Ван Ван из Чайны (СИ)

— Я и не беспокоюсь, — с улыбкой подошла и взъерошила мне волосы бабушка. — Ты — очень умный и самостоятельный малыш, — оглядевшись, спросила. — Решил постирать вещи сам?
— Просто интересно было разобраться со стиральной машинкой, — улыбнулся я в ответ.
— Молодец, — одобрила бабушка, достала из сумочки косметичку и принялась наводить лоск к важному для себя мероприятию. — Посмотри, пожалуйста, в этих своих картах дорогу до станции…
Растолковывание маршрута закончилось одновременно с «мейк-апом». Тогда же телефон ожил, показав незнакомый номер.
— Добрый день, меня зовут Лу Фанг, — поприветствовал нас с бабушкой (потому что громкая связь) приятный женский голос. — Могу ли я поговорить с уважаемым менеджером Ван Кинглинг?
Ага, именно «менеджер» — для солидности.
— Добрый день, уважаемая Лу Фанг, — ответила бабушка. — Приятно с вами познакомиться.
— Я являюсь представительницей косметической компании Catkin. Мы с большим удовольствием следим за взлетом популярности Ван Дзинь и Ван Донгмэи и желаем девочкам дальнейших свершений. Сейчас наша компания готовится выпустить ориентированную на подростковую аудиторию линейку уходовой косметики, и нам было бы интересно поработать с вами в рамках кампании по ее подтверждению. Я уполномочена предложить вам разовый контракт. Принимая во внимание неопытность Дзинь и Донгмэи, мы не станем предлагать ничего сложного: мы пришлем вам посылку с образцами наших товаров, и девочкам нужно будет воспользоваться ими во время съемок следующего видео о том, как они учат своих деревенских зрительниц хорошо выглядеть во время работ на поле и в огороде. Заинтересовало ли вас наше предложение, уважаемая Ван Кинглинг?
Бабушка посмотрела на меня, попросив:
— Уважаемая Лу Фанг, прошу вас подождать минутку.
Ткнув кнопку отключения микрофона, я заявил:
— Впаривать откровенное дерьмо нельзя, обговори с ней этот момент — Дзинь и Донгмэи честно оценят образцы и обозначат минусы линейки, пусть и не самые большие или даже надуманные, иначе от них могут отвернуться зрители, которым нужна искренность.
Кинглинг покивала, признав мою правоту, и я включил микрофон обратно.
— Потенциально ваше предложение нам интересно, но я бы хотела заранее обговорить некоторые нюансы, связанные со стремлением наших звездочек быть честными со своей аудиторией и договориться об оплате их трудов. Мы — простые фермеры, а Дзинь и Донгмэи ради видео жертвуют рабочим временем, и это требует компенсации.
Так, пошел китайский «торг», значит можно пока заняться своими делами. Достав из рюкзака ноут, я обосновался за столом и прицепился к общажному вай-фаю. Сначала подробно почитаем про факультет, на который меня угораздило зачислиться.
Блин, не совсем то, что нужно — «спортивный менеджмент» в базовой так сказать комплектации мне не светит, потому что я угодил на бакалавриат, по итогам которого в диплом мне так и напишут «спорт и социальная физкультура». С таким можно смело идти работать физруком в школу или учить пожилых соотечественников необременительным упражнениям. В целом, можно и спортивным менеджером или в фитнес-клуб устроиться, но это совсем не тот уровень — рано или поздно диплом бакалавра заведет меня в тупик. Но не все так плохо — дополнительная профессия в виде искомого «спортивного менеджера» достигается окончанием магистратуры, и это будет круче, чем просто отучиться на менеджера в другом универе. Немного расстраивает продолжительность обучения — четыре года бакалавриата, и еще два — магистратуры. Для сравнения, в Сычуаньском университете диплом спортивного менеджера можно получить за три года. В Пекинском университете спорта — тоже три. Ладно, придется грызть гранит науки целых шесть лет. Если попрет личная спортивная карьера — переведусь на заочное или мне просто будут рисовать «пятерочки», как гордости всея Цинхуа.
Так, теперь к собственно личной карьере…
— Двадцать тысяч юаней и четыре коробки с образцами вместо одной нас устраивают, — тем временем закончила торги Кинглинг. — Нет, договор предварительно должен одобрить наш юрист — я сейчас пришлю вам его телефон и введу его в курс дела.
  
«Наш» юрист — тот же знакомый Ван Ксу, который подавал заявку на патент. Дед немного поторопился, когда заявил мне, что «все готово»: не того уровня знакомый, чтобы пинками протолкнуть заявку через патентное бюро за пару дней. Но успех неминуем — мы подали заявку первыми, и, если кто-то решит подать такую же после просмотра «шоколадного видео», его просто пошлют подальше, а патент благополучно оформится на нас, «нашего юриста» и деревенскую школу.
— Наконец-то хорошее предложение! — удовлетворенно закончила разговор Кинглинг. — Хорошо, что я заранее взяла у отца все данные юриста, а сам он озаботился доверенностью на право подписывать важные бумаги от имени нашей семьи.
А это не опасно? Отожмет, например, наш деревенский дом без туалета. Ладно, Ван Ксу настолько тертый калач, что ему от этого ходить-то больно, значит мне можно вообще по поводу доверия не париться.
— Нехорошо, — посмотрев на время, поморщилась бабушка. — Придется разговаривать с юристом в дороге. Как же все завертелось! — шутливо пожаловалась. — Я, конечно, верила, что благодаря тебе наша семья получит то, что заслуживает, но даже не представляла, что всего за месяц случится так много всего!
— Мне очень нужно поговорить с тобой сегодня вечером, — решил я подкинуть в бабушкину мысленную «топку» еще полено.
— О важном? — спросила она. — Может поговорим сейчас? Как раз проводишь меня до метро и сходишь пообедать.
— А юрист? — спросил я.
— Ты — самое важное для меня, — с улыбкой заявила она. — Все равно согласовывать договор придется несколько дней, а ждать посылку с образцами — и того дольше.
— Хорошо, — согласился я.
В самом деле — нет смысла мариноваться до вечера и придумывать запасные планы, лучше решить сразу и начать нормально готовиться к реализации основного. Бабушка взяла сумочку, я — рюкзак, чисто на всякий случай, вдруг с собой чего купить захочу, и мы вышли в коридор, направившись к лифту.
— Можно я попробую угадать? — неожиданно опередила меня Кинглинг.
— Конечно.
— Ты не хочешь возвращаться в деревню на остаток лета, — попала она в точку.
Впрочем, ничего удивительного — она сама грезила Пекином днями и ночами, все мысли и устремления направляя сюда, и теперь прекрасно понимает, насколько мне не хочется обратно в родную пастораль. Понимает, но не понимает — я на Пекин смотрю иначе, не как на самоценность, а как на место, откуда я смогу начать воплощать в жизнь свою мечту. Деревня мне в целом даже понравилась, особенно после того, как я «прокачал» репутацию, и в другой ситуации я бы с радостью помогал Ван Дэи конструировать агрохолдинг, близняшкам — добиваться успехов в видеоблогах, шумно гулять на свадьбе дядюшке Вэньхуа и кататься с бывшим хулиганом Ли Гуаном на мотоциклах в близлежащий аграрный колледж — учиться так и так пришлось бы. Но увы, мое место не там, а здесь.
— Не хочу, — признался я. — Цинхуа — это целый новый мир. Уеду сейчас — обратно вернусь только к началу учебы и тренировок. Считай — окунусь с головой в незнакомую мне круговерть и могу наделать ненужных ошибок. Домой, к семье, мне тоже хочется — там много новых и интересных дел, я уже скучаю по нашей семье, там…
— Любому человеку нужно привыкать к изменениям, и ты — не исключение, малыш, — сочувственно улыбнулась Кинглинг. — Мы тоже будем по тебе очень-очень скучать и с нетерпением ждать твоих первых каникул.
На глаза неожиданно для меня самого навернулись слезы. Тяжело менять обстановку так радикально. Ивану в свое время пришлось несладко, а он ведь уехал от родных всего за полсотни километров. А я… А я теперь очень далеко от места рождения нового себя, и вокруг меня после отъезда Кинглинг совсем никого не останется. Один на один в исполинской столице Китая. Один в переполненном мажорами элитном Цинхуа. Тоже своего рода теннис — что здесь, что на корте успех зависит только от тебя самого.