Связанные по Жизни (СИ)

— И вот смотрю я на тебя, всего такого… — Тая поставила локоть на стол, и пальцами стала водить по губам. Жека тут же на них залип, а я посмотрел на губы Васи. И вспомнил, как на днях почти коснулся их своими губами. Как мы притягивались медленно, но неизбежно. Словно магниты. Двусторонне. Как поймал ртом взволнованный её вздох. И увидев мимолётный страх в её глазах, понял, что теряю контроль над зверем… — И ты напоминаешь мне платье на витрине, которое и красивое, и чувствуется, что сядет хорошо, но… на какой-то прошмандовке я его уже видела, а потому ни в жизнь не куплю.
От такого сравнения Жека скривился, Вася сдержано улыбнулась и закашлялась, когда моя ладонь легла на её коленку под столом. В этот момент подошла подавальщица, и я стал делать заказ, чувствуя затылком, как Вася прожигает во мне дыру. Не могу себя сдерживать, когда она в такой опасной близости от меня. Мне нужно её касаться.
Я жажду этого с утра вчерашнего дня. Когда открыл глаза и первое, что увидел — это Василису в моей рубашке у окна. Она не подозревала, что рубашка тонкая и просвечивается. Воспаленным взглядом на ней зависаю. Смотрю и с некоторым удивлением ощущаю, как помимо возбуждения что-то другое нутряк распирает. И это не дракон. Это, адово пламя, та самая особенная теплота, которую ещё можно обозвать крайне сопливым словом — нежность. Ничего зазорного, но лучше о таком не болтать на боевом факультете. А ошарашивает только потому, что никогда она у меня не совмещалась с похотью. Всегда считал эти чувства взаимоисключающими. Получается, нет. Получается, эта девочка будет во мне чувства, о которых я и не подозревал. Отмираю и зову её. Она вздрагивает, разворачивается и движется ко мне. Напряженно слежу за тем, как во время ходьбы покачиваются её бёдра, шевелятся губы, но я не слышу, что она говорит… в ушах шумит и словно что-то тяжёлое на грудь давит. Вжимает и пробивает, заводя из-за неё же тормозящее сердце. Оно глухо стучит, как бешеное. Это, само собой, вызывает опасение. Потому что эту силу нужно куда-то сливать, а трогать мне Васю вроде как нельзя. Не сдержусь. Поэтому выкручиваюсь, как аспид на костре. Сбегаю. Снова сбегаю. Уговаривая себя, дракона, что это временно, что я даю ей время привыкнуть ко мне. А где Вася сможет привыкнуть и узнать меня получше? Правильно. В родительском доме с моим отцом. Только ему я могу её доверить. Но как не старался, я смог лишь день продержаться вдали. Занятие с линормом напомнило мне, как мы его вместе с Васей залечивали. Вырвался в храм, а там дракон рычал и тянул к ней, вырисовывая круги, желал вырваться. И вот я, в родительском доме, стою и у меня лишь одно желание — закрыть Василису в своей комнате, в своей постели… Драконья чешуя, как же я хочу её… Никогда так не накрывало. Я, вроде как, с головой всегда дружил, но с Васей то и дело опасаюсь, что слетит контроль.
— А я всегда считал, — продолжает Жека болтовню с Таей, — что репутация сердцееда повышает мой статус в женских глазах…
— Не во всяких. — прерывает его Тая, откидываясь на спинку стула. — Вон, даже… Кстати, мы так и не познакомились. — обратила она внимание на Васю. — Я Таисия из клана Дальногорья. Можешь звать меня просто Тая.
— Василиса Васильевна. — ответила та, улыбаясь и краснея, потому что я чуть сжимаю пальцами её коленку. — Можешь звать меня Василиса, без «просто».
— Вот, скажи Василиса, прельщает ли тебя тот, кто приносит в жертву собственному самолюбию, в угоду сиюминутному желанию, по девушке в день?
— Прям, по девушке каждый день? — хмыкнув, спрашивает Вася, с удивлением смотря на Жека.
— Я открыт для экспериментов и готов на некоторые уступки со своей стороны.
— То есть, ты хочешь сказать, что когда женишься, то по пятницам и средам будешь хранить верность, а в остальные дни не обессудь — натура такая? — выдала Вася, лукаво стреляя глазками.
— Когда я женюсь, я буду верен своей жене. — глядя ей в глаза, твёрдо ответил Жека.
Куда это ты клонишь, паршивец. Вася — моя. Пнул ногой его по голени, чтоб девчонки не заметили, и непроизвольно притянул стул с Васей к себе. Она поворачивается и заторможено моргает. Смотрю на неё. В груди зверь толкается. Да с такой силой, что не только рёбрам прилетает. С дребезгом по всему телу идёт. Выдавая излишки эмоций, сжимаю её коленку. Вася вздрагивает и, заставляя меня в очередной раз удивиться, выплёскивает столь чувствительную реакцию, будто я что-то запредельное с ней творю. Как раз, в это время вернулась подавальщица с нашим заказом. Запахи манили, аппетит был дикий, и казалось, что я осилю всё вмиг. Зря казалось. Для начала мне пришлось убрать руку с коленки Васи. Что очень не хотелось делать. И она как будто расслабляется, но я ощущаю бедром, как её долбит дрожью, и весьма ощутимо. Демоны…
 
— Я только что вспомнил о некоторых проблемах, возникших с моей нечистью. — быстро проговорил я, вставая и, утягивая Васю за собой. — Их нужно срочно решить.
Вижу, как Жека хмурится, изучая Василису и, скорее всего догадался, почему мы так бысто подорвались. Я утащил её в переулок, едва мы оказались за порогом кафе. Она обхватывает себя руками и сосредоточенно машет головой своим мыслям. Её начинает трясти сильнее.
— Вася, смотри на меня. — держу её за плечи, пытаюсь поймать её взгляд. — Сосредоточься на нашем доме. Представь нашу гостиную…
Обхватываю девчонку и крепко притискиваю к груди. Ощущаю её всем телом. Воздух вокруг нас электризуется, уплотняется, закручивается. И вот когда я прижимаюсь губами к её виску и выдыхаю: «Не бойся, маленькая моя, я с тобой», вокруг нас взрывается яркий, обжигающий, проникающий, казалось бы, везде свет.
  
Глава 22
 
Когда вокруг нас вспыхнуло сияние, я тут же почувствовала жар, словно оказалась в эпицентре нестерпимого огня. Ден выругался, крепче прижимая меня к себе. Я раскрыв глаза, не сразу поняла, что вокруг нас полыхает пламя. Одежда тут же начала тлеть. Испугавшись, сдернула шарф с себя и он осыпался пеплом.
— Без паники, маленькая, сейчас, — Ден крепко обнял меня и из него вырвался огненный дракон.
Он отгородил нас от пламени своими крыльями, жар стал отступать, а одежда на Дене — исчезать. Задрала голову вверх, чтобы понять, насколько высоко пламя поднимается, и увидела над головой дракона целую галактику. Над нами была бездна, расплескавшаяся в бесконечности беззвездного пространства, но беспредельность эта не черная, а словно лучащаяся светом. Так рисуют галактику компьютерщики. Вдруг по этому полотну цвета индиго, словно падающая звезда, мелькнул росчерк вспышки. А за ним ещё один, и ещё, и ещё.
— Где мы?
— Подозреваю, твой резерв опустел и нас выкинуло с трека телепортации. — с трудом выдавил ответ Ден. Удерживать пламя ему нелегко.
— Ты сможешь нас вытащить? — с надеждой спросила я.
— Нет, — как-то устало и обречено ответил парень. — Это можешь сделать только ты.
— Я?! — Боже! Мы все умрём! Я не смогу! Я не умею! Да сколько можно…
— Василиса… — Ден обхватил ладонями моё лицо, заглядывая в глаза. — Расслабься и представь моего отца в гостиной нашего дома.
Нашего… он снова это сказал. Он это специально или неосознанно? Высота казалась мне нереальной, запредельной. Зажмурилась и… почувствовала уверенное прикосновение горячих губ парня к моим. Жар, влага, чужеродный вкус, незнакомая энергия… Всё это проникает внутрь меня. Запускает цепь новых сверхсильных ощущений. Сотрясает мощными разрядами. Инстинктивно цепляюсь за него. Ладонями по его уже обнаженной груди скольжу, прохожусь по сильным плечам, обхватываю крепкую шею. Чувствую, как вздрагивает, как густо выдыхает через нос, как яростно заходится его сердце. Он сдвигается и, усиливая давление, а вместе с ним и мои реакции, удивительным образом сминает мои губы. И вот тогда мягкую плоть пронизывает острыми и жаркими стрелами. Они проходят через мой рот, горло, грудь и, достигая каких-то потаённых и чувствительных струн, выбивают из меня тягучий стон. Очередное движение, и его язык оказывается у меня во рту. Влажный, скользкий, горячий, голодный и жадный. Ден действует не просто напористо, а будто отчаянно. Он словно изголодавшийся зверь, действует стремительно и остановиться попросту не способен. Если я издаю стон наслаждения, то парень рычит и этот рык разноситься на всю галактику, в которой мы зависли. Я уже не чувствую жара вокруг, словно его и не было. Лишь тело, сильное, напряженное, находящееся столь близко, что кожа чувствовала кожу. От избытка эмоций по моему телу тонкой жгучей струйкой бежит ток. Меня снова начинает трясти. Колотить так основательно, что, кажется, даже больно становиться. Слишком сильно всё ноет и горит. Ден по-прежнему крепко держит, но мне кажется, будто падаю. Лечу с безумной скоростью вниз или вверх? Дезориентация…