Совершенный: пробуждение (СИ)
— Такой молодой, всего лишь двадцать два года... Может можно ему как-то помочь?
— Бесплатного лимита, выделенного на него, не хватит даже на то, чтобы привести в порядок его верхнюю часть, не говоря про все тело. Та машина, просто размазала его по дороге, повредив все что можно и нельзя. Чудо, что он остался жив и его быстро доставили к нам.
— Может для него было бы лучше и умереть... — жалостливо произнес женский голос.
— Не спеши его хоронить, может еще кто-то найдется. — ответил ей мужской голос, явно отдаляясь.
Слышу, что они еще о чем-то говорят, но разобрать не получается. Дела мои плохи. Если даже лимит на бесплатное обслуживание не покрывает все что нужно, а его обычно хватает чтобы собрать человека заново, то боюсь представить, что же со мной произошло.
Слышу, как рядом что-то щелкнуло, а меня начало клонить в сон. Так, нужно потом обдумать все. Хотя что думать? Таких денег все равно ни у кого из родственников нет, даже если они все скинутся...
*****
— Доктор, как вы оцениваете его состояние? — спросил высокий, крепко сбитый мужчина у врача в белом халате.
— Вам правду?
— Да.
— Он живой труп. Даже если кто-то внесет нужную сумму, то вернуть полностью к жизни его не получится. У нас просто нет всего необходимого. Ни у кого в стране нет! Это если только везти его за рубеж, в элитную клинику, занимающуюся подобными случаями, но там такие очереди, что он скорее умрет, чем дождется. Они же, чтоб их, берут только несколько пациентов одновременно, обусловливая это требованиями к обслуживанию и сложности проводимой работы.
Спрашивавший мужчина, бросил очередной взгляд через стекло на лежащего в реанимационной капсуле парня. Затем перевел взгляд на экран, выводящий изображение тела внутри капсулы и тут же отвел взгляд. Хотя он никогда не был особо впечатлительным или брезгливым, но вид того что там сейчас даже его заставил внутреннее содрогнуться.
— Что с его родственниками?
— Была его мама, с трудом смогли ее выпроводить отсюда, она хотела остаться прямо тут, раз мы ее не пустили к нему. Больше никого.
— Понятно... Не отключайте его пока что. Я все оплачу, если это выходит за лимит.
— Нет, Андрей Владимирович, пока что расходы на него в пределах лимита.
— Хорошо, держите меня в курсе его состояния. — произнес Андрей Владимирович и пошел на выход.
*****
— Кто это был? — тихо спросила у доктора медсестра.
— Не знаю, но мне по его поводу звонили с самого верха, так что улыбаемся и отвечаем на все вопросы. Я не хочу, чтобы если что нам обрезали финансирование или еще что-нибудь другое. С парня глаз не сводите, проверяйте его состояние, если вдруг что сразу меня вызывайте.
— Я поняла, передам остальным. — кивнула доктору медсестра и зашла в палату.
*****
Андрей Владимирович же в это время уже ехал в машине и думал. Думал о том, как неудачно его дочь вылетела с трассы. И хоть сама она почти не пострадала — система безопасности автомобиля сработала на отлично, то вот про того, на кого приземлилась ее машина этого сказать нельзя.
Удивительно неудачное стечение обстоятельств: сбой в системе управления в почти новой машине, сбой в системе энергопитания трассы и отключение силового барьера, и, наконец, парень, оказавшийся так не вовремя в том месте.
Что ему делать? Бросить парня на произвол судьбы? Так поступить ему не позволяет совесть. Оплатить лечение? Вариант не плохой, но что-то останавливает от его воплощения. Может то что парень все равно с высокой вероятностью останется инвалидом, даже при том условии что попадет в клинику, в которую длиннющая очередь, не смотря на ее расценки? Да, он будет жить, но... по роду своей деятельности Андрей Владимирович вполне представляет их возможности и не смотря на всю продвинутость, далеко не факт, что они смогут собрать парня обратно и вернуть к нормальной жизни.
Остается еще один вариант, который вполне устраивает Андрея Владимировича и можно даже сказать, что нравится ему. После долгих размышлений, уже почти доехав к пункту назначения, он все же решил именно его воплотить в реальность.
Поднявшись в свой кабинет и вызвав помощника, он принялся мерять пространство шагами, дожидаясь того.
— Вызывали? — спросил молодой парень, заглянув в кабинет.
— Да. Подготовь последнюю модель для испытаний.
— Нам предоставили добровольца?
— Можно и так сказать.
— В смысле? Что вы имеете в виду? Стоп, вы же не хотите...
— Да, именно это я и собираюсь сделать.
— Вы шутите? Нас же потом всех тихо смоют в унитаз.
— Ничего не сделают. Проведем как испытания на добровольце согласно пункту сто тридцать восемь дробь два. Максимально урежем возможности. В итоге должно будет остаться чуть больше чем у обычной гражданской модели, не учитывая именно ее особенностей, которые мы никуда убрать не сможем, без них смысла ставить ее нет.
— Может и прокатить. — задумчиво ответил своему начальнику парень.
— Выполняй. Подбери команду. До завтра справишься?
— Должен. А к чему такая спешка? Если не ошибаюсь, то парень в стабильно дерьмовом состоянии, случайно умереть не должен, если только оборудование не отключат.
— Нам еще нужно будет последить за его состоянием, провести кучу тестов... Не мне тебе объяснять!
— Понял. — кивнул парень и почти бегом выбежал из кабинета.
Андрей Владимирович же откинулся на спинку кресла, снова задумавшись. Не совершает ли он ошибку, решив пойти на хитрость и по факту на нарушение всего чего только можно из регламента лаборатории и когда-то давно подписанного договора? Нет, формально, там есть лазейка, которой он и собирается воспользоваться, но... все зависит от того что будет потом: что будет с парнем, проболтается ли кто-то из причастных к задуманной авантюре, кого пошлют для проверки и еще куча всего. Но это все будет потом, а сейчас ему нужно вернуть парня к нормальному состоянию — на счет этого Андрей Владимирович твердо решил.
Ну и плюс к этому, где-то в глубине души он знает об еще одной причине почему делает все это. Спасти парня — это прекрасно, но еще им жизненно необходим эксперимент на совершенно постороннем человеке, который не проходил никаких отборов и тому подобного, просто на человеке с улицы. Времени у них остается все меньше, а стабильного результата все нет.
Поднявшись, Андрей Владимирович достал небольшую бутылку минералки из холодильника и приложился к ней, жадно глотая ледяную воду. Допив, он встряхнулся и сел обратно, запуская рабочий компьютер. Впереди у него бессонная ночь, за которую он должен успеть еще раз проверить все расчеты. У них нет права на ошибку.
*****
Проснувшись в очередной раз, даже сразу и не понимаю, что происходит. Нет, состояние мое по-прежнему без изменений, во всяком случае если исходить из того что я могу оценить — а это почти ничего, но я все еще слышу и думаю, а значит жив. Но вот что ввело в какой-то ступор, так это шум вокруг. Какой-то грохот, скрип, голоса. Что здесь происходит? Меня решили отключить от капсулы? Так подумать, как же прекрасно что кому-то пришла в голову идея встроить в нее динамики и микрофон. Вот что бы я сейчас делал без них?
Пробую как-то прислушаться и вычленить что-то более понятное и информативное. И даже что-то получается разобрать.
— У вас все готово? — спросил незнакомый мне голос.
— Да, вы можете его забирать. — ответил ему уже знакомый голос, который принадлежит доктору, которого я слышал раньше. — Что вы собираетесь с ним делать?
— Это уже не ваше дело. Вы подготовили капсулу для транспортировки и все, дальше мы уже сами. Можете выписывать его, больше он сюда с нынешней проблемой не вернется. Все необходимые документы вам уже присланы.
Слышу, как кажется мою капсулу куда-то покатили. Только через несколько секунд до меня окончательно доходит смысл сказанного, все же мозг работает откровенно паршиво, сказывается то что меня неслабо накачали чем-то. Куда меня везут и что это все значит?! Будь у меня возможность, начал тут же биться всем чем можно об капсулу, пытаясь выбраться. Но тела я не чувствую, так что могу биться только в панике.