Лежебока 3 (СИ)

Ну и пару очков «доверия», глядишь и за работаем. Все-таки люди, направившие на тебя оружие, и демонстративно его, вроде как, опустившие, воспринимаются совершенно по-разному.
Поговорить, что ли? А почему бы и нет? Все ж таки бывшая теперь уже девушка.
— Реакция охраны Третьяковых, — коротко ответил я.
Ирина не поняла. Но настоять на ответе сумела.
— Подробнее, Демид! — потребовала она, вжимая ствол сильнее.
Сергеев захрипел. «Терпи парень!», — мысленно пожелал я ему. Но голос мой демонстрировал видимое безразличие к дальнейшей судьбе заложника.
— Да, пожалуйста, — пожал плечами, контролируя каждое движение девушки, я. — Охрана объекта или физического лица не может быть выстроена от всего. В первую очередь рассматривается определенный список возможных угроз…
— Поняла, — Иришка действительно соображала быстро.
«Умница какая!» — оценил я. Глядишь, и договоримся, м?
— То есть, ты не зря тогда дал мне «подсмотреть» груз?
Ну, естественно. Для каждого из ближнего круга отца «груз» был своим. Сергеев, например, перевозил пару минометов. Кому-то достались крупнокалиберные снайперские винтовки и далее по списку. Далее нужно было рассчитать лишь наиболее вероятную реакцию охраны на нарушение контура безопасности и сравнить получившиеся «эталоны» с реальными действиями бойцов.
— Кто придумал? — поинтересовалась Веселкова, судорожно прикидывая пути к отступлению.
Не думаю, что ей действительно было интересно. Не настолько она хладнокровна. Скорее всего, просто тянет время, надеясь придумать план побега. Маловероятный сценарий, даже если она положит всех в этой комнате.
— Ну, я, — слегка пожал плечами.
Как и ожидалось, эта ценнейшая информация в данный момент не нашла отклика в душе девушки.
— Пулевая стрельба? — перешел в «наступление» я.
— Да, — бросила Ирина, совершенно не думая о том, что и кому отвечает.
Прекрасно. Она и сама не поняла, что именно дала нам в руки. Я сильно сомневаюсь, что ее всерьез готовили как боевика. Не тот профиль. Главным ее оружием были мозги и потрясающие актерские таланты.
Итак, пулевая стрельба. Спортсменка. Допустим, она даже имеет соответствующую психологическую подготовку и без всяких колебаний разрядит пистолет в человеческое тело. Что, кстати, совершенно не однозначно. Но допустим. Однако точность — не равно скорость. В стрелковых дисциплинах есть время прицелиться, выровнять оружие, «выставить» дыхание. Я же, равно как и все присутствующие, готовы начать работать в любой миг. Нет у нас в мозгах такой установки при работе на таких дистанциях. Даже боец промахивается первым выстрелом, то он просто делает еще один. А вспышка дульного пламени и грохот взорвавшейся пороховой навески позволит еще и отвлечь противника.
Список возможных жертв с большой вероятностью вновь сократился до одного имени — Владислав Германович Сергеев. Вернее, до двух, конечно. Ирина ляжет тут же.
— Ириш, — негромко позвал я.
— Что⁈ — довольно резко выдала она, еще сильнее вдавливая ствол в тело заложника.
Выхода она не видела. И это заставляло ее нервничать. Однако пока она воздерживалась от откровенных глупостей.
— Ты никого не убила, — мягко начал я. — У тебя есть шансы продолжить жизнь…
— Что, прям так⁈ — чуть ли не взвизгнула она, теряя контроль. — Просто отпустите⁈
— Думаю, нет, — пришлось признать мне. — Может быть даже тебе какое-то время придется… ограничить свободу передвижения. Но все же так шансы на будущее у тебя гораздо выше, чем если тебя банально ликвидируют.
— Твои подружки, что ли⁈ — отчего-то развеселилась Веселкова.
Ну и зря!
— Они, — ровно подтвердил я.
— Вон! — Веселкова неожиданно успокоилась. — Все вон, кроме тебя. Говорить будем.
* * *
Никто, естественно, не шелохнулся.
— Выйдите, — негромко бросил я, внимательно отслеживая малейшие движения Ирины.
Она была на взводе. И, кажется, отчаяние все больше захлестывало ее разум.
«Опасно!» — решил я, не сводя с нее взгляда.
За моей спиной хлопнула дверь. Все-таки, пока именно мне выпала честь возглавлять группу. А приказы старшего не обсуждаются. Они выполняются. Хотя потом от Алсу я звездюлей, возможно, и отхвачу. За всю, что называется, фигню. Если она сочтет мои нынешние решения неразумными.
 
— Вот, значит как, — нервно усмехнулась Веселкова, сместившись еще левее.
— Значит так, — как можно спокойнее ответил я.
Тут важно говорить. Спокойным и мягким голосом. Неплохо было бы еще и место выбрать, куда можно было бы отступить, если разговор пойдет совсем-совсем не так. Но чего нет, того нет.
— Нет здесь ничего ценного, — позволил себе аккуратное движение левой рукой я. — Совсем. Все это изначально было приманкой. А если бы и было… Операция уже началась. Ты опоздала. В любом случае, судьба твоих патронов теперь тебя волновать не должна. Гораздо важнее, чем именно все закончится для тебя лично.
— И чем же⁈ — негромко рассмеялась девушка.
Ох, не нравятся мне эти нотки в голосе. Не к добру это. Да и сама она как взведенная пружина. Боевая.
— Ты жить хочешь? — поинтересовался я. — Да, никто не обещает, что это будет легко. Даже свободы тебе гарантировать не могу. Но…
Ирина то ли хмыкнула, то ли всхлипнула, я так и не понял.
—… Ты еще молода, — продолжил свой монолог. — Да, какая-то часть твоей жизни окажется не самой приятной, скорее всего, но у тебя будет шанс затем начать все заново. Или продолжить как есть. Это не важно. У тебя будет главное…
— Что?.. — негромко спросила Веселкова.
Кажется, на ее щеке блеснула слеза. Или то обманчивый и тусклый свет так шутит с воображением?
— Будущее, — твердо резюмировал я. — Хорошее ли, а, может, и так себе, но будущее. Из могилы же обратного хода не будет.
Небольшой подшаг вперед. Якобы случайно. Но за время своего монолога я смог сократить дистанцию между нами примерно на полметра.
— Стоять!!! — вдруг «очнулась» Веселкова, поняв, что я вдруг оказался куда ближе, чем минуту назад. — Замер!
— Замер, замер, — мягко сообщил я, действительно застыв, как в старой игре «Море волнуется… раз!».
— Ты!!! — из глаз Иришки брызнули слезы.
«Все!» — сообщила мне «холодная» часть разума. Сердце еще не успело принять это…
— Ты!!! — вновь выкрикнула Ирина, «выбрасывая» руку с пистолетом в мою сторону.
«Нееет!!» — заорал кто-то внутри меня, но тренированное тело начало действовать по заранее заданному сценарию: Буквально от бедра я сделал три быстрых выстрела в район ног Веселковой и ее заложника.
Ирина упала сразу. А вот Сергеев пару секунд постоял, прежде чем завалиться на бок. Пуля в ногу — это больно. Очень.
— Ты… Ты… — шептала девушка, рассматривая кровь на пальцах левой руки, но оружие все еще было в правой. — ТЫ!!!
В отчаянной попытке она попыталась вскинуть свой пистолет, но…
Бах! Бах!
Тело вновь среагировало раньше застывшего в каком-то заторможенном ступоре. Две пули «в центр массы» поставили точку в этой истории.
— Демид!.. Эй, посмотри на меня.
Чьи-то руки пытались растрясти меня, словно это могло еще чем-то помочь. С трудом я обернулся к замершему на полу Сергееву, возле которого уже суетилась Добрая.
— Как ты? — ровно и глухо, без капли эмоций в голосе, спросил я.
— МмммММММ!!! — выдал он.
— Артерия цела, — негромко сообщила Алсу.
— Угу, — автоматически согласился я, плюхнувшись и закрыв глаза.
Мне требовалось отдохнуть. Очень.
Светлана Николаевна Алексеева
— Спит, — негромко констатировала Светлана, строго поглядывая на двух гостий.
Обе тут же подняли ручки в сдающемся жесте под ошарашенным взглядом представителей немецкой ветви Алексеевых.
— Рады приветствовать вас в доме… — попыталась было поклониться и поптриветствовать гостей Ингрид Игоревна.
Девушки только отмахнулись. Положение им вполне это позволяло. Кареева молча, а Громова негромко попросила: