Хозяйка дома с секретом (СИ)

И моментально припал одной из них губами. Джослин вскрикнула, когда он легонько сдавил зубами сосок, но тут же скользнул по нему языком, стал дразнить, ласкать. Вторую грудь он поглаживал подушечкой среднего пальца, не давая расслабиться и вызывая внизу живота Джослин сладкое и необъяснимое томление.
Дракон прижимался к ней всем своим горячим и мускулистым телом. Сейчас их разделяла только ткань рубашки и штанов дракона, через которые Джослин ощущала, как что-то твердое и пульсирующее упирается ей между ног.
- М… Джослин… Какая ты сладкая… Как ты пахнешь… ммм…
Дракон стал осыпать ее грудь невесомыми, но чувственными поцелуями, постепенно спускаясь к животу. У Джослин кружилась голова, руки разметались по постели, пыльцы цеплялись за простыни. Что же с ней… Что с ней происходит… Как ей остановиться… Она должна… Но на это совсем нет сил… Как хорошо…
Она думала, что Доркен остановится на животе, будет целовать его, но он продолжил спускаться ниже, к светлым завиткам волос.
Сквозь пелену томления и жаркую, розовую дымку, Джослин услышала голос дракона.
- Я люблю, когда девушка не стесняется своего тела, - проговорил он, - но для некоторых ласк лучше, чтобы тут было гладко.
В этой ситуации Джослин даже не поняла, о чем речь, и уж тем более не сориентировалась, когда в ладони Доркена вспыхнуло небольшое белесое пламя. Прежде, чем она успела охнуть, дракон раскинул ей ноги и быстро прошелся этим огоньком по самому потаенному месту.
Джослин ощутила лишь легкое тепло, но от запаха жженых волос перепугалась так сильно, что нашла в себе силы вскочит с кровати.
- Вы с ума сошли! – выкрикнула она и схватилась за край ближайшего столика, потому что голова кружилась, а ноги не держали.  Она все еще находилась в этом невероятном волнительном состоянии, но пламя между ног, в прямом смысле, привело ее в чувства.
Дракон растянулся на кровати и Джослин сейчас отчетливо могла рассмотреть не только его пресс, но и заметный бугор в штанах.
- Ну, - протянул он довольно, - запах твой действительно сводит с ума, лапочка.
- Уходите! Я прошу вас, уходите! – проговорила Джослин, пытаясь, сделать голос увереннее, но получилось как-то умоляюще.
- Уверена? – с хитрым прищуром поинтересовался Доркен. – Вдруг снова начнешь замерзать?
- Пожалуйста, уходите… - снова попросила она, не найдя, что еще можно сказать.
С явной неохотой, но дракон все же поднялся с кровати и оглядел Джослин, облизав губы. Только сейчас она поняла, что халат все еще распахнут и Доркену прекрасно видны все ее прелести.
Джослин тут же задернула края халата и даже отвернулась боком.
Пусть уходит, пусть только уходит. И побыстрей. Ей надой прийти в себя. Это какое-то безумие.
Дракон, тем временем, приблизился и обошел ее сзади. Когда он положил ладони ей на плечи, Джослин вздрогнула, сама не поняв – от чего.
- Не бойся, лапочка, - прошептал он ласково. – Я же сказал, что не сделаю тебе ничего плохого.
-  Вы говорили, что не станете, - будто бы убеждая себя, произнесла Джослин.
- И не собираюсь нарушать слова, - согласился дракон. – Я не из тех, кто принуждает женщин к чему-либо.
- Вы делали со мной такое…
- Я понимаю, что ты совершенно неопытна, - проговорил Доркен тихо, - и не собирался делать с тобой ничего страшного. Но ты замерзла, и самым лучший способ согреться, который мне известен – это близость. Пускай она и не завершилась, но согласись, от холода ты уже не дрожишь.
С неохотой Джослин все же пришлось признать – она вообще думать забыла и про холод и вообще – про все. Да что там. Она забыла как думать!
- Можешь не отвечать, - усмехнулся дракон, - я знаю, что ты разгорячилась. Даже сейчас чувствую твой жар и твой запах. Сегодня ты уснешь и будешь спать крепко.
- Вы сунули мне между ног пламя! – выдохнула Джослин.
- Не благодари, - отозвался Доркен. – Они там больше расти не будут.
Затем поцеловал в макушку и удалился из комнаты.
Часть 13
Когда Доркен вышел из комнаты Джослин, в его штанах было так тесно, что двигаться оказалось ужасно неудобно. Ему пришлось вспомнить самые не лицеприятные моменты своей жизни, чтобы заставит член хоть немного опуститься. Пока он шел по коридорам замка Эмрох, то вспоминал кровавые битвы во время войны эльфов с орками. Только эти воспоминания позволили ему успокоить разгоряченную плоть.
 
Он не верил Кинариэлю и Руду до тех пор, пока сам не вдохнул запах этой Джослин. Эльфу, возможно, пахнет не так яростно, но бедный оборотень – не удивительно, что запах этой лапочки едва не свел Руда с ума.
Да о чем речь? Он же сам готов был впиться в нее, такую сочную, нежную, податливую. Не понятно, почему она так сладко пахнет для них троих, но он уже точно решил, что возьмет Джослин. Рано или поздно он окажется у нее между ног и точно знает - это будет.
Джослин ведь теперь будет работать здесь, в Эмрохе. Значит, времени на ее соблазнение у него предостаточно. А у в соблазнении драконам не уступают только демоны. Но они вообще живут на другом материке.
Он остановился у окна, чтобы подышать свежим ночным воздухом. В ночном небе мерцают звезды, где-то кричит филин, вокруг спокойствие и безмятежность. Настоящая идиллия.
Чего не скажешь о состоянии Доркена. Даже после того, как он постарался успокоиться, проголодавшееся тело требует насыщения. Стоит только закрыть глаза… Да даже если не закрывать – перед ними встает полная, сочная и округлая грудь Джослин с твердыми темными сосками.
Всемогущее пламя драконов… Как она прекрасна, как ему хочется сейчас коснуться ее губами… А там, между ног у этой сладкой лапочки так жарко и так тесно.
- М… Твою ж дракона через хвост… - выругался Доркен.
Его член снова поднялся, готовый порвать тонкую ткань штанов. Ему срочно нужна женщина, срочно нужно сбросить это напряжение, иначе его разорвет на части.
- Да что со мной, - проговорил Доркен сам себе и тряхнул гривой золотисто-рыжих волос.
Но это не помогло. Перед глазами все равно стояла раскинутая на постели Джослин. Эти распахнутые невинные глаза, эта нежная кожа, он готов ласкать ее днями напролет.
Забавно, конечно, что у нее между ног оказалось так много завитушек. Но это дело секундное, он уже с ним разобрался. Джослин, конечно, испугалась, он ведь не предупредил. Но он не в том состоянии, чтобы что-то объяснять. Даже сейчас он еще не пришел в себя. Но станет легче, когда спустит пар.
Да, ему нужно это сделать. Сейчас ночь, все горничные спят. А ведь было бы очень хорошо навестить одну из них. Кин, конечно, не доволен, потому что иногда девушки беременеют. Но ведь они сами никогда не жаловались. Все, кто у них служит, так или иначе оказались в безвыходном положении, всеми брошенные и оставленные. И уж точно никакое замужество им не светило. А большинство девушек, как известно, очень этого хочет. Как и завести ребенка. Но если бы хоть одна из этих горничных понесла где-нибудь в столице Иллидара, или пусть даже в Синдориле… Да кому они были бы там нужны – одинокие и с ребенком на руках?
А здесь, в Эмрохе у каждой есть запас золота на случай, если что-то пойдет не так, есть кров, пища, одежда и полное обеспечение этих детей. Ну и что, что у него куча бастардов? Он же не выбросил их на произвол судьбы. Все одеты, обуты, накормлены. А их матери счастливы. Так что претензии Кинариэля более чем беспочвенны.
Мысли о делах насущных немного остудили огонь в штанах Доркена. Но не на долго, потому что когда он отправился дальше по коридорам, по како-то случайности на встречу вышла Пэгги с тазиком мокрого белья.
- Господин Доркен, - поприветствовала она его с улыбкой. – Доброй ночи.
Дракон улыбку заметил лишь вскользь, его взгляд приковался к не очень большой, но вздернутой груди горничной, которая очень вовремя оказалась на его пути. Да, Пэгги, конечно, не Джослин, но ему ведь надо как-то привести себя в чувства, поскольку всем известно – воздержание для дракона чревато критическим уровнем повышения агрессии. А потом появляются легенда о драконах, которые дотла выжигают деревни, пожирают скот и похищают девственниц.