Кровавый Пир (СИ)
Они раскололись моментально. Один даже обоссался.
Итак, что мы имеем.
Группка малолеток разряда "А.У.Е. Жизнь ворам — свободу пацанам!" решили побухать и на середине процесса, когда все были достаточно навеселе кто-то предложил гениальную мысль прошвырнуться по заброшкам, ибо эти ваши подъезды и лавочки — хуйня ебаная. Так они и сделали, по пути, затарившись в ларьке пивом и сигами, пополнив оскудевший запас. И вот они каким-то образом сумели доковылять до двухэтажного куска бетона, что каким-то чудом не развалился на части. Пили, курили и сосались с подружками, запуская грабли к ним в труселя. А потом знатно так обосрались, когда перед ними возникло ебучее кровавое пятно, растекшееся на стене, да еще и тускло светящееся с легкой пульсацией. А еще больше они охуели, когда поняли, что это эффект не от некачественного снюса, которым все закидывались через одного, а вполне себе реальная хуйня — даже потрогать можно, что один тип и проделал. Несовершеннолетние дебилы сдристнули с насиженной точки и сообщили об этом какой-то "шестерке", даже фотки предоставили, в том числе и с той стороны, сделанные все тем же бесстрашным пацанроком. Информация быстро просочилась вверх, дабы кто-то из "авторитетов" или хуй его знает кто не решил разведать, а какого это, собственно говоря, хрена твориться в его городе? Естественно, пошел не сам, а скинул техзадание ячейке проверенных спортиков.
Да, как внезапно выяснилось, первопроходцами в мир речных гоблинов и троллей оказалось банальное бычье, что за бабки ломает провинившимся перед барыгами ноги и снимает это на камеру. Ну заебись. Прости нас, Юра, мы все проебали…
Эти ублюдки вроде как учились в ПТУ или еще где, я особо не вслушивался в этот момент, но вообщем ныне покойный Петька предложил плевую работенку, а все здесь собравшиеся имели какой-то там разряд по единоборствам, да и вообще выползли из одного спортивного зала. Кстати, особой моралью они не отличались и им понравилось избивать каких-то лошков, да еще и за это грести мани-мани. Так что на призыв "начальства" они откликнулись моментально и по прошествии разведки боем должны были отчитаться в закрытом Telegram-канале, наеб это или не совсем.
А Янов класть хотел на арахнидов по той простой причине, что крепко сидел на дури, предпочитая старый добрый "винт" — самодельную наркоту на основе перветина. Так что, скорее всего, посчитал меня каким-то залетным фраером, а арахнидов — проклюнувшимся глюком.
Н-да… я думал, что будет интереснее.
Примечание автора:
* Валентин Стрыкало — "Я бью женщин и детей"
Интерлюдия. И еще раз гобла
Кровавые гоблины, как можно было понять из названия их вида, любили кровь.
Хотя точнее будет сказать, что они жаждали крови, они преклонялись перед кровью, они жили кровью, они и были кровью. Черной, грязной и мерзкой кровью мертвеца, загустевшей в венах и артериях раздувшегося трупа их мира.
Давайте буде честны, у человечества не так много шансов на выживание в условиях Апокалипсиса, как нам может показаться. Едва исчезнет интернет, электричество и часть технологических изыскательств, как цивилизация стремительно деградирует до уровня Средневековья, а то и Каменного Века. Подобное произошло с начисто магическим миром, название которого никому ничего не скажет. Одни расы разумных идут по пути технологии, кто-то магии, кто-то объединяет эти два направления, а кто-то петляет по совсем уж специфическим дорогам. Этот ничем особенным не выделялся.
Мир пал, едва из него ушла магия.
Как это произошло — знают несколько десятков сильнейших колдунов, большая часть из которых уже давно мертва, а остальные влачат бессмысленное и жалкое существование никчемных стариков, лишенных абсолютно всего.
В один миг привычная реальность рассыпалась, как карточный домик. Самолеты рухнули с небосвода, автомобили не заводились, ибо магия, совсем недавно бурлящая в их двигателях, попросту испарилась в неизвестном направлении. Свет мигнул и погас, дабы больше никогда не появляться из ламп, экранов и мониторов. Компьютеры, телевизоры, телефоны и прочие открытия магического искусства стали не более, чем кусками металла, исцарапанными причудливыми вязями рун.
Первыми умерли больные, подключенные к аппаратам жизнеобеспечения.
Следующими — те, у кого были магические импланты. Зачарованная пластинка, что заставляет сердце биться, трубка в диафрагме, помогающая нормально дышать, да много чего еще, все просто перестало работать.
Люди вцепились друг другу в глотки.
И пока разрозненные группировки и фракции выживших танцевали со смертью на пылающих руинах, во тьме катакомб, бомбоубежищ и канализации зрело Зло, по сравнению с которым даже окончательно слетевшие с резьбы фанатики-каннибалы — не более, чем детский лепет. Опыт по скрещиванию ДНК давным-давно вымерших гоблинов и упырей в надежде получить ультимативную диверсионно-штурмовую единицу пехоты нового поколения не увенчались успехом. Ну точнее, крайне живучие и плодовитые монстры вышли на загляденье, чего нельзя сказать о надежности систем охраны, завязанных исключительно на магических кристаллах. Ученых и гарнизон бойцов на случай непредвиденных обстоятельств покрошили за несколько минут, окрасив стены и потолки в красный. Довольно трудно противостоять генетически модифицированной и специально выведенной для войны твари, когда надежное оружие, навыки которым отточены до автоматизма, почему-то перестает действовать.
Самодельные копья, ножи, кустарные луки и арбалеты, а так же прочие приблуды слабо играющие против кровожадных орд. Да, когда гоблинов было мало и о их существовании практически никто не знал справиться с крошечными разведывательно-фуражирными группками не составляло особого труда для крепко спаянной банды выживших.
Но дальше…
Были те, кто готовился к апокалипсису. Но вряд ли они считали, что он приобретет именно такой вид. Гоблинов становилось больше и когда люди поняли, что главная проблема это не безумные рейдеры, фанатичные культы, мелкие диктаторы, свихнувшиеся людоеды и вездесущие мародеры, было уже слишком поздно.
Кровавые гоблины поработили большую часть суши этого мира. Леса, подземелья и пустоши кишели ими. Толпами они слонялись между опустевшими домами, выгрызая друг другу кадыки, когда не могли полакомиться свежим или уже изрядно подгнившим человечьим мясом.
Люди прятались в своих норах, огороженных высокими стенами, колючей проволокой, рвами с кольями и баррикадами, лелея в душах смутную надежду, что гобла не посмеет напасть на настолько хорошо укрепленные узлы жизни, что едва-едва теплиться на остовах прошлого, засыпаного пеплом и ветошью.
Они ошибались.
Кровавые гоблины не ведали страха.
Они не боялись смерти или отрубленных конечностей.
Они не боялись идти по трупам своих братьев и не боялись боли.
Они просто хотели напиться крови и стать сильнее, впитав силу, струящуюся в венах и артериях свергнутого венца эволюции.
Не было покоя и не было передышек.
Твари плодились слишком быстро, в разы быстрее, чем род людской.
Нет надежды.
Нет веры.
Нет ни малейшего шанса на выживание.
Это… это агония. Предсмертные судороги. Вряд ли следующее поколение Homo Sapiens-ов увидит свет солнца этого угасающего мира.
Но в какой-то момент… их орды не отхлынули, не исчезли, но поредели, ибо ткань реальности порвалась от такого количества смертей и пролитой крови.
Точки баз и лагерей выживших перестали гаснуть на картах. Поток гоблинов скуднел и люди благодарили всех известных и неизвестных богов, что смилостивились над ними и даровали спасение. Возможность возродить цивилизацию, пусть и не в таком виде, в каком она была изначально, но даже это — великая благость.