Эволюционер из трущоб. Том 3 (СИ)

— Почти, — хмыкнул капитан Гаврилов. — Идём, расскажешь, как у вас тут обстановка. А потом и решим, смогу я помочь чем или нет.
По пути к дому, в котором расположился майор, он коротко обрисовал обстановку:
— От села Пристань, которое на реке Уфа стоит, вплоть до деревни Пантелейково нас поставили, как щит. Нет, ну ты представляешь размер трагедии? Я должен перекрыть участок в десять километров двумя сотнями бойцов.
— Один гвардеец на пятьдесят метров границы? — усмехнулся Гаврилов. — Сильно. Но ты и не из таких передряг выбирался.
— Выбирался. Но в тех передрягах я не встречался с шепчущими, — парировал майор, вырвал из руки капитана сигарету и закурил.
— Всё так серьёзно? — насторожился капитан.
— Более чем. — Неподалёку послышался залп гаубиц. Первые антимагические снаряды улетели ввысь. — Только что группа разведчиков полегла. Отдал приказ антимагическими работать по старым координатам, так как обычные снаряды не сработали.
— А чего сразу антимагическими не ударили? — удивился Гаврилов.
— Ты меня вообще слушаешь? — нервно огрызнулся майор и выпустил в воздух облако дыма. — Я впервые имею дело с этими тварями. Раньше о них только слышал.
— Отдай приказ прекратить огонь. Лупите в молоко. Там его может уже и не быть, — посоветовал Гаврилов и вырвал дымящуюся сигарету из рук майора, после чего затянулся. — Дашь мне пару бойцов, я найду его и передам точные координаты.
— Умереть не терпится? — спросил Крынов, хотя от помощи даже не думал отказываться.
— Нет, Валентин Сергеевич, умирать я не хочу. А вот обезопасить свою семью очень хочется. — Гав сжал в кулаке сигарету и выбросил на землю горсть табака и пепла.
Майор остановился у дома, в котором разместился, и открыл дверь перед незваным гостем.
— Ну, заходи. Расскажешь про семью, а я тебе поведаю всё, что успели передать разведчики перед своей смертью.
* * *
— Миша, да ё-моё! Ты нас четверых в спаррингах урабатываешь, а на велике кататься не умеешь? — воскликнул Гарик, видя, что я постоянно теряю равновесие и заваливаюсь на бок.
— Да погоди пару минут. Сейчас привыкну, и поедем.
— Ага. Поедем, блин. Леший. Подь сюды, — вздохнул Гарик и махнул Лешему. — Подстраховывай с одной стороны, а я с другой.
— Ну, давай попробуем, — усмехнулся Леший.
Я оттолкнулся от земли, запрыгнул на седло и стал крутить педали, стремясь поймать равновесие. Меня то и дело шатало вправо или влево, но на этот раз ребята не давали мне упасть, поддерживая за руль.
Они промучались со мной минут пятнадцать, после чего тело привыкло, и я смог ехать самостоятельно. Да, меня до сих пор покачивало, как пьяную псину, но пока доедем до Арти, я научусь пользоваться этой рухлядью. Навалившись на педали, я рванул вдаль по дороге, выкрикнув:
— Догоняйте!
Педали скрипели, велосипедная цепь дребезжала, а асфальт под колёсами шелестел, как осенняя листва. В груди разгорался азартный огонёк. Настал момент испытать себя в реальном бою.
  
Глава 8
 
Опять скрипит потёртое седло
Стучат педали — легче им бывало
Скажи-ка Гарик, нахрена сюда нас занесло?
Всё потому, что властелину каши домина-а-ат ма-а-ало!
Эту песню я придумал, пока мы выезжали из города. Настроение было боевое. А вот ребята немного нервничали. Причём боялись они не разломных чудовищ, а людей. Опасались, что нас могут заметить патрули, надавать по шее и развернуть в обратную сторону. Меня же это не особенно смущало. Ведь у меня есть Мимо! А что может быть лучше мимика? Правильно! Два мимика или самому стать мимиком.
Выехав из города, мы двинули по обочине асфальтированной дороги. Дорога была пустынна, ни единой машины. И у меня сразу же возник вопрос, на кой-чёрт мы едем по обочине, если можно по асфальту? Вопрос я сразу же озвучил ребятам.
— Эммм… Не знаю. Наверное, потому, что так к кювету ближе. Если услышим, что едут машины, мы мигом съедем с дороги и укроемся в лесополосе, — неуверенно предположил Леший.
  
— Мишка прав. Ерундой маемся. Тут всего секунда с асфальта съехать, — продолжая крутить педали, сказал Гарик и первым выехал на дорогу.
Макушку припекало тёплое сентябрьское солнышко, по обе стороны дороги — лесополосы, украшенные желтыми, зелёными и красными листьями, а слева за перелеском шелестит река Бегельдяш.
— Беляш, в честь тебя реку назвали? — спросил я.
— Чего? — нахмурился поджарый Беляш, который давно уже совсем не походил на того пузана, с которым я познакомился три года назад.
— Ну Бегельдяш — Беляш, понял шутку? — улыбаясь, попытался я объяснить, в чём юмор. Гарик и Леший хихикнули, а вот Заводчанин и Беляш — нет. — Да ну вас, — хмыкнул я и покатил дальше.
Впереди показался мост через реку, как только мы его переехали, Леший вдруг выдал.
— Знаете, пацаны, а я бы с радостью вот так куда-нибудь уехал. Вот просто в один конец. Сел на велик или поезд — и ехал, ехал, ехал. Подальше от этой нищеты, разрухи.
— В тебе путешественник проснулся, что ли? — спросил Гарик.
— Типа того. Нет, ну сам подумай. Каждый день новые места, приключения. Может, девчонок каких закадрил бы. — Леший мечтательно улыбнулся.
— О-о-о! Да ты тот ещё кадрист, — хихикнул Заводчанин. — Правда, тебя отшивают раз за разом. Вон, даже за Беляшом девки бегают, а тебе всё не везёт. Думаешь, в другом месте красавицы перед тобой штабелями будут падать?
— Думаю, что я хочу тебе в морду дать, — обиженно заявил Леший и поднажал на педали, вырвавшись немного вперёд.
— А я согласен с Лешим. В Михайловске, конечно, хорошо, но это не предел мечтаний, — поддержал я кадриста.
— Ну и куда бы ты поехал? — спросил Беляш.
— Не знаю. Наверное, в Хабаровск. Хочется побывать в академии магии.
— Ха-ха! Не, ну вы слышали? В академии магии, блин, — засмеялся Гарик. — Мих, ты, конечно, для своего возраста чертовски талантливый, но чтобы туда попасть, нужен не только талант, а ещё и связи. Ну, или деньги. Очень много денег. А что у тебя есть? Ты ж сын таксиста, — скептически подметил Крест и добавил. — Без обид. Просто не хочу, чтобы ты питал лишних надежд.
— Да я понимаю. Но это не повод опускать руки. Вон Беляш не сдался, и глянь, каким красавцем стал, — искренне сказал я.
— Спасибо, — отозвался Беляш и даже покраснел от похвалы. Он явно гордился своими результатами, но излишняя скромность не давала ему полностью расправить плечи.
— Хабаровск, да? — послышался голос Лешего спереди. — Туда бы я тоже с радостью съездил. Говорят, там такая архитектура, закачаешься!
— Архи чего? — усмехнулся Заводчанин.
— Архитектура! Баран неотёсанный, — огрызнулся Леший. — В Москве и Питере раньше тоже было красиво, я в книжке фотографии видел, а теперь всё. Нет ни Москвы, ни Питера. Только бескрайняя аномалия и куча разломов. Вот и хочется в Хабаровске побывать, пока аномалия и нас не сожрала.
— Ну, понятно. Ты просто боишься и хочешь уехать подальше от аномалии, — сделал вывод Заводчанин.
— Дурак ты, — выдохнул Леший и снова налёг на педали.
— Не, пацаны, а чё я неправду сказал, что ли? — попытался найти у нас поддержку Заводчанин, но мы лишь покачали головами.
Дурак — он и есть дурак. Топтать, обесценивать, смешивать с грязью чужие мечты может лишь тот, кто не имеет своих собственных. А тот, у кого есть мечта, понимает, насколько это хрупкая субстанция. Её надо холить и лелеять. заботиться о ней и каждый день трудиться для её достижения. Вот тогда появится шанс, что мечта расцветёт и подарит тебе новую жизнь.
Внезапно со всех сторон до нас стали доноситься довольно неожиданные звуки. Казалось, что навстречу несётся бурный водный поток. Гарик заметил, что я зыркаю по сторонам, и пояснил.
— Михан, да тут речек целый вагон. Вот вода так и шумит. К примеру, справа Бурдунка, Костылевка, Карагуз, Уфа. А слева Куелга, Бузюрла, Сухояж, правый и левый Индостак, Нагальба и Тарта.