Малая: Жизнь после тебя (СИ)

С лестницы открывается отличный обзор на первый этаж. Я вижу и Шамана, прячущегося за дверным пролетом, и темную фигуру, крадущуюся к нему со штуцером наперевес. Это Рыжий. Сука крадется, чтобы убить.
Я направляю на него дуло. Сомнений нет, сожаления тоже. Напротив, бешеный бой в голове стих и появилась какая-то легкость. Рыжий собирался ее изнасиловать, как и других своих жертв. Тюрьма далеко не всех исправляет — пуля в этом смысле вернее.
Взрыв пороха больно отдает в руку. За годы я, к счастью, не растерял навык. Фигура, дернувшись, падает навзничь.
Шаман вскидывает голову и, заметив меня, облегченно прикрывает глаза. Его рука с зажатым кольтом устало повисает вдоль тела. Стрелять он ненавидит даже больше меня.
— Остался Тайсон. — предупреждаю я, сбегая по лестнице. — Линду я нашел.
— И как? — Шаман вглядывается в мое лицо, прекрасно зная, как много значит для меня ответ на этот вопрос.
— Она сумела себя защитить. Правда в своем стиле. Теперь ей как можно скорее нужно попасть в больницу.
Продолжить диалог не получается, так как из глубины дома доносится приглушенный шум.
Вскинув указательный палец с просьбой о тишине, я пытаюсь различить его направление.
— Прямо и налево, — опережает меня Шаман. — Живым его будем брать?
Я киваю. Тайсона, за все что он ей сделал, собираюсь душить голыми руками. Сегодня он пожалеет не только о сделанном, но и о том, что на свет родился.
 61 
— Ты иди наверх, проверь, как там Линда.
Поймав скептический взгляд Шамана, поясняю:
— Ей нельзя долго одной. Она много крови потеряла. А с ним я сам разберусь.
Он решает не задавать лишних вопросов: мол, откуда кровь, и почему сразу не сказал, и, помешкав разве что мгновение, бегом устремляется к лестнице.
Проверив пистолет, я направляюсь к источнику шума. За углом по коридору обнаруживается еще одна дверь, толкнув которую, я вижу Тайсона. Этот решил слиться без шума, судя по тому, как отчаянно вскрывает дверной замок. У нас с Шаманом не было времени обойти дом и выяснить, имеется ли в нем запасной выход. А он, оказывается, есть.
— Ты всерьез думаешь, что получится съебаться? — рявкаю я. — Только куда?
Возня моментально прекращается. Животный страх Тайсона заметен даже со спины. Убедившись, что рядом с ним нет ствола, я ставлю свой на предохранитель.
— В другую страну, если только. Потому что тут я тебя везде достану.
Тайсон медленно оборачивается. Рот кривится, глаза полны паники напополам с ненавистью.
— Ты облажался так же, как и я, — сипит он. — Нет у нее бабок. Дочура кидалой оказалась еще похлеще отца.
Тупой еблан. Он ведь даже мысли не допускает, что я здесь не ради денег. Не зря мы никогда не могли найти общий язык. Все потому что он у нас разный.
— То есть теперь с тебя и взять нечего? — притворно удивляюсь я. — Ну тогда пиздуй на все четыре стороны, конечно.
Не знаю, успевает ли он поверить моему предложению, потому что уже в следующую секунду я спешу его разочаровать.
— С удовольствием вышиб бы тебе мозги, но я не получаю удовольствие от убийств. Поэтому просто измордую тебя до полусмерти, а потом отвезу к пацанам. Будешь до конца жизни якшаться с сявками вроде тех жмуриков. — Я киваю себе за спину.
— Так ты это ради нее, что-ли, пыхтишь? — Лицо Тайсона искажается неверием. — Ради дочери твари, из-за которого твоего отца подорвали? И столько наших пацанов полегло? Неужто так сладко подмахнула?
Перед глазами опускается красная пелена, в ушах ревет. Он себя праведным мстителем возомнил? Она же умереть могла из-за него, суки.
— Я тебя убью, нахер, — обещаю я.
Страх, исказивший лицо Тайсона, делает его похожим на загнанного зверя. Подхватив с пола кухонный нож, которым взламывал замок, он направляет его на меня.
Можно просто бы его застрелить. Бах — и готово! Но выпускать пулю в человека, по факту безоружного — не по понятиям. Не-справедливо.
— Убери, — говорю. — Либо по-честному, без оружия давай, либо через секунду к своим уркам ляжешь.
 
Взгляд Тайсона панически мечется, рука с ножом медленно опускается. Жить ему все еще хочется, пусть даже и конченной сявкой. Врукопашную я легко его уложу. Я-то в отличие от него не растерял форму.
— Убери нож, говорю! — рявкаю я для острастки. — Быстрее!
И через пару-тройку секунд он бы бросил, если бы вдруг не произошло то, чего мы оба не ожидаем. Дверь позади Тайсона с оглушительным грохотом бьется в стену и на пороге появляется запыхавшийся Змееныш с битой в руке.
Я громко матерюсь. Блядь, да что за тупица.
Все происходит стремительно быстро. Сориентировавшись, Тайсон ногой биту у пиздюка, и, перехватив его шею, приставляет к ней лезвие.
— Убью на хер! — лает он, брызгая слюной. — Сейчас же забирай Шамана с этой припадочной и съебывайтесь!
— Убивай, мне по хуй, — чеканю я, стараясь не смотреть на побелевшее от ужаса лицо змееныша. — Только имей в виду, что потом я тебя ногами забью, а то что останется отвезу Аспиду. Ты его методы помнишь. Будешь свои яйца по кусочкам глотать на глазах у толпы.
— Мне терять нечего. — Он истерично ржет. — После того как эта сучка меня с баблом подставила. Все планы пошли к херам… — Он надавливает на лезвие.
Пиздюк протяжно взвизгивает — по его шее течет кровь. Внутри противно сводит. Напуган он до усрачки. Глаза мокрые и красные, губы трясутся.
Щелкнув предохранителем, я наставляю пистолет на Тайсона. Блядь… Змееныш слишком долговязый — велик риск и ему пробить башку.
Тайсон, зная это, издевательски ржет. Он никогда мне не нравился, но таким мерзким я, пожалуй, его не видел. Кажется, действительно свихнулся на почве провала с бабками и страха за свою никчемную жизнь, если ведет себя как маньяк из фильма.
Отпустить его со змеенышем в заложниках? Не вариант. Пацану он наверняка выбьет мозги, а сам надолго заляжет на дно. На его поиски может уйти время, что меня не устраивает. Поквитаться с ним я намерен прямо сейчас.
Сделав ставку, на неожиданность и скорость, я отбрасываю ствол и пулей лечу к Тайсону. При нависшей угрозе он выберет защищать себя, а не резать кому-то горло. Чтобы выбрать второе, нужен особый навык.
Повалив парочку на пол, я пытаюсь отпихнуть пиздюка в сторону, чтобы добраться до Тайсона, но его словно приклеили. Только сопит и громко стонет. Кажется, наше столкновение сломало ему ребра.
— Ползи, блядь, отсюда, — хриплю я, пытаясь перехватить руку, норовящую засадить в него нож.
— Больно… — раздается жалобное бормотание. — Я пошевелиться не могу.
Пригвоздив запястье Тайсона к полу, я приподнимаюсь на коленях, чтобы выпустить пиздюка. Но какой там. Гнида жмет его ногами, используя как живой щит. Без шансов. Со сломанными ребрами змеенышу просто так не выбраться.
В сотый раз выматерившись, я пытаюсь выбить у Тайсона нож, но безрезультатно. Он держит слишком крепко, а я нахожусь в слишком неудобном позиции. Прокладка в виде Родиона все портит и нужно срочно от нее избавляться. На этот маневр есть несколько секунд, не больше.
Выпустив запястье Тайсона, я хватаю за грудки пиздюка и резко откатываюсь в сторону. С протяжным воем он шмякается об пол. Сломанных ребер в этот момент у него вероятно стало больше. ничего, до свадьбы заживет.
— Дуй отсюда! — рявкаю я, вскакивая. — Быстро.
Тайсон тоже успевает подняться. Я бросаюсь к нему. Левая половина груди вспыхивает, словно ее откатили кипятком, становится невыносимо дышать. Зрение стремительно падает, голова плывет. С-с-сука. Он успел раньше меня.
Я вслепую нащупываю рукоятку ножа, торчащую под ключицей. Неудачное место для ранения. Я бы сказал, херовое.
Успеть, успеть… — оживает в голове недавний речитатив, дополненный новыми обстоятельствами. — Нужно успеть, пока не отключился.
Свободной рукой надавив на подбородок Тайсона, я выдергиваю лезвие. Грудь заливает горячим, тошнотворно пахнет металлом. Стараясь не думать о том, что это моя кровь, я замахиваюсь. Мне нужна сонная артерия… Так, чтобы наверняка. Второго шанса на удар, скорее всего, уже не будет.