Вернуть свое (СИ)

— Понял, спасибо, ты молодец, — поблагодарил я Гидкоса. — Смотри не подставься, чтобы на тебя не вышли.
— Обижаешь, твоя школа! Логи я давно подчистил, оставил только мониторинг, отправляемый на несколько серверов, находящихся в других странах, — бодро заявил бывший игровой скрипт.
Получается, у нас есть какое-то время для манёвра. Остаётся выбрать оптимальный вариант. Вызов такси не рассматривается, боюсь, преследователи сразу узнаю, о двух девушках и о одном парне, пересевшим из спортивной тачки.
  
— Что ты решил и с кем общался? — задала вопрос Романова.
— Вариант, предложенный Викторией самый оптимальный, — ответил ей.
— Если тебя там попытаются арестовать, я ничего не смогу сделать, — поморщилась Ирина.
— Лёша, а если кого-нибудь из людей моего отца попросить? — задумчиво произнесла Самойлова.
— Это всё не быстро, — отрицательно качнул головой. — Берём вещи и двигаем.
Так и поступили, в подземке смотрелись странно. Ирина не скрывала своего изумления, она таким транспортом никогда не пользовалась. Тем не менее, нас никто не остановил, мы спокойно доехали до нужной остановки и вышли на поверхность.
— А идея и в самом деле превосходная! Много нового и интересного узнала, как-нибудь этот опыт повторю и в метро прокачусь, — произнесла наша высокопоставленная спутница.
— Лучше всего вечерком, часиков в шесть, — хмыкнул я, представив, каково окажется разочарование молодой женщины, оказавшись в метро в такое время.
— Договорились, сделаешь мне экскурс! — покивала та.
— Меня с собой возьмёте? — чуть ревниво уточнила Вика.
— Обязательно, — хмыкнул я. — Ирина Михайловна, а ты думала, что подходы к дому блокированы? — запоздало уточнил у сестры по отцу.
— Есть тропки, о которых мало кому известно, — отмахнулась та.
Действительно, она удивила, когда подошла к закрытому кафе и стала в дверь названивать. Минут через пять, нам отворил хмурый дед, в пижаме и с растрёпанными волосами, при этом он держал в руке ружье какого-то огромного калибра. На слонов что ли собрался охотиться.
— Госпожа, простите, не ждал, — склонился в поклоне перед Романовой, пытаясь спрятать оружие себе за спину.
— Фёдор Климентьевич, всё нормально, — отмахнулась наша спутница. — Домой добираюсь, да путь оказался окольным.
— Полон нежданных поворотов? — задал ей вопрос старик.
— И виражей, — усмехнулась Ирина. — Всё, это свои, позволь представить: Алексей Голицын со своей подругой — Викторией Самойловой.
— Голицын? Тот самый? — внимательно посмотрел на меня дед, а потом улыбнулся: — Без сомнения! Ирина Михайловна, мои поздравления!
— Ваши бы слова, да дяде в уши, — вздохнула молодая женщина.
— Ничего, он смирится и поймёт, что неправ, — покачал головой Фёдор Климентьевич, а потом перевёл взгляд на Вику. Нахмурился, потёр подбородок, а потом уточнил: — Простите барышня, а вы не дочь ли Евгении Михайловны?
— Да, мою маму так зовут, — ответила Виктория и заметно напряглась.
— Чудны, дела твои, — вздохнул дед, но от комментариев отказался.
Он нас провёл через подсобку, открыл дверь в подвал и пожелал удачи.
— Подземный ход? — не удержалась от вопроса Вика, когда Ирина уверенно пошла вперёд.
— Что-то типа того, — ответила Романова, а потом объяснила: — Случается, возникает необходимость уйти незаметно, для этого и предусматриваются при строительстве такие вот пути.
— Как правило не одни, — покивал я.
— Алексей, странно, что ты не удивлён, — внимательно посмотрела на меня предполагаемая сестра по отцу.
Отвечать не стал, а вскоре мы оказались перед массивной железной дверью с кодовым замком и идентификацией личности. Ирина Михайловна уверенно набрала десяток цифр, мазнула пальцем по датчику отпечатка, посмотрела в глазок камеры и замки щёлкнули.
— А если дом окажется обесточен? Выйти уже не получится? — задала вопрос Вика.
— Наверняка тут автономное питание, — сказал, но потом добавил: — Любой кодовый замок вскрывается, лучше иметь еще скрытый механический механизм.
— А кто сказал, что его тут нет? — усмехнулась Ирина и попросила: — Алексей, помоги дверь отворить, а то она, сволочь, тяжёлая.
Действительно, пришлось даже чуточку мышцы напрячь. Этим входом давно никто не пользовался, песчинки забили и так минимальные щели, но петли не издали ни единого скрипа.
— Мы в безопасности, — улыбнулась наша проводница. — Находимся в моём доме, вы гости, кроме меня никто ни о чём просить не имеет права, как и высказывать каких-либо претензий. Идём! Есть хочу и выпить кофе, а потом завалиться спать. Кстати, вам выделю двое апартаментов, а где обоснуетесь — ваше право.
Внезапное появление хозяйки, да ещё не одной, слуг потрясло, но они не задали ни единого вопроса. Мы перекусили в бирюзовой столовой, Ирина туда велела подать еду. Спустя минут двадцать, нас с Викой проводили две горничные в выделенные гостевые покои. Ну, как покои, этакие хоромы! В моих покоях имеется кабинет, столовая, большая ванная комната, переговорная и, разумеется, спальня с огромной кроватью, где одному легко потеряться. Осматривался недолго, Самойлова пришла, при этом принеся свои вещи.
— У нас в квартирке было уютнее, — оставив сумки у двери, объявила подруга, а потом уточнила: — Ты меня не прогонишь?
— Сдурела? — подошёл к ней, обнял и коротко в губы поцеловал. — Доставил тебе кучу проблем, впору бояться, что в отставку отправишь.
— Интересная мысль, — прижимая ладошки к моей груди, ответила подруга. — Лёша, ты и Ирина точно роднёй друг другу приходитесь? Мне ревновать или нет?
— А ты ревнуешь? — завёл ей за ушко выбившийся локон.
— Временами, — честно призналась та, а потом спохватилась: — Чёрт! Мать с отцом наверняка волнуются! Могу им позвонить?
— Разумеется, ты же знаешь, что твой номер отследить невозможно. Не говори им, где находимся.
— Не такая я дура, — хмыкнула девушка и достала из кармана смартфон.
Успел заметить с десяток сообщений и пропущенных вызовов, поэтому задал вопрос:
— Евгения Михайловна беспокоилась?
— Да, — вздохнула Вика, подумала и попросила: — Лёша, а давай ты с ней поговоришь. Мне будет сложно объяснить, что происходит.
— Она же хотела тебя услышать, а мне не звонила, — ответил ей, представляя возмущения матери своей подруги.
В итоге, набрал-таки номер Евгении Михайловны, понимая, что разговора не избежать. К моему удивлению, мать девушки не стала нас отчитывать, спрашивать, где мы и удовлетворилась, что угроз нет. Попросила пообщаться с Викой и у той почти мгновенно заалели уши. Как оказалось, моей подруге прочли короткую лекцию о предохранении, чтобы их внука или внучку воспитывали не только бабка с дедом, но и отец. Другими словами, Евгения Михайловна дала понять, что давно не верит в платонические чувства без интимных отношений.
— Блин, мам, я уже не маленькая, — пыталась остановить Вика перечисления средств безопасного секса. — И потом, у меня отдельные комнаты, не волнуйся. Всё, пока! — она дала отбой и с шумом выдохнула.
— Это у кого отдельные комнаты? — уточнил я, запуская руки под блузку подруги.
— Но они же есть, — усмехнулась девушка. — Зачем родителей волновать? Пусть думают, что крестиком вышиваю.
— Крестиком? — переспросил я, медленно освобождая Вику от одежды, при этом та в этом не отстаёт.
— Или кроссворды разгадываю, — сказала голубоглазая брюнеточка, а потом попросила: — Пойдём под душ, нам с себя надо смыть пережитые волнения.
Мылись долго, бесились в джакузи, испробовали на прочность кровать и уснули под утро. Проснулся от чьего-то присутствия. Нет, обнимающая меня Вика не в счёт, а вот невозмутимая горничная, раскладывающая на стулья одежду, вызвала у меня удивление.
— Что вы тут делаете? — чуть слышно спросил я.
— Не волнуйтесь, глуха и слепа, выполняю свою работу, — спокойно сказала женщина лет тридцати и уточнила: — Есть пожелания? Время завтрака прошло, но могу его вам и вашей даме принести. Желаете, чтобы подала в постель или накрыла в гостиной стол?