Эволюционер из трущоб. Том 3 (СИ)

Явно происходило что-то недоброе, и я даже догадывался, что именно, но требовалось подтверждение. Гав достал смартфон из кармана, вернулся во двор, запер калитку и коротко бросил:
— Иди в дом.
Даже по его лицу было ясно, что от толпы военных едущих в сторону трассы не стоит ждать ничего хорошего. В том направлении только село Пантелейково и ПГТ Арти. Неужели пограничники не сумели сдержать тварей, и они уже так близко? Мою догадку подтвердили раздавшиеся вдалеке взрывы. Гулкое эхо разнеслось по округе и затихло.
Когда я опомнился, Гав уже приближался к бане. Я тут же призвал Мимо и направился в дом, переключившись на органы чувств мимика. Комарик, жужжа, ворвался в проём закрывающейся двери на последней секунде. Гаврилов вошел в парилку, Мимо последовал за ним.
Капитан сел на полку, уставился в экран и чётко произнёс «Арх сто двадцать пять». Из ладони Гава потекла тоненькая струйка маны, заставив смартфон ожить. Мимо сел на потолок и транслировал мне всё, что было видно на экране, а с виду этот телефон ничем не отличался от того, что был у меня. Карлович открыл телефонную книгу и набрал контакт под именем «Барс». Через секунду трубку подняли, и на экране побежали секунды, отсчитывая длительности диалога.
— Ситуация на западной границе. — Тихий голос что-то ответил в трубке, но я не разобрал. — Глубина продвижения? — И снова я ничего не услышал. — Потери? — После недолгой паузы Гавр тяжело вздохнул. — Ясно…. Что с Уфимском? Потерян? Принял. До связи. — Он сбросил вызов и постучал смартфоном по ладони. — Тридцать километров это с слишком близко. Чёртова аномалия. — Подумав пару минут, он снова разблокировал телефон и попробовал дозвониться моему папаше, но тот не взял трубку. — Шик. Значит принимать решение должен я сам?
Он резко поднялся и двинул на выход из бани. Отозвав Мимо, я вышел из дома и застал капитана на полпути к калитке.
— Что-то случилось? — спросил я.
— Ты за старшего. Я скоро вернусь, — хмуро ответил капитан и направился в машину, стоящую за забором.
Мотор заревел, и Гав умчался вслед за колонной солдат, а у меня появилось странное чувство. Чувство, что моя беззаботная жизнь заканчивается. Я вернулся в дом и наткнулся на маму. На заспанном лице её была улыбка. Зевнув, она спросила:
— А вы чего не тренируетесь? Что-то случилось?
— Не переживай, мам. Всё хорошо, — ответил я и взял её за руку. — Стас скоро вернётся. По делам уехал.
Ах да, совсем забыл рассказать, что моей главной победой за эти три года стала победа над буквой «Р». Прощай, картавость! Теперь я даже могу не коверкая назвать свою фамилию. Впрочем, сейчас это не важно.
— А что гремело? Дождь собирается? — Мама пошла следом за мной на кухню и принялась накрывать на стол.
— Похоже на то, — коротко ответил я, не желая её лишний раз тревожить.
С одной стороны, я соврал маме, а с другой стороны, ну вот узнает она о взрывах под/в Арти — и что? Будет весь день причитать, трепать себе и мне нервы. А что толку от этих волнений? Толку никакого. Вот и получается, что лучше ей не знать о том, что Уфимск поглощён аномалией, а о том, что поблизости могут рыскать разломные твари — и подавно.
— Мам, погрей, пожалуйста, поесть. Я голодный, — попросил я, чтобы переключить Елизавету Максимовну в нужное русло.
— Вчерашнюю тушеную картошку будешь? — спросила мама, и я кивнул. — Ну и славно. — Она зевнула, широко открыв рот, а потом опомнилась и прикрыла его ладонью. — Извини. Что-то я из-за сельской жизни совсем позабыла о манерах.
— Всё хорошо, — улыбнулся я и, сев на лавку, уставился на плывущие мимо облака.
Так вот, я недорассказал. За эти три года я поглотил около тысячи доминант. Почему около? Да потому, что сбился со счёту. Но добытых доминант хватило на развитие до третьего уровня следующих доминант:
Животные рефлексы
Контроль маны
Магия льда
Пищеварение
Крепкие сухожилия
Сопротивление ядам
Фехтование
Мезоморф
Танцор
Повышенный болевой порог
Ещё две доминанты повысил до второго ранга:
  
Острый слух
Гипермобильность суставов
А также развил зародыш Магии огня в полноценную доминанту. Правда, дальше первого уровня не стал её развивать.
При бесконечном поглощении доминант заметил одну особенность. Если для улучшения доминанты использовать другие доминанты из того же ряда — к примеру физические доминанты для улучшения физических — то поглощение заполняет доминанту на пару процентов сильнее, чем обычно.
Вот только после достижения доминантой третьего ранга уже не имело значения, какие доминанты использовать. Любой геном прибавлял лишь одну десятую процента. Конечно же, кроме генома разломных тварей, он должен был давать намного большую прибавку. Впрочем, это только теория, за три года я не встретил ни одного разломного существа. И это меня печалило.
Казалось бы, чего тут печалиться? Сиди, развивай другие доминанты до третьего ранга. Но появилась новая проблема. Желтая полоса пирамиды заполнилась на девяносто девять и девять десятых процентов, а последнюю десятую процента я никак не мог заполнить, сколько бы доминант не поглощал. Причём не важно, поглощаю я доминанты растений, животных или людей. Движение прекратилось.
Согласно моей теории, доминанта более высокого уровня должна была сдвинуть меня с мёртвой точки. По крайней мере, я на это очень надеялся. И кажется, я знаю, где смогу достать эти вкусные доминанты. Правда, для этого придётся заварить новую кашу, и тогда Гав меня точно убёт.
Не понимаю, чего он переживает. За три года я сильно вырос, как физически, так и в навыках. Думаю, мы с лёгкостью смогли бы зачистить какой-нибудь разлом низкого уровня. Повысив ранг магии льда до третьего, я открыл несколько новых заклинаний. Два боевых, а третье — что-то пограничное.
На втором ранге мне стало доступно заклинание ледяных игл. Тонкие, острые, прочные, летят чертовски быстро. Такими череп врага не пробить, но, если попасть в глазницу, то мало не покажется. Самое главное достоинство этого заклинания в том, что оно тратит очень мало маны.
На третьем же ранге появились два более затратных заклинания. Ледяная стрела. Это аналог ледяной иглы, но гораздо более разрушительный. Да и маны он жрёт в пять раз больше. Тем не менее, заклинание полезное, и вот оно уже может проломить череп того же болотника. Ну, это навскидку. Ведь я использовал его лишь один раз на пеньке, когда Гав отвернулся. Пенёк разлетелся пополам.
И последнее заклинание — это ледяная копия. Требовало просто прорву маны, если создавать крупный объект, например, копию себя-любимого. Но если создать ледяной меч или же монетку, то поддерживать такое заклинание можно минут двадцать, а после мана закончится.
С учётом морозного покрова, которым я владел всё это время, теперь у меня имелся серьёзный арсенал. Да с такими силами против крупных монстров не сразишься, но вот всякую мелочёвку пошпынять можно попробовать. Особенно, если существ не много. От мыслей снова отвлекли. Послышался стук в дверь, а после и приглушенные голоса.
— Миха! А чего, тренировки не будет, что ли? — орал Гарик.
Мама посмотрела на меня и поняла, что завтракать я уже не буду.
— Беги, не заставляй ребят ждать, — вытирая руки о полотенце, сказала она.
— Пару минут, и я вернусь! — сказал я, вскакивая со скамейки, но у самой двери остановился и добавил. — Наверное, вернусь.
— Иди уже, — улыбнулась мама и махнула рукой.
Открыв дверь, я увидел великолепную пятёрку. Гарик, Леший, Рыбак, Заводчанин и Беляш, не желая тратить время впустую, приседали. Занимались они этим потому, что Гав любил повторять «Солдат умирает, когда перестаёт двигаться. Поэтому важно иметь сильные ноги». Вот они их и качали целыми днями напролёт. Выйдя на улицу, я пожал руки ребятам и спросил:
— Слышали, громыхало утром?
— Ясен пень! Так бахнуло знатно, что я с кровати свалился. Лучше любого будильника, — улыбнулся Леший.