Нарисованные воспоминания (ЛП)

— Что, черт возьми, ты делаешь? Никогда больше не смей бить нашу дочь, или я обещаю тебе, что ты сам себе выроешь могилу! — кричит мама.
Я закатываю глаза. Поскольку не в том настроении, чтобы сейчас разбираться со всем этим. Последнее, что нужно выяснять — споры между папой, мамой и ее новым парнем.
— Мама! Я могу сама за себя постоять. Нам с отцом нужно о многом поговорить. Мне нужно кое-что ему сказать, я и так слишком долго сдерживалась. Идите со своим парнем туда, куда вы обычно ходите, и оставьте нас в покое.
— Разумеется, я никуда не уйду, — возражает она. — Особенно, когда отец в таком состоянии. Я справлялась с ним в таком состоянии и раньше, это непросто, но я самостоятельно научилась успокаивать его. — Мама подходит ближе и большим и указательным пальцами берет меня за подбородок. Она поворачивает мое лицо к свету, чтобы осмотреть его. Ее глаза прищурены от злости, а затем она вздыхает.
— Щека сильно покраснела, но он хотя бы не разбил тебе губу и не поцарапал кожу. Такие раны долго заживают.
Что? Я шокирована ее откровенностью. Никогда не видела, чтобы отец противостоял ей, но с тех пор, как Джесс умер, его отношение, вызванное ненавистью в мою сторону, только ухудшалось с годами. Мысль о том, что он так относится не только ко мне, но и к маме, заставляет еще больше возненавидеть его, чем сейчас.
— Сколько это уже продолжается, мам? Почему ты не говорила мне? И какого черта ты привела сюда своего парня? Как ты могла? — требую я, оборачиваясь на машину.
— К твоему сведению, Лили, я никогда не приводила Эрла сюда, особенно в такой день. И проблемы между твоим отцом и мной начались задолго до смерти Джесса. Все было не так плохо до недавнего времени, но, поверь мне, когда я говорю тебе, что это никак не связано с тобой, — настаивает она.
— Конечно же, это касается меня! — возражаю я в ответ. — После того, что случилось сегодня, даже прежде, чем я пришла сюда… И теперь я узнаю, что вы с отцом… Что? Развелись? Разошлись? Что? Похоже, что все это была одна сплошная ложь. Ты никогда ничего мне не говорила.
— Мы можем поговорить об этом позже, Лили. Я пришла сюда не для того, не чтобы спорить с тоб…
— Тогда зачем ты пришла сюда, мама? Какова твоя цель? Пожалуйста… Просто возвращайся к своему парню и оставь меня в покое, — прошу я.
Я слышу звук гравия под ногами мужчины, когда он подходит ближе.
— Это я попросил твою маму приехать сюда… чтобы найти тебя. — Его голос звенит в моих ушах, и я перестаю дышать. Мне не надо смотреть на него, чтобы понять, что это Дрю.
Хоть я и узнаю его голос повсюду, но верю в это только тогда, когда он подходит ко мне на расстояние вытянутой руки, и я вижу его лицо.
— Дрю? — спрашиваю я, мой голос дрожит.
— Лили, прости меня. Я должен был найти…
— Не надо, — говорю я, отворачиваясь от него. Я прикрываю рот рукой, чтобы сдержать рыдания, но мое тело трясется от неожиданной встречи с ним. Я не могу поверить, что Дрю выследил меня. Как? Как он узнал, где меня найти, когда все, что ему известно — это город, в котором я жила, и имена моих родителей? Я поражена. Дрю обхватывает пальцами мою руку, но я быстро высвобождаю ее и смотрю на него. — Думаю, тебе не нужно…
— Так, так, так. Посмотрите на это. Сучка все же привела своего парня домой. Смотри, Джесс, она уже продолжает жить дальше… без извинений и сожалений, когда загнала тебя в эту могилу. Скажи мне, мальчик, — обращается мой отец, уставившись на Дрю. — Тебе нравится встречаться с убийцей?
Вопрос только вылетает из его рта, как ему прилетает пощечина от мамы.
— Никогда не смей так разговаривать со своей дочерью! — кричит она.
Глаза отца расширяются от шока, а я смотрю на Дрю. Он встречает мой взгляд, его руки сжимаются в кулаки по бокам. Я так устала плакать. Глаза влажные, на губах ощущается соль, а слезы продолжают капать. Словно дырявый смеситель, не видно ни конца ни края непрерывному потоку, когда они бегут по моим холодным щекам. Я чувствую себя виноватой и испуганной одновременно, поэтому отворачиваюсь от него. Мне стыдно, что Дрю наконец-то знает правду, и я боюсь, что он возненавидит меня за это. Я так сильно его любила, и после всего того, через что прошла, я наконец начинаю чувствовать, что заслуживаю этого… Заслуживаю его. Но сейчас… меня пугает, что я могу все разом потерять.
 
Карма находит способ подкрасться незаметно и укусить меня за зад. Может, это конец, и теперь приходит моя очередь. Все, что я могу сделать, это подготовиться к худшему и отпустить его. Скоро он скажет, что между нами ничего не получится, и, если я подготовлюсь к этому сейчас, то мне будет не так больно, когда это случится на самом деле.
— Тащи свою пьяную задницу в машину. Я не позволю тебе сесть за руль в таком состоянии.
— Я пройдусь, — возражает он.
— Это мне необходимо отправить тебя пройтись, но я далека от монстра, которым ты стал, поэтому тащи зад в машину, — требует она.
Он уступает, и она захлопывает за ним дверь. Затем подходит ко мне и спрашивает:
— Лили, ты знаешь этого парня?
— Да, — отвечаю я.
— Ты чувствуешь себя спокойно… я имею в виду, тебе безопасно с ним?
— Да, конечно.
— Тогда хорошо. Я оставлю его здесь с тобой и отвезу твоего отца домой.
— Но…
— Все вопросы, которые у тебя есть ко мне или отцу, могут подождать. Судя по тому, что я слышала, — она переводит взгляд на Дрю, — тебе нужно разобраться со своей собственной жизнью. — Прежде, чем направиться к машине, она останавливается рядом с Дрю и хлопает его по плечу. — Удачи, дорогой, у тебя же есть мой номер, если я тебе понадоблюсь?
— Да, мэм. Еще раз спасибо, миссис Морган. Я очень ценю вашу помочь сегодня, — произносит Дрю.
— Я более, чем счастлива помочь. Лили, я оставлю гостевой домик открытым. Нет смысла уезжать сегодня домой или тратить деньги на отель. Тебя это тоже касается, Дрю. Надеюсь увидеть вас двоих завтра.
Мама запрыгивает в машину и уезжает. Мягкий, теплый свет от лампы проходится по лицу и телу Дрю, пока он молча наблюдает за мной.
— Давай, говори же. Я знаю, чего ты хочешь. Я сумасшедшая. У меня долбанутая семья. Мама, очевидно, с кем-то встречается. Отец ненавидит, что я до сих пор дышу воздухом, и это моя вина, что Джесс лежит в этой могиле. Я была за рулем в тот день. Это я убила своего брата. — Я вскидываю руки и указываю на вход в кладбище. — Беги, Дрю. Беги как можно быстрее от меня и никогда не оборачивайся.
Он молчит, но продолжает смотреть. Когда Дрю опускает взгляд, а затем быстро поднимает глаза, я замечаю в них блеск. Они кажутся стеклянными, но, когда он моргает, они снова становятся нормальными.
— Ну, чего же ты ждешь? — спрашиваю я. — Просто иди. Не надо жалеть мои чувства. Лучше, чтобы так вс…
— Если это то, чего ты хочешь, я уйду, но ты не дала мне ни единого повода, чтобы уйти.
Глава 24
Я смотрю на него, слишком потрясенная, чтобы сформулировать предложение. Это не тот ответ, которого я жду, и его мягкий голос и грустные глаза говорят мне, что он собирается присоединиться к моему празднику жалости. Но я не хочу этого праздника, он мне не нужен, или, по крайней мере, я не заслуживаю его. Несмотря на то, насколько сильно у меня разрывается сердце при звуке этих слов, я не хочу, чтобы он чувствовал, будто именно их я хочу услышать.
— Дрю, ты слышал, что я тебе сказала?
— Да. Каждое слово.
— Ты уверен, потому что я только что сказала, что Я УБИЛА СВОЕГО БРАТА! — кричу я. — Мой отец хочет, чтобы я умерла. Все мои друзья перестали общаться со мной после аварии. Мама жалеет меня, поэтому не нужно, чтобы и ты это делал.
Сильный порыв ветра вызывает холод по телу. Я смотрю на Дрю и замечаю, как его волосы раздувает ветерок, и думаю о том, как же сексуально он выглядит в костюме. Галстука и след простыл, три верхние пуговицы расстегнуты, а футболка под пиджаком выглядит слегка помятой. Холодные слезы скатываются по щекам, когда я понимаю, что он пропускает свою вечеринку дома. Вместо этого он стоит рядом со мной на кладбище. Я отхожу, поворачиваюсь к нему спиной и крепко обхватываю себя руками, замерзая на морозном воздухе.