Неотразимая компаньонка

Он покраснел.
– Перед Милли. Она на самом деле… Я не верю этому. Она совсем не похожа на его обычных… ну, это секрет. Он раньше и не помышлял о женитьбе, но…
– Кто это сказал? – Тильда не могла поверить, что лорд Хастингс или Джорджи обмолвились о своих догадках. Лорд Хастингс сам сказал, что они не станут вмешиваться не в свое дело.
– Кто же еще, кроме тети Серафины? – печально улыбнулся Гай. – Она, конечно, немного преувеличивала, когда говорила, что в дни ее молодости джентльмен на месте Криса вызвал бы меня на дуэль за то, что я приударяю за его невестой.
– Разумеется, она преувеличивает, – твердым голосом сказала Тильда.
– Но не очень сильно? – Тильда не ответила, и тогда он уточнил: – Я вас понял – его предложение еще не принято, но я буду самонадеянным дураком, если предположу, что мое ухаживание может увенчаться успехом.
Тильда закусила губу. Он, вероятно, прав, но у нее не хватило духу это сказать.
Они закончили танец, больше не возвращаясь к этому разговору. Гай продолжал с ней флиртовать, и, хотя он держался уже не столь непринужденно, остальные ничего не заметили.
Не заметили все, за исключением Криспина. Он старался не упускать Тильду из виду. Гая он знал с пеленок и сразу понял – кузен чем-то расстроен. Наступив в десятый раз на ногу Милли, Криспин с вымученной улыбкой посмотрел на ее покрасневшее лицо.
– Прошу прощения, Амелия.
А с ней что происходит? С Гаем она танцевала легко и свободно. Невольно вспомнилось неприятное предположение леди Уинтер о том, что он пугает Амелию.
– Надеюсь, я вас ничем не расстроил, Амелия? – Он постарался сказать это как можно ласковее.
– О, нет, ваша милость! – поторопилась заверить она его. – Вы ничего подобного не… я хочу сказать – конечно, нет!
Весьма показательный ответ! При этом она споткнулась, и он удержал ее от падения, крепче сжав руку и притянув к себе. Она задела грудью его фрак, и он почувствовал, как она в страхе отшатнулась. Он стиснул зубы. Когда же кончится эта пытка!
Продолжая поддерживать беседу, он отвел ее к герцогине и увидел Тильду вместе с Гаем. Они непринужденно беседовали, но Криспин все-таки не мог отделаться от ощущения, что Гай чем-то озабочен. Тильда же была спокойна и весела… но лишь до той минуты, когда встретилась с ним взглядом. Криспин подумал, что он действительно обладает способностью ее злить. Золотистые глаза Тильда сердито засверкали.
– А, Сейнт-Ормонд! Надеюсь, танец доставил вам удовольствие? Какой замечательный вечер!
Он смерил ее не менее свирепым взглядом. Она еще смеет язвить!
– Я рад, что вам нравится, леди Уинтер, – ответил он.
– О, мне не так уж трудно угодить, Сейнт-Ормонд. – Она мило улыбнулась.
Он поклонился.
– Разумеется, миледи. Я сказал бы, что вам чрезвычайно легко… угодить.
Последовало молчание. Она замерла, но никто этого не заметил. Его губы сложились в торжествующую улыбку, а она гордо вскинула подбородок, но ему почудилось, что под ледяной маской промелькнуло выражение… обиды… стыда? Он сдвинул брови и невольно протянул к ней руку.
Она тотчас опомнилась, и выражение ее лица снова стало вызывающим.
– Я не смею оспаривать авторитетное мнение вашей милости, – сказала она и присела перед ним в реверансе.
– Тильда, – тактично вмешался Гай, – хотите шампанского? Милли… а вы выпьете миндального ликера?
Тильда с облегчением посмотрела на него и улыбнулась.
– Чудесно, Гай. Приятного вечера, Сейнт-Ормонд.
Милли вежливо улыбнулась.
– Благодарю вас за танец, ваша милость. Я очень сожалею, что наступала вам на ноги.
Он галантно возразил, что это пустяки… и услышал, как леди Уинтер сказала:
– Милли, будь поосторожней. Пожилые джентльмены часто страдают подагрой!
Он ни на секунду не усомнился в том, что слова предназначались для его ушей. Он объявил ей войну и сразу получил ответный удар, хотя неприятно думать о том, что он ее обижает. Но не стоит из-за этого волноваться! Она – бессовестная распутница и получила по заслугам. И еще посмела сказать, что у него может быть подагра!
 
Следующий вальс он обещал внучке сэра Ричарда, но когда подошел к ней, чтобы пригласить, то увидел, что девушке явно нездоровится – она выглядела очень бледной.
– Простите, ваша милость, – сказала миссис Бентон, – Джейн вдруг плохо себя почувствовала. Мы с ней посидим, пожалуй, в гостиной. – Она улыбнулась Сейнт-Ормонду. – Потанцуйте с кем-нибудь еще.
Он покачал головой и любезно произнес:
– Ни в коем случае. Может быть, вам с мисс Бентон прогуляться по террасе? Я с радостью пройдусь с вами.
– Что вы, не надо! – воскликнула мисс Бентон, придя в ужас от мысли, что такая знатная особа, как Сейнт-Ормонд, уделит ей столько внимания. – Вы очень добры, но вы можете потанцевать с другой… – Она застенчиво замолкла, и вдруг ее взгляд немного оживился. – А вон леди Уинтер! Она несет мне воды. – Девушка улыбнулась Криспину. – Вы ведь можете потанцевать с ней!
Криспин оглянулся – рядом с замкнутым выражением лица стояла Тильда. Он сорвет с нее эту маску показного равнодушия! И, возможно, потом кое-что другое, более осязаемое. А если ему будет отказано в удовольствии держать ее в объятиях при иных обстоятельствах, то он воспользуется хотя бы этой возможностью.
Изящным жестом он взял из негнущихся пальцев Тильды бокал и с низким поклоном передал мисс Бентон.
– Мисс Джейн, я ваш покорный слуга. Надеюсь, вы окажете мне честь станцевать со мной в другой раз.
Он еле удержался от торжествующей улыбки и предложил руку Тильде, поскольку зазвучала музыка.
– Если леди Уинтер соблаговолит танцевать с таким дряхлым кавалером…
Он не ожидал, что она вздрогнула и чуть не споткнулась, когда он закружил ее.
Криспин приготовился к тому, что придется приноравливать свои шаги к шагам Тильды. И вдруг, к его крайнему удивлению, она сразу попала в такт, и они легко закружились в вальсе. В его руках она была словно в уютном гнездышке.
Он все понял! Мысли унеслись в прошлое, к партнерше, которая так же легко следовала за его движениями. Он вспомнил… золотистые глаза и смущенную улыбку девушки, приглашенной им на танец. Прошедших лет как будто не бывало, и он узнал робкую и неловкую дебютантку в грациозной взрослой даме. Неужели он не ошибся и это она?
– Тильда…
Блестящие глаза сверкнули.
– Будьте столь любезны – оставьте фамильярность, ваша милость! – Она вызывающе вскинула голову, а он смотрел… на нежную шею с мягкой ложбинкой у ключиц.
– Мы ведь не в первый раз танцуем вместе, не так ли, дорогая? – с улыбкой спросил он, не придав значения ее словам. – Теперь-то я знаю, почему мне казалось, что я вас видел раньше. Когда это было? Семь лет назад? Во время вашего первого и единственного сезона дебютантки?
В ее глазах промелькнуло удивление, и она кивнула.
– Теперь я все вспомнил, – сказал он. – Моя партнерша почувствовала себя плохо, и я пригласил вас. Мне в голову не могло прийти, что вы – родственница Пембертонов. С тех пор вы так сильно изменились, что я вас не узнал.
– Вы мне льстите, ваша милость, – последовал холодный ответ.
В этом вся леди Уинтер – настороженная и холодно-равнодушная. А где же скрывается Тильда? Та трепещущая от страсти женщина, которую он целовал в полутемной галерее? А неуклюжая дебютантка, чудесным образом превратившаяся в его объятиях в прекрасного лебедя? На самом деле он этого не забыл. Уже тогда он заметил девушку, неловко танцующую с редкими кавалерами, смутно помнил ее имя и подумал о том, что надо ее избегать. А когда пришлось станцевать с ней, чтобы не обидеть, оказалось, что в паре с ним она двигалась грациозно и ритмично. Вот как сейчас, когда они летят по зале и она свободно чувствует себя в его объятиях.
Он вспомнил, что тогда они разговаривали, правда, он забыл, о чем. Но она его очаровала еще и этим. Потом он высматривал ее на балах. Теперь понятно, почему его попытки были тщетны – дядя заставил Тильду принять предложение лорда Уинтера.