Нарисованные воспоминания (ЛП)

— О, вау, вы с отцом смотрите фильм? Я в шоке. — удивляюсь я.
— Что? Твой отец? Боже мой, нет! — она чуть ли не смеется.
— Тогда, где он?
— Лили, я перестала уже давным-давно следить за твоим отцом.
— Что это значит? Мама? Ты с кем?
— Мне нужно бежать, дорогая. Мы поговорим позже, хорошо?
— Но, мама… мама?
Слишком поздно, она уже бросает трубку. Я понятия не имею, с кем она, но это точно не отец, поэтому даже не знаю, как к этому относиться. Раздается стук в дверь, и она открывается, отвлекая меня от этих мыслей.
— Все хорошо? — спрашивает Дрю, заходя внутрь.
Я улыбаюсь и киваю.
— Да, все в порядке. Я, наконец, дозвонилась до мамы, и она показалась мне странной.
— О, правда, почему? — спрашивает Дрю, подходя ко мне.
— Ну, для начала, она в кино. Она никогда не ходила в кино. — Многозначительно подчеркиваю я.
— Хотя это может быть и хорошо, правда? Она выходит из дома. Может, это пойдет на пользу и твоему отцу?
— Нет, я так не думаю. Она сказала, что перестала уже давным-давно следить за отцом, так что он определенно не с ней. — Я смотрю на Дрю, будто он может ответить на мои вопросы, что абсурдно. — Я не знаю, что происходит, но с ней что-то не так. Мама была слишком веселой, а она не пребывала в таком настроении уже долгое время.
— Ну, не стоит делать поспешных выводов, пока не узнаешь наверняка.
Я машу рукой в воздухе, чтобы развеять мысли о том, что именно делает мама.
— Да, я знаю. — Я кидаю взгляд на его пустые руки. — А где мороженое?
— О, черт, я забыл его наверху. Давай поднимемся, если только ты не настаиваешь, чтобы мы поели здесь?
— Нет, все в порядке. Я пойду куда угодно за мороженым… я имею в виду… куда угодно за тобой. — Я смеюсь.
Посмеиваясь, Дрю берет меня за руку.
— Ты готова тогда подняться? Тебе нужно переодеться или взять что-нибудь?
— Нет, мне сейчас очень удобно. — На мне пара серых, хлопковых брюк и белая футболка. С меня хватит на сегодня. Хватит впечатлять людей. Одно из качеств, которое я люблю в Дрю — он заставляет чувствовать меня уютно в его присутствии, вне зависимости от того, что на мне надето.
Я иду позади него, Дрю снова смеется, когда я прыгаю ему на спину и оборачиваю ноги вокруг его бедер.
— Вперед. Мне нужно накормить сладкоежку.
— Тогда мне лучше поторопиться! — он придерживает меня за ноги, когда мы выходим через дверь.
Дрю опускает меня перед дверью своей квартиры. Он пробегает весь нижний этаж здания, прежде чем подняться на второй этаж со мной, подпрыгивающей на его спине. Если он пытается рассмешить меня, то его цель достигнута; я едва могу перевести дыхание от всех этих хихиканий.
Перед тем, как открыть дверь, он смотрит на меня и убирает прядь волос с глаз.
— Надеюсь, ты не возражаешь, у меня есть еще кое-что, помимо мороженого.
Когда я вхожу в его квартиру, то замечаю, что освещение в комнате приглушено, а сверкающие тени танцуют на стенах. В центре стола стоит широкая, зажженная свеча, и еще больше более маленьких на столиках в гостиной.
— Дрю, ты разве не знаешь, что тебе не следует оставлять свечи в квартире. — Кексы и диск с фильмом на журнальном столике пригвождают мои ноги к полу. Он старается продолжить мою глупую, ежегодную традицию в честь брата, и у меня просто нет слов. Это была лишь моя традиция, и я готова нарушить ее в этот раз ради него, но он не был готов позволить мне отпустить ее. Я в восхищении смотрю на Дрю.
— Знаю, они выглядят немного безумными. Я немного переборщил с посыпкой. — Он широко улыбается.
Мои глаза наполняются слезами, а когда я пытаюсь заговорить, голос дрожит.
— Ты… ты приготовил их?
— Конечно же. Ты бы видела кухню, когда я закончил.
— Когда? Ты был так занят с Филиппом. Когда ты успел?
— Я выделил время. Приготовил все днем, прежде чем зайти за тобой, чтобы позвать на ужин.
— Дрю…
— Знаю, в этом нет ничего необычного, я приготовил их в духовке, так что, надеюсь, со вкусом все хорошо. Но позволь мне предупредить тебя, я не Бетти Крокер (бренд и вымышленный персонаж, используемый в рекламных кампаниях продуктов питания и рецептов), — дразнит он меня.
 
По щекам скатываются слезы, но я начинаю смеяться. Обнимаю его лицо руками и нежно целую в губы.
— Спасибо за это; ты — удивительный.
Дрю пожимает плечами и стирает слезы с моих щек.
— Это не делает меня удивительным. Если это важно для тебя, то и для меня тоже, — просто отвечает он. — А теперь ты хочешь мороженого с этими безумными кексами?
— Даже не сомневайся, мой ответ: «да».
— Супер, давай, садись, я принесу.
Я наблюдаю, как он наливает два стакана молока, наполняет две тарелки мороженым и каким-то образом доносит все это в двух руках. Поставив все на столик, Дрю выбирает фильм.
— Ты даже не представляешь, как сложно было найти этот фильм, особенно когда у тебя нет времени заказать в интернете. Надеюсь, качество хорошее.
— Что?! — я в полном недоумении. — Ты, должно быть, шутишь? Это классика, как ты не видел великолепного Индиану Джонса?
Дрю смеется, засовывая диск в DVD проигрыватель.
— Вообще-то, я никогда не был любителем фильмов. Тебе не удается посмотреть их лишь с основными каналами на телевизоре.
— Ну, что ж, давай это исправлять, — говорю я, пока беру кекс и хлопаю по подушке рядом с собой. Дрю улыбается, берет свою тарелку мороженого, а затем устраивается на диване. Я освобождаю кекс от бумаги и в первый раз в жизни ловлю себя на мысли, что с нетерпением жду фильма.
Кажется, я переношусь в прошлое, когда смотрю фильм вместе с Дрю. Он ведет себя как Джесс, полностью сконцентрированный и взволнованный, словно находится прямо там, вместе с Индианой Джонсом и Уилли Скоттом в их путешествии в поисках мифического камня.
— Не могу поверить, что все свое детство я был так обделен. Это замечательно! — кричит Дрю, как только начинаются титры. Он целует меня в лоб, а затем отходит в другую комнату.
Я откидываюсь на спинку дивана и закрываю глаза, позволяя воспоминаниям о Джессе одолеть меня. Я наблюдала за Дрю на протяжении фильма, и это успокаивает, осознание, что, вероятно, Джесс именно так и хотел, чтобы я вспоминала его. Из моих глаз льются слезы. Пять лет. Вместо обычной жизни двадцатилетней девушки, сверкающей своей быстротой, кажется, будто кто-то нажал кнопку и замедлил мое существование. Учитывая постоянные напоминания отца о смерти Джесса, практически невозможно, чтобы эта дата подкралась ко мне незаметно, и, что еще хуже, воспоминания о каждой мельчайшей подробности того, что случилось в его последний день.
Погруженная в свои раздумья, я не слышу, как в комнату возвращается Дрю, пока рядом со мной не прогибается подушка. Я смотрю на него с печальной улыбкой, пока вытираю слезы со щек. Улыбка сползает с его губ, и в его ярких глазах отражается беспокойство, когда он мгновенно касается моей руки.
— Это была плохая идея, не так ли? Мне нужно было позволить тебе одной посмотреть его, как ты и привыкла.
Я качаю головой и крепче сжимаю его руку.
— Нет, совсем нет. Все было идеально. На самом деле, я думаю, что в этот раз больше внимания обращала на фильм, чем на мысли о Джессе. Было приятно вспомнить, почему он мне так нравится. Ты помог мне с этим. Спасибо.
— Тогда что не так, малышка? Почему ты плачешь?
Я машу рукой и пытаюсь придать голосу немного бодрости.
— Ерунда. Просто воспоминания, наверно. Здесь, рядом с тобой, мне кажется все таким, как в старые, добрые времена, когда я проводила время вместе с Джессом.
Он ухмыляется.
— О, получается, я словно твой брат, так?
— Фуу! Жесть, Дрю, — говорю я, игриво хлопая его по плечу. Картина того, как я целую своего брата — отвратительна, но Дрю просто пытается вернуть мое хорошее настроение.
— Я шучу.
— Знаю. Было приятно сидеть и хоть раз насладиться этим фильмом. До этого я смотрела только потому, что он любил его так сильно, и это заставляло меня почувствовать себя ближе к нему в самом банальном смысле. И я бы не получила такого удовольствия, если бы тебя не было рядом.