Повешенный. Том II (СИ)
Вот сейчас от Загоскина он узнал много чего интересного, и оно явно стоило потраченных денег. Например, император велел почему-то прекратить поиски беглецов и объявить их погибшими. Хотя Петр Васильевич точно знал, что с ними сейчас все в порядке. Мало того, Бекетов прислал ему весточку с доверенным человеком о том, что он вскоре приедет в столицу на пару дней, а по дороге собирается встретиться и помириться с Павлом.
Еще необычнее выглядел поздний визит к императору загадочного посетителя, которого капитан Загоскин тайно привозил из столицы. Что в нем было странного, Осип так и не смог толком объяснить, сказал лишь, что тот был инквизитором и от него веяло жутью. Но то, что о нем было велено молчать даже перед шефом жандармов, наводило князя на определенные мысли.
Значит, не всецело доверял царь генералу Бенкендорфу, были такие дела, которые Николай скрывал даже от него. И узнав о том, Александр Христофорович не на шутку встревожился. А ведь именно после визита загадочного инквизитора император вдруг неожиданно заболел. Случайное ли совпадение…?
Глава 5
Перед поездкой на «смотрины» к Бекетову у нас состоялась обстоятельная беседа с Алексеем Петровичем, прямо предполетный инструктаж…! И снова на меня обрушилась лавина новых фактов — в голове у будущего царя точно есть настоящая картотека на своих подданных. По крайней мере, о Бекетовых и родном ему Северном клане, он знал удивительно много и без запинки отвечал на любой мой вопрос, даже самый дурацкий.
Поэтому теперь я решил вести записи в виде конспектов, иначе потом обязательно что-нибудь важное упустишь. Навыками стенографии я, в отличие от моей умницы — жены, не владел, но в студенческие годы записывать приходилось очень много. Так что свою личную систему сокращений, понятную только мне, я за время учебы выработал. Придется ее вспомнить. Потом вечером аккуратно перепишу черновой конспект набело — это лучший способ разложить в голове «по полочкам» всю полученную инфу. Заодно и список дополнительных вопросов набросаю. С собой эти конспекты я таскать не собираюсь, поэтому вряд ли кто увидит полное отсутствие в моих текстах ятей и прочих анахронизмов.
Записи я делал обычным грифельным карандашом. Да, они здесь уже вовсю продаются. Правда, только немецкие, и только круглой формы, до привычной шестигранной никто еще не додумался. И в самой России карандашного производства пока нет, хотя я хорошо помню, как нам в школе рассказывали, что Михайло Ломоносов наладил кустарный промысел в одной из архангельских деревень.
Но прежде я от души поблагодарил Романова за спасение наших с Петей жизней.
— Не благодари — решительно остановил он меня — Во-первых, я всего лишь вернул долг жизни. Если бы вы не спасли меня на Ладоге, мы сейчас вообще не разговаривали. Во-вторых, я — как член императорского рода — обязан заботиться о любом своем подданном. Поверь, даже для простого солдата я сделал бы тоже самое, не пожалев сил и своего родара. Ну, а в третьих, мой святой долг — искоренение черного колдовства в империи. И я обязательно доберусь до того, кто посмел нас проклясть. Дай только взойти мне на престол, и на него будет открыта настоящая охота!
О! Наконец, на лице у Алексея обозначились эмоции. Да еще какие… Такого злого выражения я у него вообще раньше не видел.
— Но разве жертвоприношение языческим богам не относится тоже к запретным ритуалам? — насторожился я. А то ведь так и самому недолго стать целью в его охоте.
— Не все, только человеческие. И такие жертвоприношения требуют лишь темные боги — Досуни. Вот любое обращение к ним и есть запретный темный ритуал. Но например, Мара — воплощение смерти — это справедливая богиня, и принимает в жертву она только души убийц и негодяев. Поэтому у Церкви общение с Марой под строгим запретом, но сами волхвы не осуждают его. А вот Чернобог — хозяин Нави — это уже воплощение зла, коварства и безумия, он может потребовать в жертву, даже душу невинного ребенка. Именно поэтому он заперт в Нави светлыми богами — Родом и Сварогом, и ему нет хода, ни в наш мир Яви, ни в мир Прави, где живут светлые боги — Ясуни.
— А что остальные боги? — уточнил я, постепенно осознавая, на что подписался с Марой. Это я теперь еще стану и врагом Церкви⁈ В моей седой голове понемногу начинала складываться реальная картинка этого странного мира, и моего положения в нем.
— Остальные боги примут только добровольную жертву от самого человека, но такое теперь крайне редко бывает, и только в каких-то совсем уж исключительных случаях. Например, если волхв сам решает прервать свой жизненный путь и через ритуал приносит в жертву свою душу одному из светлых богов, которому служит в Яви. И, конечно, цели у такого ритуала должны быть благие.
— То есть, речь идет по сути о ритуальном самоубийстве?
— В общем смысле да.
Интересно, а какому языческому богу служит сам Алексей Петрович? Ведь служит же…? Иначе не стали бы волхвы отдавать за него жизнь. Я задумчиво смотрел на Романова и вдруг речь и жесты его постепенно замедлились, а воздух вокруг стал знакомо тягучим. Неужели я непроизвольно вошел в транс, даже не призывая свой дар⁈ Внезапно над головой Алексея начали проступать символы рун, которые сложились в круг. В центре его вспыхнуло солнце, окончательно превращая круг в подобие колеса, оно начало медленно вращаться по часовой стрелке. Это что вообще?!!! Я растерянно моргнул — «колесо» исчезло, и снова появился звук.
— Но давай, оставим уже древних богов славян — услышал я Романова — лучше поговорим об Александре Ивановиче Бекетове и его положении в Северном клане…
Ну, да… Огорошил меня темными богами, запретными ритуалами и непонятным «колесом», а теперь попробуй-ка, собери мозги в кучку после такого! Но приходится. Сейчас моя цель №1 — Бекетов.
— Не вздумай лебезить перед стариком, держи себя с достоинством. Но и не зарывайся. Дед Павла такое не потерпит. Главная твоя задача — убедить Бекетова, что ты и есть его внук, потерявший память по вине инквизиторов. Володар должен был написать ему об этом, так что неожиданным для него сие не станет. И про манеру держаться не забывай. Прости, но по тебе пока не скажешь, что ты офицер, окончивший Пажеский корпус и служивший при дворе.
Блин, вот еще одна проблема… Я тоже иногда замечал некоторую несбалансированность и скованность в своих движениях, когда действовал на рефлексах. Пусть реакция у моего нового тела и отличная, но разница в габаритах и физической силе до сих пор приводили к мелким промахам.
— С одной стороны, это даже хорошо — задумался Алексей — поскольку ты скоро станешь по документам гражданским человеком. Но с другой…Бекетов ведь считает тебя офицером императорской гвардии.
— И что же мне делать?
— Не забывай постоянно напоминать ему про потерю памяти. Обязательно научись ездить на лошади и стрелять из пистолета — это должен уметь каждый дворянин, даже не военный. И для себя помни — Александр Иванович сейчас тоже в незавидном положении, если не сказать, в безвыходном. Наследника достойного у него нет, и род Бекетовых вот-вот может прерваться.
— Но есть ведь еще Сергей Стоцкий — он тоже его родной внук.
Алексей Петрович покачал головой.
— Предатель, написавший донос на старшего брата⁈ Забудь. Иудам не место в древнем роду Бекетовых. Старик грезит о возрождении своего боярского рода, но не любой ценой. Деду не говори пока, но если все у нас получится, то быть Бекетовым князьями. Титул этот они своей преданной службой Романовым давно заслужили. Просто заискивать никогда не умели перед царями, слишком гордые все были. Оттого выше сенатора никто из них не поднялся.
— Вы так в меня верите? А вдруг я тоже недостоин носить фамилию Бекетовых?
— Поверь, я разбираюсь в людях и чувствую ложь, поэтому редко в ком ошибаюсь — это одна из особенностей моего второго — семейного родара.
Вот это номер! Оказывается, у одного человека могут быть два родара⁈ Или еще больше? Что ж они так тщательно свои родовые тайны-то охраняют, даже завалящего учебника нет! Одна надежда теперь на Бекетова.