Нелюбимый (СИ)

— Да… почти два месяца.
— Вот это все время он вообще как неживой. Все делает на автомате. Я забыл, когда он в последний раз смеялся или анекдот мне рассказывал. Уж ты знаешь Сашку — такого весельчака еще поискать надо. А тут… ну просто сдулся… и не вылечит его время! — Давид немного прикрикнул.
— Ш-ш-ш… малышку разбудишь! — прошептала Алена и добавила: — А твое признание прям сразу вылечит!
Алена с Давидом сидели в столовой и ужинали.
Сегодня к ним никто не присоединился. Близнецы были заняты новым проектом и в последнее время ночевали в своих квартирах в Сити, а не в родном доме, Даша повадилась оставлять Алене дочку, а сама ездила «по делам». Вот и сейчас, время было позднее, Настенька уснула и Алена уложила ее в гостиной на диване, а Даши все не было.
— А где наша кукушка? — шепотом спросил Давид.
— Откуда мне знать, где она ходит… — Алена замолчала, а потом заискивающе посмотрела на Давида.
— Что? — не понял тот.
— Ты ведь можешь мне сказать, где она, правда?
Давид поморгал и вопросительно посмотрел на сноху.
— Хочешь сказать, что все новые гаджеты, которые ты нам всем даришь, не имеют жучков? — она улыбалась.
Давид пытался скрыть улыбку, но не смог, поэтому кашлянул для серьезности и ответил:
— Они же все новые и упакованные!
Алена засмеялась, вдруг резко вспомнила про спящую неподалеку внучку и прикрыла рукой рот:
— Да мне Сашка давно еще рассказал, что мы все под колпаком у тебя, что ты боишься за нас и спать спокойно не можешь, если мы бесконтрольные, — она опять хихикнула.
Давид опустил глаза и помотал головой:
— Вот же болтун!
— Дав, ну посмотри, пожалуйста, где сейчас Даша… — начала просить Алена, — разве тебе самому не страшно, оттого, что она где-то ходит в десять вечера?
— Это должно быть интересно ее мужу, — буркнул Давид и полез в карман за телефоном.
— Он как обычно в Чите, у него там какое-то ЧП на заводе произошло, уже третью неделю там пропадает. Я понимаю, что у них странные отношения… но Артем мне очень нравится…
— Угу, — Давид продолжал бурчать, — а должен нравиться твоей дочке! — он открыл какое-то приложение и через пару секунд протянул Алене:
— Вот она. Совсем неподалеку…
Алена взяла телефон, расширила экран и увидела рядом с голубой точкой надпись «Гостиница Националь».
— Я так и думала… — сказала она поникшим голосом. — Она ему изменяет… она в отеле…
— Прекращай! — возмутился Давид. — Если ты забыла, то я напомню, что на первом этаже этого отеля находится ресторан «Доктор Живаго», где мы года четыре назад устроили тебе праздничный завтрак. Вот там она, скорей всего, с подружками и проедает денежки мужа.
— А если нет? Если в отеле?
Давид устало закрыл глаза ладонями и застонал.
— Да, я знаю. Ты устал уже от нас и наших проблем.
Он резко посмотрел на нее, но, увидев в ее глазах тревогу, сказал:
— Ты сегодня необычайная дурочка! — и улыбнулся.
Сашке он все рассказал на следующее утро. И своим признанием окончательно добил его. Давид надеялся, что с признанием на него снизойдет облегчение, но нет, он испытывал лишь мучительное разочарование. Сашка даже не смог сказать ни слова о том ужасе, который обрушил на него Давид, он просто накинул куртку и выбежал из офиса.
Давида разрывали бешенная, просто чудовищная злость на себя и жажда действовать: помочь Сашке, успокоить Алену, отпустить и теперь уже по-настоящему простить Алевтину. Потому что не виновата она ни в чем: ей было всего восемнадцать лет, ее запугивали, ею пользовались, а после их встречи над ней издевались трое суток. В чем она виновата? Что он, взрослый мужик, согласился провести с ней час наедине? За то, что она готова была переспать с кем угодно, заработать деньги и сбежать от насильника? За то, что ее некому было защитить, а Давид вместо того чтобы помочь, даже не поинтересовался почему она так испугана?
Давид сел на стул и опустил голову на стол, обхватив ее руками. Как в детстве было хорошо — поплакал и сразу легче становилось. Сейчас такой фокус уже не пройдет. Хотя так хотелось снять этот груз с души, этот липкий, гадкий стыд за свою ошибку девятилетней давности.
 
Давид не помнил, сколько прошло времени и сколько часов он пребывал в полной прострации, съедая себя и проклиная свой давний поступок, но когда он поднял голову, перед ним сидел Сашка.
— Ты думаешь, это она подожгла дом? — осипшим голосом спросил он.
Давид замотал головой:
— Я так не думаю… И… Саша, мне очень стыдно за то, что… — Давид подбирал слова, чтобы не обидеть племянника, — очень стыдно, поверь мне…
— Знаю. И вижу. Кончай это самобичевание. Давай назовем это случайностью… вот такое вот ужасное стечение обстоятельств. Бывает…
— В романах.
— И в жизни тоже, как видишь.
Давид немного оживился, обрадовался, что Сашка его если и не простил, то хоть не осуждает.
— У мамы завтра день рождения… — тихо произнес Сашка, — и у Али тоже…
— Поздравишь ее? Я имею в виду Алевтину.
— Не знаю… я обещал себе, что не буду искать с ней встречи.
— Отпустил ее?
— Скорее пока удерживаю себя… хотя понимаю, что если у нее никаких чувств ко мне нет, то это глупо, она даже не заметит моего отсутствия… но день рождения все-таки главный праздник.
— Может, послать с курьером букет или подарок.
Сашка скривился, когда вспомнил, как брезгливо она посмотрела на его хризантемы. Да и к подаркам она относилась так же прохладно.
— Нет. Не буду ничего дарить! — он встал, походил по комнате и добавил: — Нет. Буду. Хотя бы цветы надо. Да и пусть она их не любит или делает вид, что не любит. Я не для нее это сделаю. Для себя!
— Тоже, верно, — согласился Давид, — а с мамой что делать будем? Думаю, что сюрпризы ей точно пока не нужны, на дачу она ехать отказалась…
— Давай согласимся с ее мнением? Она просто хотела, чтобы мы пришли на обед. Тем более воскресенье, можем ей уделить больше времени, чем обычно бывает за ужином.
Без сюрпризов все равно не удалось, но сделали его не Давид с Сашкой, а Ванька, который приехал на день рождения мамы из Америки.
Обед обещал быть захватывающим, таким и стал!
Реакция Алена на младшего сына была ожидаемой: она сначала вскрикнула, потом заплакала и прижалась к сыну, словно не могла от него оторваться. Так как ее голова даже и близко не доставала до подбородка Ваньки, она просто уткнулась носом в его свитер и так простояла минут пять, наслаждалась его запахом и тем, что он рядом. Ванька, как обычно, «мамкал», как выражался Сашка, безуспешно пытаясь уговарить Алену:
— Ну, мам! Ну мам, ну перестань, ну мам, пойдем в гостиную!
Он прилетел рано утром, Алена только проснулась и направлялась на кухню поговорить с домработницей, как перед ней возник Ванька с огромным букетом роз.
Потом мать с сыном еще долго сидели на диване в гостиной и болтали. К ним присоединились Сашка и Давид, который единственный знал о его приезде и лично встретил в аэропорту.
Правда Ванька через час стал просить Алену отпустить его в Питер. Три месяца назад он в Америке познакомился с девушкой, которая оказалась из Питера, и у них начались серьезные отношения. И так как Ванька приехал всего на три дня, то и с девушкой он тоже очень хотел повидаться.
— Конечно, милый! Тоже мне выдумал, ну и что, что у меня день рождения? — засмеялась Алена. — Езжай в свой Питер.
— Если я завтра поеду, то мы просто не успеем повидаться, у нее во вторник соревнования в Красноярске.
— Да все я понимаю, родной! Езжай!
Еще через час прибежала Даша с малышкой:
 
— Мамочка, поздравляю! — она вручила Алене букет сирени и Настеньку. — Я решила сохранить свой брак и улетаю к Артему!
— Когда?
— Прямо сейчас!
«Сохранить свой брак» звучало немного пафосно, особенно из уст Даши, которая ненавидела сантименты, но Алена была рада и этой формулировке. Правда, потом оказалось, что «сохранить брак» очень хотел Артем. Он же и заказал для жены частный самолет, чтобы она не «мучилась перелетами», а добралась до него быстро и без проблем.