Алмаз. Книга первая (СИ)

— Спасибо за угощения и приятную компанию, — тараторила, намереваясь не дать парню вставить хоть слово, чтобы он не уговорил меня остаться еще ненадолго. Он возымел надо мной странную необъяснимую власть, и, подозреваю, был способен уболтать на что угодно. — Мой босс спустит с меня шкуру, если узнает, что я веду светские беседы с клиентами вместо того, чтобы работать, — и шустро засеменила к выходу.
— Приходи на следующей неделе на наш концерт, — догнал Костя, когда я собиралась скрыться за спасительной дверью, и протянул мне две ламинированные карточки на синей ленточке, — убедишься, что никого не принесут в жертву.
За моей спиной раздался жутковатый голос Димы:
— Кроме тебя, буа!
Блондин отвесил тому подзатыльник:
— Идиот!
Проигнорировала их, сконцентрировав все внимание на пригласительных.
— Так и попадают в секту? — улыбнулась.
Костя оставался серьезным:
— Просто хочу, чтобы ты послушала мою музыку.
О таком парни меня еще не просили.
— Я подумаю, — и взяла билеты.
Пока ехала обратно в кафе, прокручивала разговор с брюнетом. Не поспоришь, он интересная личность, раз сумел добиться таких успехов, и симпатичный: высокий, спортивный, с красивыми зелеными глазами. Но явно он не моего поля ягода. Мы слишком разные. Нельзя воспринимать его слова всерьез. Лучше вообще не подпускать его близко. Такие, как он, только играют с девушками.
Нет, Маргарита, не попадай в его ловушку! Не будь очередной простушкой в списке!
Вечером, вернувшись домой, вручила билеты Ане. Соседка была в полном восторге и старалась выпытать, откуда я достала эти дорогие VIP-приглашения. Я брякнула что-то про клиентов и чаевые, а она и не стала вникать, будучи поглощена щебетанием о концерте. Выгоднее было бы их продать, но по причинам, которые назовет только психиатр, я не сделала этого.
Возможно, этот шаг и послужил началом истории, которая перевернула всю мою жизнь, больно пересчитав каждую косточку и жестоко обнажив душу.
  
2 глава. Скажи «нет» Бэмби
 
Вы знали, что лошади спят стоя? Вот бы и мне так!
Миллион раз спорила с Дэном по поводу утренней смены. Ну какой нормальный человек пойдет в пиццерию в восемь утра? Но начальник был твердо уверен, что рядовые трудяги в такое время уже на ногах, и мы обязаны их накормить. Только вот в голову ему не приходило, что подобные люди предпочитают есть дома. Дэн, вообще, человек со странностями. Но, боже, у кого их нет?
Я наводила порядок на столах перед открытием и расставляла стулья на свои места, когда, к моему большому удивлению, колокольчик над входной дверью звякнул, и в кафе пожаловал первый клиент.
— Ритка! — воскликнула Аня. По блуждающему взгляду стало ясно, что она пьяна.
— Восемь утра, где ты так упилась? — покачала я головой. — И почему ты здесь, а не дома?
Неуверенной походкой она прошествовала к ближайшему столику и плюхнулась на стул.
— Потому что, — она словно напевала песню, — потому что… потому что я была на концерте супер-обалденно-офигенно-крышесносной группы «Адамас»! — громко воскликнула она, будто все еще ощущала себя посреди стадиона с другими орущими фанатами.
Я уже успела забыть про странных музыкантов и приглашение на их выступление.
— Рада, что тебе понравилось, — равнодушно отозвалась.
— Понравилось? — она наклонилась вперед, практически ложась на стол. — Я в восторге! Эти пригласительные, что ты мне дала, не только привели меня на лучшие места в зале, но и на крутейшую вечеринку с группой после шоу. — Потом вдруг взбодрилась и чуть не подпрыгнула на стуле: — У меня есть все автографы, — подняла сумку и собиралась вытряхнуть все ее содержимое прямо на стол, — Хочешь, покажу?
— Давай лучше дома, — забрала у нее сумку. — Я все-таки на работе, — и мне совсем не хотелось потом собирать весь этот хлам с пола, ползаю на четвереньках, — тебе для начала нужно проспаться, — да и возиться с ней. — Ты сама доберешься до дома? — в чем я сомневалась. — Кстати, где Алекс? — вспомнила про ее неприятного дружка. — Почему он не отвез тебя?
 
На лице подруги возникла грустная мина:
— Мы расстались.
Даже не стала спрашивать, почему. Причина стара как мир — он оказался козлом.
— Когда вы успели поссориться? — удивилась. — Вчера все было в порядке, — пыталась вспомнить, не слышала ли вчера сквозь сон нечто похожее на скандал. — Разве вы не вместе пошли на выступление этой группы…Ну как ее?
— «Адамас», — зло посмотрела подруга, будто не знать это название преступление. Подперла голову рукой и грустно выдохнула, уже забыв о своих кумирах: — Ты бы видела, что Алекс вчера выкинул. Или уже сегодня? Сколько времени? — оглядывалась по сторонам, в поисках хоть каких-нибудь часов. — Этот козлина, — напугав меня, ударила кулаком по столу, — на моих глазах клеился к какой-то блондинке. Ну, я и послала его куда подальше, — она подняла на меня вопрошающие глаза, и я в очередной раз увидела этот ее взгляд Бэмби. Как тот милый мультяшный олененок, она смотрела на меня трогательными печальными глазами. — Я ведь правильно сделала?
— Конечно, — ободряюще похлопала ее по плечу. — Он же козлина, — напомнила.
— Самый настоящий, — уверено подтвердила. — Надо было идти нам вдвоем! — она откинулась назад, чуть не грохнувшись со стула прямо на пол.
— Несомненно, — порой иронии мне было не занимать. Думаю, единственное, что изменилось бы в этой схеме, похмельем мучилась бы она не в одиночестве.
— Я разговаривала с Китом, — с придыханием произнесла. — Он классный! — поражалась, как ежесекундно менялось ее настроение.
Печально было признавать, но вот и Аня попала в сети слепой любви и обожания. Подруга никогда не давала повода считать ее глупой, так почему она млеет от парней с гитарами? Да что происходит со всеми представительницами женского пола, когда речь заходит об этом Ките? Что за магия такая? Секта — не иначе.
— Классный? — насмешливо переспросила. — И как ты это поняла? У него на лбу написано?
— Пф! — подругу возмутило, что я не воспринимаю ее всерьез. — Не буду тебя слушать, — помахала указательным пальцем в воздухе. — Ты не умеешь мечтать! — эмоционально заявила. — Вся твоя нудная жизнь расписана на годы вперед. Надо уметь импровизировать, как в музыке! — Ее слова неприятно кольнули, но я не стала этого показывать. — Я воспарила в облака, а ты тащишь меня обратно на землю! — такой поэтичности от нее не ожидала. Она мечтательно уставилась на стену, наверно, представляя своего любимчика: — Стоит только взглянуть в его глаза, забываешь обо все на свете.
Вопреки моей воле в памяти всплыл образ парня. Не могла не согласиться с подругой: зеленые глаза с черными длинными ресницами приковывали внимание, и медовый согревающий голос… Тряхнула головой, отгоняя наваждение. Эта зараза передается воздушно-капельным путем? Надо попить что-нибудь для укрепления иммунитета.
Аня становилась все более вялой, а глаза медленно, но уверенно, закрывались. Еще чуть-чуть, и она заснет прямо здесь. Пора было отправлять подругу домой.
— Давай я вызову тебе такси, — придержала за плечо, чтобы она не упала, засыпая, и шарила в кармане в поисках телефона — Желтая машинка отвезет тебя к твоей тепленькой постельке, хорошо? — говорила с девушкой, как с ребенком. Из-за алкоголя она сейчас находилась на соответствующем уровне развития.
— Желтый в этом сезоне в тренде, — полусонно заявила Аня.
Дальше говорить с ней было бесполезно, она начала нести околесицу про веяния в моде и цикличность всего в мире. Дождавшись такси, загрузила соседку в машину и надеялась, что по возвращении найду ее спящей в кровати, не в подъезде.
Если у кого-то долгий день подошел к концу, то у меня только начинался, и впереди ждали долгие часы на ногах.
— Зачем приходила эта расфуфыренная кукла? — моя напарница Марина провожала взглядом отъезжающее такси.
Девушка трудилась в кафе не первый год, и это была постоянная работа. Жизнь ее не баловала: в семнадцать лет Марина ушла из дома, и теперь жила самостоятельно. Голод сильней жажды знаний, и ей приходилось зарабатывать себе на жизнь, упуская возможность учиться, как я и все ее сверстники. Из-за этого в ней скопилась какая-то злоба на тех, кому жизнь благоволила. Например, таким, как Аня. От одного только вида того, как та небрежно обращается с вещами, на которые Марине пришлось бы зарабатывать не один месяц, ее коробило. Она считала, что Аня не ценила того, что имела.