Связанные по Жизни (СИ)

Первым из нашего укрытия смылся змей. Ползучий и самый скользкий гад. Вслед за ним вывалились рыжий вместе с котом и Жека, тащивший за собой Дашу. И только тут я поняла, что мы не следуем за ними, а отдаляемся от ребят.
— Ден, Ден, ты чего, стукнулся? — зашипела я, когтями вцепившись в куртку на плече парня. — Я это…я жить хочу. Нам в другую сторону!
— Тихо!
Тихо. Хорошо ему говорить. Не ему же надо привыкать за хищниками бегать, я как-то привыкла всё больше убегать. Ох, мать моя женщина… Я втянула голову в плечи, прижала ушки к голове и вообще сделала вид, что я чучело. Ден лежал на земле, я лежала в рюкзаке, а у нас над головами неуклюже пролетали дракончики, преследуя ребят и не обращая внимания на нас в кустах. Так страшно, что боишься закрыть глаза, и дышать боишься, и моргать, и двигаться. А этот нехороший человек подо мной, возьми и поползи, как только на берегу остался один линорм. Он не пытался помешать нам выбраться из кустов, не стремился напасть или сбежать. Он ждал.
— И? Что теперь? — прошептала я, не высовываясь из-за спины Дена.
— Сиди молча. — раздражённо велел мне он.
— А можно, я посижу где-нибудь на бережку и со стороны на всё это посмотрю?
Меня нагло проигнорировали, и когда я всё-таки рискнула выглянуть, то поняла почему. На пальцах Дена разгорался бледный огонек выплетаемого заклинания. Линорм готовился к противостоянию и прижал уши к голове. Каждый ждал от соперника первого выпада, следя друг за другом, не отрывая взгляда. Первым не выдержал Ден, его заклинание расплавило песок и обожгло задние лапы нечисти, когда он отпрыгивал в сторону. Тихое клокочущее шипение и вот в нашу сторону летит струя огня. Мамочки! Реакции Дена можно позавидовать, он успел увернуться и плевок попал в дерево за нашими спинами. Ден же валялся в стороне от меня и ругался. Я же вывалилась из рюкзака, и сейчас, поняв что я без защиты, начала лихорадочно искать эту защиту. Валун! Здесь был огромный камень!
— Вася!
Меня вздернули за шкирку, как котенка, и швырнули за спину. В полёте я заметила выжженную ямку на месте где сидела я. Мамочки! Я забыла, что я кошка, и сейчас катилась кубарем по песку. Когда моё путешествие закончилось, и я распласталась меховым ковриком у воды, то смогла увидеть. Как линорм бросился на Дена, а тот спеленал его ловчей сетью. Но линорм на то и высший, что в считанные секунды распутался и вновь прыгнул на парня. Ден бросил атакующую сферу, которая взорвалась между ними. Линорм жалобно взвыл и упал на не успевшего отскочить парня, раскатав того по песку всей основательной тяжестью своего немаленького тела. Черт! Этот кабан его раздавит!
— Де-ен! — проскулила я, чувствуя, как от страха немеют лапы, и я не могу на них подняться.
Парень лежал под огромной тушей и не шевелился, а песок под ними медленно пропитывался густой, темной кровью. И чья она, непонятно. Чёрт! Чёрт! И где этого чёрта носит?
— Де-ен?!
Почему я не человек?! Ему помощь нужна! Нервы сдали окончательно, когда по позвоночнику прошлась горячая волна, кости заломило, и я почти не удивилась новому превращению. Лишь бы не потерять сознание… На этот раз оборот прошёл легче, я просто потеряла связь с реальностью на несколько минут. Мне нужно помочь Дену. И уже сквозь гул в ушах различила придушенное кряхтение.
  
Глава 18
 
Первое, что я услышала, когда пришла в себя окончательно, было полное укора и негодования:
— За что мне всё это? — Ден успел наполовину выползти из-под поверженного линорма и упорно продвигался в моем направлении. — Демоны адовы, нашла время.
— Боже, ты жив… — мои конечности ещё тряслись после оборота, и я попыталась встать на четвереньки…
— Ва-си-ли-са! — прорычал Ден, замерев и, перестав пытаться скинуть с себя тушку нечисти.
— Сейчас, сейчас… — тяжело выдохнула я. Как тяжела жизнь четвероногих. — Я помогу…
— Ты себе помоги сначала! — рявкнул парень и я, вздрогнув, села пятой точкой на пятки.
Наши взгляды встретились и меня словно волной сносит. В груди вспышка за вспышкой и жар по всему телу разливается. Дыхание с шумом срывается. Мать моя женщина! Я же голая!
 
— Вижу, дошло! — сглатывает парень, а глаза не отводит, прожигает так, что я краснею, словно маков цвет. — Одежда в рюкзаке.
— Ты ж, мой спаситель… — с «оханьем» и «аханьем», я всё же поднялась на свои две ноги, стараясь не смотреть на парня.
— О, создатель! — взвыл Ден, закатывая глаза. — Можно не издавать эти звуки?
— Вот попробуй сначала обернуться, а потом советы раздавай. — я закопошилась в рюкзаке в поисках той самой одежды, а нашла просторную, на размер больше, явно мужскую, рубашку и штаны из грубой, но теплой ткани. — А где моя одежда?
— Ва-ся. — сквозь зубы прорычал он.
— Да, иду я, иду. — натянула что есть.
Тело всё это время дрожит и, я не могу понять от чего: то ли от холода, то ли от голоса парня. Хоть бы, нижнее белье додумались бы положить.
— Ты как? — спросила я у парня, наклонившись над ним.
— Будет лучше, если ты мне чуть поможешь. — Ден продолжил путь к свободе.
— Почему не взял мои вещи? — я попыталась сдвинуть линорма.
Да, Моська ни капли не сильна в попытке сдвинуть слона. Линорм тяжело вздохнул, слабо пошевелился и снова затих.
— А как бы я объяснил, если кто увидел бы, женские вещи в рюкзаке?
— Ну-у-у… Сказал бы — подружке подарок. — предположила я.
Ден наконец-то выбрался и поднялся на ноги. Одежда на груди и животе парня вся пропиталась буро-черной кровью. Куртка, походу, чем-то обработанная, кровь не впитала, но красные разводы на рукавах и боках ясно свидетельствовали о том, что Ден в прямом смысле слова — искупался в крови.
— Ты точно в порядке? — обеспокоенно поинтересовалась я, переступая с ноги на ногу, и тут же призналась: — Видок у тебя, как из фильмов ужасов.
— У меня нет подружки. — проговорил он, окидывая меня взглядом. Тяжело вздохнул и добавил: — Вот, беда-то, на мою голову. Стой здесь.
Парень развернулся и направился в сторону брошенного рюкзака. Порывшись, как я пять минут назад, он вытащил оттуда плоский стальной футляр, железную миску и… Вот, я болда! Он извлёк ботинки, пусть большие, пусть мужские, но какая никакая обувь.
— Держи, не мёрзни. — бросив ботинки около меня, пошёл в сторону реки.
Что он там делал, видеть я не могла, мне весь обзор закрывала туша линорма, так как обувалась я, сидя на песке. Ноги подкашивались и болели ещё после оборота. А ещё, видимо адреналин улёгся и на смену ему пришли вялость и апатия. Даже густой запах крови, исходящий от ещё дышащего линорма, не вызывал во мне отторжения.
— Вот, — рядом со мной опустили наполненную водой миску, а на плечи набросили отмытую от крови куртку, — ты как себя чувствуешь?
— Нормально. Жить буду. А что?
— Поможешь мне его перевернуть?
— Чего ж не помочь, доброму человеку? — с трудом, но я приняла вертикальное положение. — Конечно, помогу.
С протяжным стоном со стороны нечисти, с задушенным кряхтением с моей стороны, и совершенно спокойным сопением со стороны Дена, мы всё же перевернули этого буйвола на спину. Ох! Лучше бы, мы этого не делали… Длинный, глубокий и неровный разрыв проходил от правой подмышки до левого бедра. Рана широко разошлась, позволяя нам увидеть внутренности линорма. Слава Богу, что они ещё не вывалились нам под ноги.
— Думаешь, мы сможем ему помочь? — севшим голосом спросила я, глядя на влажно поблескивающие ребра и, кажись, кишки. — Может, гуманнее его добить, чтоб не мучился?
— Какая ты жестокая девушка, Василиса.
— С кем поведешься.
Собранный и сосредоточенный парень совершенно спокойно высыпал в миску серый порошок из одного кулька и пару белых кристаллов из мешочка, которые быстро растворились в воде. Смешал всё это и со знанием дела, прямо рукой, размазал по одному краю раны.
— Вася, помоги мне…
— Чем?
— Соедини края и держи, — не отрываясь от дела, велел Ден.