Моя горькая свадьба (СИ)

— Отпустите меня, — произношу сквозь сжатые зубы.
— Ни за что, — шепчет т он. — Ты еще не поцеловала меня.
Моё сердце неистово колотится, когда он проводит дорожку из поцелуев от щеки к губам.
Появляется ощущение, будто моё тело сделано из пластилина или воска, я таю в его умелых руках.
В мозгу бьётся рациональная мысль, напоминая о лежащей между ними пропасти. Но она быстро меркнет, расплывается под той огненной лавой, которая накрыла меня. Не хочется думать о нашей сделке, непростых взаимоотношениях. В течение нескольких мгновений для меня не существовало ни прошлого, ни будущего, ни настоящего. Только он. Он один, с разгоряченным, сильным телом, был реален в этом вихре ощущений, чувств, эмоций…
Губы мои приоткрываются, он целует меня страстно и жадно, пока я внезапно не понимаю, что он не каменная скала, которая может послужить мне опорой в этом зыбком мире. Он омут, грозящий поглотить меня. Откидываю назад голову, напуганная тем, каких огромных усилий стоило мне оторваться от его губ.
— Прекрати, прошу вас, — умоляющим голосом произношу я.
— Что прекратить? — шепчет он в ответ. — Я ещё даже не начинал.
Мы, не отрываясь, смотрим друг другу в глаза. Время остановилось.
«А, может, прыгнуть в омут, с головой?» — проносится у меня шальная мысль. В этот самый миг тишину, возникшую между нами, прерывает требовательный лай щенка. Мы одновременно поворачиваем головы в сторону лежанки.
— Марко! — восклицаю я, выскальзываю из объятий Ерёмина и подбегаю к щенку, который умилительно смотрит на меня. Рядом с ним небольшая лужица. — Ты сделал свои делишки?
Хватаю щенка и крепко прижимаю к себе, мысленно благодарю за своё спасение от колдовского очарования Ерёмина.
  
Глава 20
 
Примерно через час, переодевшись в лёгкий сарафан, немного с опаской, выхожу из гостевой комнаты, которую для меня определил Ерёмин. По сравнению с гостиной, где чувствую себя словно в музее, в комнате обстановка более простая, спокойная, умиротворяющая. Это современная, комфортабельная, функциональная комната. Лично для меня, которая до кардинальных изменений в жизни, проживала в «убитой» арендованной панельке, комната кажется роскошными апартаментами.
Из комнаты выходить боязно, наверняка, встречусь с Ерёминым. Кусаю губы. Не стоит лукавить, мне хочется его увидеть, услышать его голос, поймать лёгкую улыбку, адресованную мне. Чего-то я расслабилась! Убеждаю себя, что из комнаты выхожу исключительно ради Марко. Его лежанку мы расположили в укромном углу гостиной комнаты. Думаю, не стоит маленького щенка оставлять одного, решаю на ночь перенести его в свою комнату, к себе поближе. Увидев меня, Марко, на неуверенных толстых лапках бежит навстречу. Меня заполняет волна счастья и невероятной радости. В мире появилось живое существо, которое искренне радуется мне.
— Марко, давай знакомиться с ключевыми местами нашего обитания — «спальней», «кухней» и туалетом! — предлагаю я, игриво тиская щенка. Мне самой хочется тщательно изучить планировку дома, любопытно и интересно увидеть, как живут люди, принимают гостей, устраивают праздники, чем увлекаются, как устроен их быт.
Марко разыгрался, начинает активно покусывать мне руки, приглашая присоединиться к игре.
«Зубки «фу», Марко! — строгим голосом говорю я. — Идём искать пакет с твоими игрушками. И вообще, пришло время кушать!
Марко радостно завилял хвостом, поднял на меня счастливые глаза. Какой сообразительный малыш, слово «кушать» выучил сразу.
Ерёмина на горизонте не видно, не слышно. Интересно, в какой стороне его комната?
Покормив щенка, взяв его на руки, выхожу на улицу. Территория вокруг дома вся в зелени, кругом разбиты клумбы и лужайки. Ветеринар мне объяснила, что пока не поставлены необходимые прививки, не сформировался иммунитет, гулять со щенком нельзя. Это правило касается городских улиц, где возможен контакт с другими животными и вероятность подхватить вирус. На придомовой территории, где нет других собак, риски минимальны. Подумав, решаю не выпускать Марко с рук, тем более, он особо и не рвётся на землю, настороженно осматривается, прислушивается к новым, незнакомым звукам.
 
— Давай, пройдёмся, посмотрим, что здесь интересного? — мягко говорю я, решая прогуляться вокруг дома.
Интересно, сколько здесь гектаров земли? Пройти, не обойти. Красивый, ухоженный сад, которым явно занимаются профессиональные садовники. Естественно, хмыкаю я про себя, с трудом представляя, как Ерёмин или его родители, с лопатой в руках, в поте лица, облагораживают участок. Это не дача, с огородом, грядками, посадками, которую терпеть не могла моя студенческая приятельница. «Огород, родители, долг!» — мрачно говорила она, а я смотрела на неё недоумённо и думала: «Это ведь такое счастье, иметь дом, родителей, дачу!»
— Матильда, вы приехали вместе с Тимом? — вздрагиваю от неожиданности, когда слышу женский голос, обращающийся ко мне по имени.
Я, глазея по сторонам, любуясь садом, незаметно подошла к концу участка, тому месту, где он граничит с соседним. Участки разделяет редкий, невысокий забор, оперившись на который, на меня с любопытством уставилась молодая женщина, в огромной, соломенной шляпе. На ней лёгкий, полупрозрачный халатик, под которым сверкает яркий купальник. Я замечаю за её спиной бассейн с шезлонгом, столик с охлаждающими напитками и кипой глянцевых журналов. Из динамика телефона доносится музыка, дамочка явно отдыхает, загорает, наслаждается прекрасной погодой. Глаза женщины скрыты под тёмными, солнечными очками, которые она с улыбкой снимает, замечая мой недоумённый взгляд. Она окликнула меня по имени, значит, ей известно, кто я. Внимательно приглядываюсь, нет, мы с ней точно не знакомы.
— Ты меня не помнишь? — она с улыбкой снимает с лица солнечные очки. — Мы виделись на вашей свадьбе. Я Марина, нас представляли друг другу!
Неопределённо киваю головой. На свадебном банкете я так волновалась, что лица гостей для меня слились в безликую массу, бесконечную карусель. Единственный человек, которого я хорошо запомнила с того вечера — это девица, с которой у нас произошёл неприятный инцидент, подружка Юли.
— Тим говорил, что ты плохо себя чувствуешь, поэтому вы не сможете приехать! Поверь, что такое токсикоз, мне хорошо известно! — её взгляд перемещается с моего лица вниз, на тонкую талию. 
Уставившись на мой живот, Марина резко замолкает, приветливая улыбка гаснет, лицо становится серьёзным.
Чёрт! Я покрываюсь испариной и кусаю губы! На мне нет дурацкого, накладного живота! Переодеваясь, у меня в мыслях не было его прицепить, я посчитала, что в доме мы с Ерёминым одни. Он-то и привёз меня сюда, чтобы скрыть с глаз своих родственников и друзей. Влипла так влипла!
— Так это всё-таки случилось? То, о чём так переживал Тим? — в её голосе слышится сочувствие.
— Да, то есть, нет! — чувствую себя отвратительно. Вижу, что Марина искренне сочувствует. Хочется придушить Ерёмина, который придумал такой кощунственный план. Люди реально верили, что я беременная.
— Это такое горе! Трудно справиться… трудно! Соболезную! Если захочется выговориться, я в любой момент готова тебя выслушать. — Марина быстро открывает калитку, подходит ко мне и крепко обнимает. — Очень сложно терять ребёнка на таком сроке! Восстанавливайся! Ты нужна своей семье, Тимуру!
— Спасибо! — бормочу я, мысленно посылая на голову Ерёмина все ругательные слова и проклятия, которые мне известны.
— Марина?!
Вздрагиваю, когда слышу холодный голос Ерёмина. Его-то откуда принесло?
— Тим, мне так жаль! Но я верю, у вас всё будет хорошо! — Марина отстраняется от меня, обращаясь к незаметно подошедшему Ерёмину.
Я резко отворачиваю голову в сторону, когда ловлю на себе его испепеляющий взгляд. Он моментально всё понял, взглянув на мой плоский живот. Фасон сарафана стройнит меня, подчёркивает тонкую, осиную талию. Марина что-то продолжает верещать, я стараюсь сфокусировать своё внимание на Марко.