Нелюбимый муж. Вынужденный брак для попаданки
– Да что ты заладила! Не зли меня! – прикрикнул мужчина. – Вздумала мне тут капризничать! Могу – не могу! Что я тебе скажу, то и будешь, и сможешь делать! Ясно?! Или розгами тебе лучше объяснить?!
Тут он чуть сильнее толкнул меня в бок, а мои перетруженные за день ноги просто не выдержали и подогнулись. С громким вскриком я упала на землю прямо к ногам хозяина.
– Вот неуклюжая! – попытался он поднять меня, но я инстинктивно начала отодвигать его руки. За этой странной борьбой нас и застал тот самый великан, в которого я врезалась сегодня днём.
– Надо помочь чем? – пробасил низко, а по моей спине побежали мурашки.
Конечно, он скорее поможет своему работодателю, чем девице, которая вертит хвостом направо и налево, как тут думают все. Но к моему удивлению, хозяин тут же отпрянул, отряхивая руки, будто бы испачкал их об меня.
– Мне ничего не надо! Лучше помоги подняться этой неуклюжей! Разлеглась тут посреди дороги, не пройти, не проехать! – и небрежно пнув меня носком туфли, прошёл мимо, скрываясь за домом.
Кажется, хозяин полностью уверен, что слуги знать не знают о его интрижке с одной из служанок и не хочет это афишировать. Тогда может и правда надо было шум поднимать сразу? Он бы и оставил меня в покое. Ещё бы быть уверенной, что за это он правда не прикажет меня высечь…
Неужели тут правда практикуется подобное? И нельзя ли в таком случае уйти из этого дома и устроиться в какой-то другой, где хозяева будут более адекватными?
Работать-то я не боялась, любую, даже самую сложную работу бы осилила. Лишь бы только не приставал никто, не трогал. Но в это время ко мне уже направлялся хмурый великан, которого я почему-то боялась едва ли не больше больного на голову хозяина дома…
Когда он подошёл ближе, меня будто бы парализовало. Двинуться не могла. Ни вдохнуть, ни выдохнуть. Так и замерла перед ним на земле, запрокинув голову вверх и не сводя потрясённого взгляда с его злого опять лица.
– Ты вставать будешь, нет? – пробасил великан, а я вздрогнула.
Голос его тоже был раздражённым. Поторопившись встать, запуталась в юбках и чуть не рухнула носом в траву. Но великан меня придержал за локоть, будто бы вовсе не заметив моего веса. Правда, я что в своём мире, что тут была очень худенькой. Так что в этом как раз ничего удивительного.
– Стоишь? Ну стой тогда, – убедившись, что я не падаю больше, великан убрал свои руки.
– Спасибо, – прошептала потрясённо, понимая, что у меня кончаются моральные силы и глаза становятся влажными.
Как это всё можно выдержать? Мало проблем в своей прошлой жизни, так тут ещё хлеще…
Брови великана поднялись, и он уставился на меня с удивлением.
– Что ты сказала? – переспросил, а я испугалась, что вдруг в их языке слово вежливости означает что-то другое?
Хотя прежде изменений не ощущала, будто бы всё прекрасно понимаю и меня тоже все понимают, да и слова вполне знакомые, ничего мудрёного. Только некоторые буквы они больше растягивают в словах, а в общем язык тот же. Или просто я его понимаю. Поэтому на свой страх и риск решилась робко повторить:
– Спасибо вам…
На лице великана отразилось полнейшее изумление. И почти сразу же он стал ещё злее, чем был.
– Снова в игры свои играешь, Анка. Никак не наиграешься, видно больно весело тебе, – усмехнулся и покачал головой, будто бы прочитал мои какие-то нехорошие мысли.
Не поняв, что он имеет в виду, и почему благодарить – означает играть в какие-то игры, я промолчала на этот раз. Великан же окинул меня странным взглядом и ушёл в пристройку, где собрались раньше другие слуги. Я же прислонилась к стене, переводя дыхание.
Сегодня мне повезло, что он появился вовремя и хозяин ушёл, испугавшись раскрытия своего романа. Но что мне делать дальше? Где искать спасения от его приставаний?
Даже от мысли, что между мной (хорошо, пусть просто моим новым телом) и им уже могло быть что-то большее, меня мутило. Ни капли симпатии к нему я не испытывала. Только страх о своём будущем. Правда, этот страх преследовал меня весь день с момента, как я очнулась на столе в его кабинете. И пока было сложно понять, есть ли вообще хоть какой-то выход из этой сложной ситуации?
В животе неожиданно заурчало, напоминая о том, что с утра во рту не было и маковой росинки. Но представить, что придётся вернуться в общую кухню и есть там при всех, слушая про себя гадости и ловя всё понимающие взгляды, не могла. Лучше уж без еды обойдусь, чем это. Не впервой.
Мне бы просто отдохнуть сейчас… Лечь хотелось очень. Но куда идти, я не помнила. От прежней памяти вроде бы совсем ничего не осталось. Благо, моя предшественница явно была неумехой, так что никто не удивлялся, когда я расплёскивала воду или роняла другой инвентарь. Но если начну спрашивать, где комната, явно что-то заподозрят, и кто знает, что сделают с попаданкой…
Прежде я думала, что такое возможно только в фильмах, но кажется бывает и в реальности.
Кстати, пока думала, куда податься, незаметно свернула к высокому забору, что ограждал сад. Тут, в самом углу обнаружилась очередная пристройка, в которой хранился инвентарь. Убедившись, что меня никто не видит, прошмыгнула внутрь и заперла дверь изнутри.
Сквозь трещины в дощатых стенах свет полной луны падал на земляной пол и груду разных лопат, грабель и прочих приспособлений для работы в саду. Тут же, сверху валялись какие-то ткани, похожие на толстые старые пледы.
Их-то я и стащила на пол, укладывая друг на друга, чтобы получилось нечто вроде матраса, а одну оставила, чтобы укрыться сверху, если ночью станет совсем холодно. Куда лучше, чем ночевать на улице или идти в общую комнату служанок, или того больше – случайно столкнуться в доме с хозяином.
Глава 3
Почти всю ночь я не сомкнула глаз, всё думая о том, что со мной случилось. К выводам пришла крайне неутешительным. Видимо, в своём мире я погибла. Как погибла и Анка тут, когда хозяин, с которым она закрутила интрижку, случайно придушил её. Даже сама мысль об этом вызывала ужас. Ну как так можно было? Пусть, судя по всему, она не была очень доброй и милой, но ведь тоже молоденькая совсем, не сильно старше меня явно, а её жизнь оборвалась так глупо и некрасиво…
Но по какой-то причине, я оказалась тут – в её теле. Возможно, и она сейчас в моём где-то там, в реанимации. И если в моём мире потерю памяти могут списать на аварию, то тут у меня нет никаких отговорок. Вести себя слишком странно нельзя – чтобы не вызывать подозрений.
Хотя моя жизнь никогда не была лёгкой, а после потери любимой бабушки, её смысл вовсе стал ускользать, я всё равно хотела жить. Желательно долго, и на сколько это возможно счастливо. И если в моём мире у меня был какой-никакой, безрадостный, но всё же план, то что мне делать тут – я понятия не имела.
У кого можно разузнать про свой статус? Можно ли просто уволиться, или мы тут все что-то вроде крепостных, не имеющих собственного мнения и интересов? Можно ли отказать хозяину в приставаниях так, чтобы меня действительно не выпороли розгами? А может обратиться к его жене и пожаловаться? Хотя тогда, наверное, он точно отомстит…
Подруг у Анки, кажется, нет. Никто за весь день и близко ко мне не подошёл, только шпыняли и поддевали, явно ожидая ответа. Видимо, она прежде не молчала как я сегодня, а бросалась ссориться, и возможно даже драться, вот и пытались провоцировать. Но я не такая! Я никогда ни с кем не ругалась, голос-то не повышала даже. И уж тем более в отличие от Анки не имела никакого опыта общения с мужчинами… Даже не целовалась ни разу. Не то чтобы к чему-то большему перейти. Поэтому её общение с хозяином мне точно не по душе.
Это я и выделила главной проблемой. Нужно как-то избавиться от его назойливого внимания. Не знаю, как. Но нужно. Он же мне проходу не даст. И мало ли к чему это может привести, если однажды он Анку уже отправил в другой мир или на тот свет – и это только по неосторожности. Умышленно может ещё не то сделать, наверное…