.
Мужик, уже развернувшийся, замирает и медленно поворачивается. Он выпучивает глаза и с дрожью сглатывает, когда видит трёхметровое, чёрное чудище с голым черепом, вышедшее из леса!
Нафаня останавливается. С этой высоты, с холма, человечек кажется таким мелким…
Не знаю почему, но я чувствую себя уверенно.
— Говори, — активирую и Шепот, и Демоническое Наречие, чтобы не выдавать свой тонкий детский голосок, а сразу трубить в его башке.
— Х-хозяин… это вы⁈ Правда вы⁈ Я… с-спасибо, что услышали! — бедолага снова падает на колени, — Простите. Простите наше поведение! Я пришёл, чтобы просить прощение! Если вы смилуетесь… если вы будете снисходительно… пожалуйста, примите дары! И простите!
Он говорил искреннее, от души! Со страхом, с верой!
Пхе… пхе-хе. Блин, а мне нравится.
— Ну не зна-а-аю…, — протягиваю с довольной детской лыбой.
— Мальчик, так боги не говорят! — пшикнула Зайка.
А, блин, точно.
Впрочем, от слепой веры мужика это не отвлекло.
— Ч-что мне сделать, чтобы вы нас простили?
— Для начала, чтобы простить «вас» — нужны «вы».
— Я приведу. Я приведу их! — закивал бедолага, — Обещаю! И они тоже извинятся!
— Что тебе нужно? Говори прямо, у меня нет времени на игры, смертный! — вспоминал я фразы из самых подростковых аниме, какие смотрел по телику.
— Я… я буду честен. Я пришёл из нужды. Убегая от вас, мы выронили книгу, — опустил он голову, — Она… очень ценна для нас. От неё зависят наши жизни. Грязная человеческая капиталистическая жадность нас погубит, если мы её не вернём!
А-а-а. Ха-ха, так вот оно что! За книгой вернулся. И видимо взяли они такую крутотень в долг, раз вон как трясётся.
Ну, я могу без проблем вернуть. Рой уже давно всё запомнил, мне она действительно не нужна. Ну и вряд ли она из Библиотеки, чтобы сдать её в обмен на билет. Крутая, да, но не настолько.
Но-о-о…