Ноша хрономанта 5 (СИ)

— Для людей токсична… — Обеспокоился я, бросая обеспокоенный взгляд на клетку, где Тень от подобных новостей даже ухом не повел. — А для котов?
— Антидоты, которые я приготовил для нейтрализации возможного ущерба и уже готовился объединить воедино с такими уникальным ингредиентами, твой комок шерсти тоже сожрал. — Успокоил меня вьетнамец. — Эта мелкая хвостатая зараза определенно куда умнее, чем кажется!
— Ты прав, — согласился я с профессионалом своего дела, поднимая клетку, в которой на боку лежал мой кот и делал вид, будто ему плохо. Если бы не связывающие нас узы, возможно, даже мог бы ему поверить…Вот только с той стороны шло нечто среднее между чувством хорошо выполненного долга и сытой истомой, лишь слегка разбавленное легкой тошнотой. — Ладно, пойду я с этим проглотом ненасытным, а то вроде бы еще Изабелла от меня чего-то важное хотела…Не иначе как среди освобожденных от личинок людей кто-то интересный нашелся…
Главная кухня Убежища, как это ни парадоксально, располагалась глубоко под землей…Возможно потому, что никакой кухней она и не являлась, а была чьей-то лабораторией, может даже тайной. Однако там вкупе с мощнейшей вентиляцией стояли магические устройства для нагрева и охлаждения, а также несколько стационарных стазис-контейнеров, где могли храниться неограниченно долго даже самые дорогие и капризные ингредиенты, да и до особо охраняемых складов было близко, а потому Нгиа затребовал это помещение себе и отказа не получил.
— Эй ты, кошатник! А ну иди сюда! — Стоило мне пройти лишь метров сорок или пятьдесят, да завернуть к ведущей наружу лестнице, как я внезапно для себя оказался блокирован четверкой каких-то явно недружелюбных личностей. Двое заступивших дорогу бородатых смуглых мужчин сжимали в руках большие камни, еще один, белокурый и бледнокожий, вынырнул из бокового прохода и держал в руке тяжелую палку, а зашедший с тыла черный как уголь громила, облаченный лишь в шорты и цветные татуировки изображающих змей, скелеты и змеиные скелеты, так вообще сжимал в руке нож. Маленький и ржавый, который так и тянуло назвать перочинным. Даже не уверен, спер ли он его или просто взял из какой-нибудь мусорки. — Давай сюда свою животину, если не хочешь проблем! Не бойся, мы ребята честные, шкурку отдадим тебе! И требухи немного…
Тень прекратил изображать из себя коматозную жертву переедания, приподнял голову и взглянул на этих грабителей-котоедов с таким удивленным выражением на своей физиономии…Вот честно, попытайся его вдруг загрызть и сожрать обычная полевая мышь, он бы и то оказался обескуражен меньше.
— Ребята…Вы идиоты, — сообщил я бывшим рабам инсектоидов, аккуратно ставя клетку на пол, чтобы кота не растрясти. Срыгнет ещё…И что-то я не думаю, что наш главный повар будет рад внезапно снова появившимся в зоне его доступа ингредиентам. Окружающие меня придурки приблизились ближе, старательно корча злые рожи и делая угрожающие движения своим оружием. Похоже, они были не очень-то в курсе, а кто их вообще спас. И чем им грозит попытка вооруженного грабежа на территории Убежища, где мораторий на смертную казнь за заслуживающие этого преступления вообще-то никто не вводил. Да, сейчас во мне было сложно признать кого-то важного, ибо на поступивший с кухни срочный вызов я отправился в домашней одежде, а видимого оружия при себе не имел. Однако заниматься преступной деятельностью в изменившемся мире без хоть какого-нибудь предварительного сканирования своей жертвы…И ради еды, недостатка которой у нас в общем-то и так не наблюдается…Дебилы. Из тех, которые никак не научатся, даже если им всю жизнь пытаться хоть немного разума в головы вдолбить. — Причем кажется мне, что наличие обеих рук и целых коленных чашечек для вас будет совершенно излишней привилегией.
С громким воплем бледный блондин, которого явно последние месяца три держали в подземелье особо никуда не выпуская, попытался съездить мне по голове палкой. И успешно её сломал. Палку, естественно, не голову, которую я даже не попытался убрать с траектории данной атаки. Было интересно, как будет с имеющимися параметрами выносливости ощущаться подобное воздействие…Оказывается — примерно никак. Словно хлебную палочку с громким хрустом над ухом сломали, заодно слегка прическу растрепав ветерком. А вот пытавшийся вонзиться мне в живот ножик я перехватил вместе с черной рукой, которая его держала. И выкрутил её винтом, размалывая кости на множество кусочков и почти вырывая конечность из плечевого сустава.
 
Смуглые бородатые типы с камнями дружно заорали и дружно кинулись бежать. Но один на меня, занося непонятно откуда свистнутый булыжник, а другой прочь вверх по лестнице. Видимо он был тут самым умным или просто трусливым…Впрочем, его это в любом случае не спасло. Взмахнув здоровенным негром словно мокрой тряпкой, я запустил его в короткий полет, успешно сметая неуправляющим да подвывающим от жуткой боли снарядом и офигевающего в атаке придурка, и его не успевшего слишком высоко подняться коллегу по преступному промыслу. Последнему досталось по морде блондину, что до сих пор стоял с протянутой рукой, сжимая обломок своего оружия и похоже никак не мог понять, а что тут вообще происходит…
— Лежать смирно и не расползаться, говнюки, — вежливо попросил я валяющихся на полу преступников, тщательно выверенными пинками ломая им коленные и локтевые суставы. Меня, правда, молили остановиться, в чем-то там даже клялись…Добились лишь того, что и зубные протезы им теперь тоже понадобятся. — Сейчас я пришлю к вам кого-нибудь из стражников, что оттащит вас в тюрьму. И быть паиньками, искупая свои грехи сначала абсолютным сотрудничеством со следствием, а потом ударным трудом на какой-нибудь каторге ближайшую пару десятилетий — ваш единственный шанс выжить…
Возможно, стоило бы их просто прикончить, и думаю за это никто бы меня слишком сильно не осудил, и даже не потому, что власть здесь — я…Но живой пример подобной глупости, особенно если он достаточно наглядный и попадается на глаза регулярно, будет остальным любителям легкой наживы гораздо большим стимулом к соблюдению всех законов, чем тихонько выброшенные в какую-то яму трупы. Да и потом, нашим медикам полезно будет лишний раз на живых тренажерах попрактиковаться…
Часом позже я уже сидел у себя в апартаментах и перекатывал по руке маленькую каплю краски, оттачивая свой контроль над жидкостью, что в будущем станет рисовать для меня ритуальные фигуры любого размера и точно там, где надо, не отвлекаясь от прослушивания ценной информации о следующей точке, куда стоило бы переместить Убежище, чтобы всё взять под контроль. И набить морду всем, кто будет против…Возможно с той же тщательностью, что и королеве улья, чью голову я об свой молот буквально размазал. Благо заслужили они не меньше, а возможно даже больше…
— Там, в Лондоне, творится сущий кошмар, безумие, натуральный ад на земле. Я думал, в Тренировочном Лагере было плохо под конец, когда убивали за покрытый плесенью сухарь, целые ботинки или горсть монеток… Но там хотя бы стража города с обелиском немного следила за порядком и всякой мерзости вроде маньяков-каннибалов или совершающих жертвоприношение в людном месте культистов не ленилась голову отрубить… — Жаловался на жизнь молодой азиат лет двадцати, периодически начинавший дергать левым плечом в непроизвольных судорогах. Личинку из его спины совместными усилиями хирургов и целителей вырезали еще вчера, но совсем без последствий удаление насекомого, похожего на присосавшуюся к позвоночнику камбалу, все-таки не осталось. И это нам еще повезло, что убитая мной королева была не только молода и слаба, а потому не способна контролировать настолько примитивных особей своего роя массово и на больших дистанциях, но также до недавних пор особо порабощением гуманоидов не увлекалась, в результате чего массово используемые для контроля землян особи своих мозгов, в общем-то, не имели, да и мало-мальски развиться не успели. Среди невольников из иных миров после зачистки муравейника, которых обрабатывали куда более высокоуровневые инсектоиды, выжил хорошо если каждый двадцатый…Кто с нами сражался до последнего вздоха, кто просто сдох в попытке отделить остатки человека от сросшегося с ним насекомого, дабы всунуть бедолаге кошелек с монетами и к обелиску прислонить. — Банды режутся друг с другом насмерть, и каждый, кто приблизится к этим ублюдкам слишком близко, становится добычей! Я видел, как с людей сдирают кожу, как их сажают на колья, как превращают в омерзительных ходячих трупов, как жгут живьем во славу некоего тигроголового демона и даже пожирают заживо…Когда меня схватили в рабство долбанные жуки, посадившие мне на спину гусеницу-убийцу, то жить стало спокойнее и как-то даже лучше чем на окраине Лондона! За те четыре дня, что здесь провел, не видел ни разу, чтобы кому-то выпускали кишки просто для того, чтобы похохотать над его попытками запихать их обратно или вешали за шею над лужей наколдованной лавы и потихоньку опускали туда, не забыв руки развязать! Оказывается, когда от человека остается только половина, поскольку ноги превратились в уголь и просто отвалились, он может подтягиваться и хрипеть ну просто очень долго!