Кровавый Пир (СИ)

Шоколадные хлопья, салат из огурцов, помидоров, лука и майонеза, немного кокаина, вискарь и стенающие души грешников. Ну и пельмени со сметаной в довесок.
— Так, — Мертвый бог тоже парочке штук обучился и формирует из плоти своей ладони костяную трубку, которую и опускает в это безумное месиво. Вы видели когда-нибудь, как пельмень с налипшим куском чебурека и шавухи пытаются сожрать через коктейльную трубочку?
— А Хим стал главным жуком.
— Причем тут Нар?
— Нет, не тот Хим, который Хим, а тот Хим, который Хим.
— Логично.
— Да. Короче, он же типа за инсектоидов теперь играет.
— Ну.
— Можно написать пару книг именно про него и чтобы под конец он попал в далекую далекую галактику и там…
— Фанфик по "Звездным Войнам"?
— Нет, еще рано. В другую вселенную, но с бластерами, дроидами и какими-то хуями на межзвездных крейсерах.
— И что дальше?
— А дальше он сколачивает империю жуков и прессует всех вокруг.
— Зачем?
— А я ебу?
— По факту.
— Вот, а можно еще спиздануть что-то вроде Отец Монстров и этот пиздюк — родственники.
— Нахуя?
— Ну типа события связаны.
— Хуйня.
— Согласен. Но тогда давай ты что-нибудь предложи.
— Вопрос — если ты всемогущ, то ты можешь создать камень, который не сможешь поднять?
— Ах ты сука. Ладно, давай попробую объяснить. Короче, есть два стула..
  
Глава 15
 
Заебись, минус один.
Сука, порадоваться своей смекалке и тактическому гению не успеваю. Второй безымянный речной тролль тормозит на полпути, пытаясь понять — что за нахуй? Вот эти сопливые пиздюки, которыми он может в носу и зубах ковыряться без особых проблем, завалили его братишку, да еще и так, что того, будто через Три Мировые войны, шестнадцать бетономешалок и ржавую мясорубку пропустили. Удивление и замешательство только начало трансформироваться в гнев, как Рыбья Чешуя уже распластался в полете.
Ненависть затопила разум Тыграра, клокочущая звериная ненависть, что рвалась из всех щелей, воплощаясь в насилии и первобытной жестокости. В огражденном от всего остального окружающего мира толстой перегородкой из костей черепной коробки мозгу появилась логическая цепочка, что попросту не могла возникнуть в старое доброе время, когда какие-то черти не шастали по его земле.
Убитые гоблины — разоренное поселение — неведомые жуки — убитый сородич — смерть им!
Рывок вперед. Прыжок и в земле отпечатываются следы его когтистых ступней. Плоскостопием однако страдает.
Он успевает в полете не сгруппироваться, но заслонить бок на который должен приземлиться согнутой и напряженной до предела лапой.
Глухой удар. Звук падения тела на тело. И столь ненавистный мне хруст лап и панцирей. Я успел отдать приказ, но не все "киборги" успели на него среагировать. Оглушительный треск костей. Грудная клетка уничтоженного гиганта, почти обнаженная и все еще в паре мест украшенная пятнами кислот, вогнулась ему в позвоночный столб под аккомпанемент раздробленных костей предплечья и вывернутого локтевого сустава "прыгуна". Мои миньоны… они были подготовлены к повышенной экстремальности боевых условий, но точно не настолько. Три, ТРИ, блять, улучшенных арахнида-разведчика отправились на встречу… кто там у них числился в богах?.. Ллос и Ананси? Это… брюшко и головогрудь смяло ненужной бумажкой, истекающей густыми чернилами крови. Переломаные спички конечностей, торчащие во все стороны, болтаясь на обрывках не функционирующих сочленений.
Эта мразь ответит.
Сука, я всех тут нахуй похороню, но он будет страдать!..
Старшему троллю, откровенно говоря, поебать на открытый перелом левой руки. Он подхватывает когтями правой безвольно обмякшее у двери домика тело гоблина с аккуратным отверстием от хелицеры в затылочной кости и запихивает себе в пасть. Мерзкий хлюпающий чавк, он жадно глотает, почти не жуя — размолов клыками скелет и перекрутив ленты потрохов. Вся морда, шея и часть груди в крови. Кровь стекает с его челюстей, смешиваясь с нитями белесой слюны.
 
Оно поднимается на ноги и, похоже, начал действовать эффект от расовой особенности. Он будто бы стал выше, мощнее, распрямив спину, выпятив вперед грудь и развернув плечи. Мышцы забугрились под толстой шкурой, наполняясь силой. Обломанный кусок кости, прорвавший кожу, и слепо смотрящий в небо сам собой постепенно возвращается обратно в тело, срастаясь с раскиданными по всей конечности осколками, скрываясь под слоем свежей, чуть бледноватой плоти.
Животная сила теперь сочиться из всех пор его тела.
Он стал быстрее.
Он стал сильнее.
Он стал в разы опаснее.
Ненадолго, но этого вполне хватит, чтобы сократить поголовье незваных гостей.
Тыграр готов убивать.
Он раздавит и разорвет их тела, после чего сварит из полученного месива наваристый суп, которым почтет память покойного товарища и накормит им маленьких родичей, что потеряли сегодня в разы больше.
Вот только старший тролль не учел одной маленькой загвоздки.
Он, блять, даже понятия не имел с какой конченной сволочью ему не повезло столкнуться. У него был шанс на легкую и безболезненную смерть. Небольшой, мизерный, но был. А после ТРЕХ раздавленных и размазанных по земле пауков…
Я заулыбался. Заулыбался так, как в те светлые мгновения, когда избавлял мир от своей родни.
Я уже говорил, что мне нравится насилие?
Оно пьянит.
Оно манит.
Оно зовет меня в свой парк кровавых аттракционов, всучивая в руки пакетик с поп-корном из склизких глазных яблок и хрустящих на зубах детских хрящей.
В системном уведомлении говорилось о скорости реакции, выносливости, силе и еще чем-то. Но, сука, ни единого слова, что он перестанет чувствовать боль или станет двуногим подобием Е-100 с практически непробиваемой броней. Регенерация — это далеко не всегда благо.
Он будет умолять меня о смерти.
Новая партия свежачка уже готова присоединиться к побоищу. Минимум модификаций — я завалю этих уродов паучьими телами. Видели когда-нибудь тролля-арахнофоба? Вот и я не видел, пора это исправить.
Рыбья Чешуя успевает схватить уже вполне себе нормально работающей левой лапой моего пиздюка. Сдавливает его со всей дури, выжимая кровь и внутренности в кровавую грязь. Наверное, он хотел что-то прорычать. Что-то о своей непобедимости и том, что только дегенерат-самоубийца решиться посягнуть на сынов Зеленой Реки.
Он не успевает.
Я перехватываю контроль над модифицированным разведчиком. Дальность прыжка у них лишь немногим больше, чем у стандартных версий. Маневрируя между хижин, выруливаю точно под ноги громиле.
Бросок.
И три метра с кепкой чистой злобы складываются пополам, моментально переходя на ультразвук. Видите ли, но у троллей есть одна схожая черта с человеческим телом — половые органы, довольно таки, чувствительны к внешним факторам.
Ебарь-террорист разрывает на потяжелевшие от крови лоскуты ноги великана, добираясь до бедренных артерий, что тут же начинают фонтанировать ему в головогрудь кровью. Но даже этот поток сопоставимый с буйством гидранта не способен оторвать моего цепного песика от обмякшей и сморщенной дубины члена. Неприятного сюрприза в виде какой-нибудь половой кости, там не оказалось. Пористое мясо, пронизанное нервными окончаниями и кровеносными сосудами всех видов и калибров. Длина да, впечатляла, но толщиной хуй был точно не с бревно. Клыки арахнида прошили ствол насквозь, немного ниже головки, так же, как и у гоблы лишенной крайней плоти, выйдя с другой стороны. Кровь мешается с мочой.
Даже профессионального боксера можно на долгое время выбить из боя размазав коленной чашечкой его гениталии по костям таза. Это больно. Это ОЧЕНЬ больно.
Когти соскальзывают с лохмотьев шкуры. Регенерация в действии и поток крови стихает. А мое желание доминировать и унижать — нет. Определенно нет. И лапы этого миниатюрного чудовища погружаются в обвисший мешочек яиц. Тролль орет, вопит и визжит. Громко, надрывно, почти что жалостливо. Настолько, что его последний оставшийся в живых компаньон даже не пытается помочь, прикрыв клешнями уже свои причандалы.