Тварь (СИ)

— Заберите нож и проверьте, — сказал он охранникам, и они вышли из комнаты.
— Давыд, вы же не думаете, что я так глуп, чтобы прятать у себя нож с кровью в рюкзаке. Если бы я…
— То избавился от ножа, — продолжил Чаусский и потер подбородок, — мне тоже кажется это притянутым за уши.
— Где Михаил? Он подтвердит, что я был с ним. Проверьте остались ли деньги, если нет, то Яна точно сбежала. Когда мы еще не приехали в Энмелен, она уже тогда хотела сбежать. Предлагала не ехать в Оршаил.
— Но зачем ей это? Для такой как Яна — это самое лучшее место, о котором она может только мечтать.
— Для такой как она? Для полукровки?
— Нет, для бывшей арестантки. Ты не знал? Она не рассказала? Гуров привез ее с восточных колоний, там она отбывала наказание за убийство.
Отлично, она еще и оказалось маньячкой, а с виду милейшее создание.
— Что будет теперь?
— Мы все проверим, а ты пока сиди в своей комнате. Занимайся, — Чаусский направился к выходу, — советую пока ни с кем не общаться, если тебя подставили, то это может быть кто угодно.
— И чем мне заниматься, когда на мне это? — Я стукнул браслетами друг об друга.
— Учи теорию, найдешь много интересного и полезного.
Пора поговорить с Тарой!
  
Глава 16
 
— Тара.
Тварь продолжала молчать, я ее разблокировал почти сразу, как Давыд ушел, но она не отзывалась.
— Ты там опять губы надула?
— Нет.
— Понятно, значит надула. Чего ты бесишься? Я вчера из-за тебя чуть князя не пришил. Ты этого добивалась? Надо себя контролировать мы тут, чтобы учиться, а не убивать.
— Мы? — Противно пискнула Тара, — теперь ты говоришь мы?
— Та, давай без истерик. Лучше расскажи мне, что было вечером после того, как я тебя заблокировал?
— Ничего, ты же меня заблокировал. Я одиноко сидела в своем холодном мирке, — вот еще актриса. И почему мне достался такой непутевый демон?
— И ты не выбиралась наружу?
Может когда я выпил, то контроль над сознанием ослабился?
— Чего молчишь? — спросил я Тару.
— Вспоминаю.
— Что вспоминаешь? Пил я, а не ты.
— Так и я была пьяна, а чего ты думаешь я просто так все это время тебя выпить заставляла? По доброте душевной?
— Значит ты все видела и слышала?
— Ну не все, когда ты уже прилично выпил, то чуть ослабил контроль и я пару раз прорывалась, потом поняла, что мы пьём коньяк и расслабилась, и получала удовольствие.
Дальше Тара рассказала, что помнит только отдельные фрагменты. Она помнит, как мы с Михаилом пришли в комнату начали пить коньяк, дальше она появлялась в течение нашей беседы, но не могла надолго оставаться в сознании. Затем уже ночью, она снова порвалась, когда я уже ложился спать.
Она почувствовала, что мне плохо решила не высовываться.
— Люди очень плохо переносят алкоголь. Если бы я была человеком, то умерла от похмелья, — продолжала рассказывать Тара, но я ее не слушал.
Нужно быть осторожнее с алкоголем и со всем, что может влиять на контроль. Это сейчас она в нормальном настроении, а в другой раз я выпью несколько рюмок, а она схватит нож и устроит бойню.
Мне до сих пор не ясны мотивы Тары.
***
Несколько дней я просидел в своей комнате. Провел время с пользой, учил руны и некоторые наносил на тело. Я чувствовал, как моя магическая сила растет и не только магическая, физически я тоже стал более выносливый.
За мной пришел Чаусский и без лишних разговоров повел меня в зал для тренировок. Обычно тут мы состязались парами с другими учениками. Чаще всего это были очень слабые и довольно скучные бои, в основном для отработки защиты.
Вот с Михаилом я сразился отлично, после такого сразу почувствовал свою силу. Повторить бы.
— Как твой демон? — Спросил Чаусский и приготовил щит.
— Иногда появляется, пока я ее контролирую, — я тоже призвал щит и выставил вторую руку для призыва атакующей магии.
— Срывался?
— Было раз, но я смог ее контролировать.
— Зови ее сейчас и нападай настолько сильно насколько сможешь.
О таком Чаусский меня еще не просил. Я тут же разблокировал Тару, она без слов поняла, что сейчас будет драка и завопила от удовольствия. Вот еще кровожадная зараза.
 
Я атаковал первым, Чаусскому даже не пришлось приложить много усилий, чтобы отразить мою атаку. Следующей шар был уже сильнее. Потом еще один.
Я уже начал входить во вкус. Старался нападать неожиданно. Отбегал в сторону прятался за колоннами и неожиданно выскакивал нападая. Давыд отлично отражал все удары.
Тут мне удалось запустить в него заклинанием, даже сразу двумя, по очереди, так быстро раньше я еще не действовал.
Первый шар пролетел мимо, чтобы отвлечь внимание, а второй должен был зацепить плечо, но в этот момент Чайсский просто исчез и появился в метре от этого места.
На несколько секунд я был дезориентирован, такого еще я не видел, но быстро взял себя в руки, убрал щит и стал атаковать двумя рукам.
Давыд появлялся и исчезал, иногда прикрикивая:
— Быстрее! Активнее. Следи за мной внимательно.
Я старался следить за его перемещениями, предугадывая, где он появится следующий раз, одновременно атаковал.
В какой-то момент я почувствовал, что во мне снова закипает ярость. Тара орала как сумасшедшая, призывая разорвать Чаусского на кусочки и от этого сосредоточится было еще сложнее.
Наконец-то мне удалось зацепить учителя. Вначале незначительно, только предплечье, но Таре этого было достаточно.
— Бей его! Бей! — Кричала она, — бей по ногам. Будет меньше бегать.
Я нанес несколько быстрых ударов по полу. Чаусский перемещался только на короткие расстояния и мне удалось его зацепить. Он пошатнулся и чуть не упал. Прикрылся щитом, но я успел использовать момент и выпустил еще магию, на этот раз не шар, а долгую, тягучую магию Тары, она оплела Чаусского по рукам и ногам, и он стал похож на гусеницу.
— Давай! Покажи ему! — Орала Тара.
Ярость заполняла каждую мою клеточку, и я чувствовал, как хочу нанести по нему самый сильный удар, который только могу, но затем посмотрел на его лицо. Спокойное, уверенно, ни капли страха.
Что-то переключилось в моей голове. Я быстро заблокировал тару и почувствовал, как контроль возвращается. Путы исчезли и Давыд освободился.
— Я же говорил, что он может себя контролировать даже при приливе ярости, — сказал Чаусский и посмотрел за мою спину. Я медленно оглянулся, до этого момента я был уверен, что в зале мы одни, но теперь отчетливо ощущал, что за нами следят.
Стена, которая была позади нас замерцала, а затем частично исчезла.
Там показалась комната в которой сидело двенадцать человек, но не совсем человек.
Это были человекоподобные существа, в мантиях, как у монахов, светлого цвета, подвязанные поясом. Но самое странное это были их лица. Глаза, как у людей, но нет белков. Все глазное яблоко залито черным цветом, а еще у них не было носа и рта.
Кожа неестественного серого цвета, шершавая и словно вся изрезана мелкими шрамами.
Все двенадцать безмолвно смотрели на нас, не отводя взгляд.
— Он может контролировать, — снова повторил Давид, — какие еще вам нужны доказательства? Его связь с этой девушкой не повод для убийства. Благодарю вас, Братья.
Давыд чуть поклонился, и стена тут же появилась снова.
— Кто это был? — Спросил я, когда мы покидали тренировочный зал.
— Это Немые Братья, они общаются только ментально и не со всеми. Именно они выносят приговоры при нарушении законов в Оршаиле.
— Меня я так понимаю не казнят?
— Нет, тебя пока отпускают, ты сможешь, как и прежде заниматься и выходить из комнаты, но расследование продолжается.
— Вы поговорили с князем?
— Еще нет, на следующее утро он срочно уехал, ждем его через несколько дней и тогда поговорим. Ты сегодня очень хорошо справился. Тебе удается ее контролировать, но старайся не допускать излишней ярости, именно в такой момент она может взять верх.