Эволюционер из трущоб. Том 3 (СИ)

— Плохо лаботаешь, лодыль.
Гав лишь улыбнулся и ничего не ответил. На него напала какая-то задумчивость, явно связанная со смартфоном, который он держал в руке. Даже интересно, что он там вычитал?
Через час банька разогрелась и первым париться отправили меня. Что и говорить. Моё замечание Гаврилов принял слишком близко к сердцу и натопил баню так, что там было невозможно дышать. Каждый вдох обжигал лёгкие, да что уж там! Даже глаза держать открытыми было неприятно.
А ещё этот гад сел под дверью в надежде, что я пулей выскочу из парилки и он сможет отпустить язвительный комментарий. Наивный. У меня осталось ещё немного маны, поэтому я запросто подкорректирую температуру. Подойдя ближе к печке, я протянул руку к её стене и по ней поползла тоненькая полоска инея, которая практически сразу растаяла, обратившись в пар.
Стало намного легче дышать, а воздух превратился в молочно-белую пелену. Он уже не обжигал, а скорее стал влажным и согревающим. Я лёг на верхнюю полку и начал лениво похлопывать себя веником.
— Холошо! Надо ещё палку поддать! — выкрикнул я, стараясь, чтобы Гав услышал.
Парился я минут двадцать, после дверь парилки распахнулась, и в неё вошел Гаврилов в одних трусах.
— Ныряй в бочку и живо на выход. Нам с Лизой тоже нужно попариться.
На языке вертелся похабный вопрос, но я не стал его задавать. Ясное дело, они тут будут не только париться.
— Да, товалищь капитан! — выпалил я и козырнул, слезая с полки.
— К пустой голове руку не прикладывают, — усмехнулся Гаврилов.
— Как холошо, что в моей есть мозги, плавда?
— Правда, — ответил Гаврилов, и его взгляд мне не понравился.
Две массивные ручищи схватили меня подмышки и окунули с головой в бочку с ледяной водой. Зараза! Я же сам себе подлянку устроил! Пока вёдра катились по льду, вода в них остывала ещё сильнее! Кожу обжег сильный холод, сбив дыхание. Сердцебиение участилось, я вынырнул и вдохнул полной грудью.
— Куда собрался? — спросил Гаврилов и надавил мне на макушку, заставив снова скрыться под водой.
Следующие тридцать секунд я пытался вырваться, но сделать этого не удалось. Слишком сильный этот бугай. Воздуха в лёгких практически не осталось. Ещё пара секунд и я… Давление прекратилось, я вынырнул и втянул в себя горячий воздух. Оказалось, что капитан успел поддать парку, пока топил меня.
— И ещё разок! — весёлым тоном сказал Гаврилов и снова меня притопил.
На этот раз я не пытался вырваться, ведь это бесполезно. Вместо этого сосредоточился на дыхании и без труда просидел под водой шестьдесят ударов сердца. Гав даже испугался и сам вытащил меня из бочки.
— Ну всё. Хватит водных процедур. Теперь прогрею тебя хорошенько. — В руке капитана оказался веник, которым он стал меня безжалостно хлестать!
Было ощущение, что меня обдали кипятком. Чёртов веник нагонял такую концентрацию пара, что казалось, кожа вот-вот покроется волдырями, но этого не происходило. А Гаврилов лупил и лупил, приговаривая:
— С гуся вода, с Мишеньки худоба! Пар излечит, исцелит, и Мишкин острый язык победит! Веником по жопе, не будешь ушами хлопать!
Капитан искренне веселился, а мне не было больно, просто чертовски жарко. Я выдержал пять минут веникотерапии и выскочил в предбанник, где меня уже ждала мама.
— С лёгким паром, — улыбнулась она и стала вытирать меня полотенцем. После того, как осушила меня, она указала на вешалку. — Вот зонтик, бери и беги в дом. Стол уже накрыт. Кушай и нас не жди. Мы попаримся и придём. — Последнюю фразу она сказала смущённо, увидела улыбку на моём лице и толкнула к выходу. — По хитрой морде вижу, что ты всё понял. Беги уже.
— Всё, всё. Ухожу, не мешаю. Но не надейтесь, что я вам хоть что-то оставлю. Я голодный, съем всё без остатка. — Предупредил я, схватил зонт и выбежал под дождь.
На кухне и правда был накрыт настоящий пир. Видимо, закуска из блинчиков и пирожков это была именно закуска. А сейчас настала пора настоящей трапезы! Жареное мясо, тушеное рагу, уха, булочка с маком, яблочный пирог, морс и чай. Не смотря на то, что я грозился съесть всё, я даже не смог съесть и десятой части. Объевшись, я пошел спать. Ну а чем ещё заняться в такую погоду?
  
Проснулся я от того, что мне зажали рот. Гав вытащил меня из кровати, дал новенький спортивный костюм и поволок во двор тренироваться. На небе ещё было темно, повсюду лужи, а мы бежим в сторону реки и дышим туманным воздухом.
— Ну что, Мишка? Смогу я из тебя сделать спецназовца? — спросил Гаврилов.
— А ты сомневаешься? — шмыгнул я носом и улыбнулся.
  
Глава 6
 
Знаете, порой бывает так, что угрозы — это не пустая болтовня, а нечто большее. К примеру, Гаврилов говорил, что всюду будет следовать за мной весь день, и только ночью я смогу обретать покой. Он не врал. Утро начиналось с пробежки, заплыва против течения реки, подтягиваний, отжиманий, прыжков, после чего мы шли завтракать, а потом снова тренироваться.
Рукопашный бой, стрельба, медитация. Кстати, медитация была самой приятной частью дня, так как я мог тихонько ускользнуть в чертоги разума и насладиться обществом Галины и Мимо. Правда через час меня выдёргивали в реальность, и мы шли обедать.
Вечерняя тренировка повторяла утреннюю, только к ней добавлялись ещё и купания в бочке с ледяной водой. Причём это было не столько купание, сколько выживание. Гав запихивал меня с головой под воду и держал там шестьдесят секунд, давал сделать один-единственный вдох — и снова погружал под воду. На следующий день он прибавлял одну секунду к времени погружения. Потом банька — и на боковую.
Как видите, места для друзей в таком графике совсем не было. Хотя, вру. Один раз в неделю капитан отводил меня поиграть в футбол с ребятами. Но это было совсем не то. Гарик, Рыбак, Леший, Заводчанин и Беляш вели себя сдержанно, как будто это не они недавно украли кур и принесли их моей маме. И на приключения их в присутствии капитана не тянуло.
— Боксёр, а твой батя за нами весь день будет ходить? — спросил Гарик.
— Боится, что я снова попытаюсь спасти Беляша и на этот лаз погибну, — натянуто улыбнувшись, ответил я.
— Отстой. Мы с пацанами нашли лаз на территорию завода. Там лестница есть на крышу, оттуда весь город — как на ладони. Думали тебе показать, — вздохнул Леший.
Эх, они были правы. Это и правда отстой. Я-то тоже не в восторге от того, что приходится жить под присмотром. Сначала в пансионате, а теперь тут.
— Лебят, а вы где кул достали? — спросил я, так как немного опасался, не заявится ли хозяин к нам домой, требуя возврата похищенной птицы? Да, это маловероятное событие. Но так же маловероятно было то, что на нас нападёт разломная тварь. Однако, она напала.
— А ты чё? ничего не знаешь? — удивился Рыбак.
— Да откуда ему знать? Он в больничке коматозил, — сказал Гарик. — Пока ты лечился, многое в округе переменилось. — Заговорщически шепнул Крест и подошел ближе, как будто боялся, что Гав услышит. А капитан сидел на траве, смотрел на небо и делал вид, что не обращает на нас никакого внимания, но я-то понимал, что боковым зрением он отслеживает каждое моё движение. — Короче, Черчесов войска свои отвёл назад. Говорят, твари зашли с запада на его земли и устроили резню.
— Выходит, война сколо закончится? — с грустью спросил я. И нет, не потому что желал, чтобы война продолжалась, просто я не хотел отправляться снова в пансионат.
— Сомневаюсь. Малышев всё ещё наступает. Правда, без особого успеха, если верить моему дядьке. Он водилой работает, гуманитарку возит, — пояснил Гарик.
— Так, а что с кулами-то? — вернул я его к сути вопроса.
— Так я и рассказываю. Не торопи, — фыркнул Крест. — В ПГТ Арти тоже твари залезли. Объявили эвакуацию, солдат пригнали. Ну и народ побежал, куда глаза глядят. А мы ж не дураки. Понимаем, что скотину с собой не все станут брать. Вот и наведались ночью.
— Ага, наведались, блин, — с болью в голосе буркнул Беляш и потёр бок.