Нарисованные воспоминания (ЛП)
На мгновение я позволяю ее словам дойти до моего сознания. Она права. Все становится понятным после того, как она произносит это вслух. Я никогда не стремилась встречаться с двумя парнями одновременно, и, даже если мне не кажется это правильным, я привыкну к этому, пока не пойму, кто из них мне нравится больше. На меня накатывает облегчение, что я объяснила им двоим, на какой стадии находится вся эта ситуация со свиданиями.
— Спасибо. Я рада, что у тебя получилось расставить все точки над «и» для меня. Что бы я без тебя делала? — говорю я.
— Ты бы облажалась, выбрала не того парня и позволила правильному парню уйти из твоей жизни, — отвечает Андреа, как само собой разумеющееся.
— Вау, ты так уверена во мне, я посмотрю.
— Ха! Я только шучу. Но теперь ты знаешь, что может случиться. И должна позволить этому дойти до конца. А вдруг они оба придурки. Ты никогда не узнаешь, если выберешь одного.
— Ладно, ладно. Я согласна. Мы можем теперь поговорить о чем-нибудь другом? Как там у тебя с личной жизнью?
— О, черт… ее просто не существует. На ней возможно уже образовалась паутина, вот как долго у меня никого не было.
Я настолько сильно прыскаю от смеха, что все заведение на несколько минут притихло, чтобы посмотреть на меня.
— Все… я ищу тебе парня! По крайней мере, кто-то, наконец, вычистит эту пыль!
Андре смеется.
— Нет, что ты действительно можешь сделать — это проверить половину этих доказательств. Хорошие советы не бывают бесплатными. Вытаскивай свою красную ручку; нам надо проверить эти тетради.
И я делаю то, что она мне говорит. Она права: Андреа и правда дает хорошие советы и превращается в отличную подругу. В ту, с которой я могу поговорить и на которую могу положиться. Но пока она еще не знает, что после того, как мы закончим проверять ее тетради, она поможет мне с моими.
Когда я заезжаю на парковку этим утром, ловлю взгляд Дрю на себе, но быстро отворачиваюсь, прежде чем он может подойти ко мне. Позже, когда я иду по коридору во время перемены, то сворачиваю за угол и натыкаюсь на него… буквально. Мой каблук поскальзывается на мокрой поверхности, и Дрю машинально ловит меня за талию, чтобы я не упала.
— Извини, — бормочу я, пока стараюсь прийти в себя. Слова почти застревают у меня в горле, когда по его лицу расползается улыбка. Я не могу отвести от него глаз, вспоминая, насколько мягкими ощущались его губы. Затем я думаю о записке, которую он прикрепил к моей двери, о гигиенической помаде, и отстраняюсь от него.
Дрю убирает руки с моей талии.
— Ты в порядке?
— Все хорошо, спасибо. — Я обхожу его и ухожу не оборачиваясь. Он заставляет меня нервничать и волноваться, и поэтому я не могу с ним разговаривать прямо сейчас.
Позже я сажусь за стол со стеклянными глазами и пытаюсь проверить тетради, лежащие передо мной. Поскольку у меня есть свободное время, пока ребята пошли на урок музыки и затем на обед, я безуспешно пытаюсь, но никак не могу утихомирить свои мысли, чтобы как следует сконцентрироваться. Разговор с Андреа позавчера, встреча с Дрю ранее этим утром стоят передо мной, как будто это произошло вот только что. Каждый раз, когда я вижу его, не могу выбросить события субботы из головы, или то, как они могут повлиять на будущее, если вообще это возможно. Я рисую на листе бумаги, пока мысли блуждают где-то в другом месте. Что-то отличает его от других парней, с которыми я встречалась. То, как он разговаривает со мной, мягко и заботливо. Я рисую маленькое сердце на бумаге. Затем то, как он держит мое лицо в своих руках… сердечко… как его губы ласкают мои губы… сердечко… как он дразнит мою губу кончиком языка… сердечко. О чем, черт возьми, я думаю?
— Эй, ты что делаешь?
Я чуть не спрыгиваю со стула, когда слышу его голос. Передо мной стоит Дрю, и я быстро собираю бумаги в кучу.
— О, привет, я просто проверяю тетради.
Он смотрит вниз.
— Ха… ты рисуешь сердца на тетрадях вместо смайликов?
— Мне нравится сочетать разное. — Ложь, полная ложь. Слава Богу, я не нарисовала его имя на странице, как делала, когда училась в средней школе. — Ты что-то ищешь? — непринужденно спрашиваю я.
— Я собираюсь пообедать и решил спросить, вдруг ты захочешь составить мне компанию. Может, мы пойдем в то место, про которое ты говорила в эти выходные?
— Я не могу. Не взяла с собой сегодня гигиеническую помаду, — говорю я с сарказмом, а после встаю и подхожу к доске, чтобы протереть ее.
— О, я так понимаю, эта шутка была не такой смешной? Ты получила мою записку?
Я разворачиваюсь к нему.
— Нет, это было не смешно. Твоя шутка опозорила меня и была совсем не обязательна. И нет, я не читала твою записку. У меня не было настроения для еще одного умного комментария.
— Я не хотел, чтобы это прозвучало так, как это прозвучало. Знание, что ты идешь с ним на свидание, заставило меня немного ревновать. — На секунду он смотрит вниз, а потом снова на меня. — И это был не самый умный комплимент.
Я понижаю голос.
— Заставить тебя ревновать никогда не было моей целью. Я ведь сказала тебе, что ни с кем серьезно не встречаюсь, это касается и тебя. Как я и сказала, я не собираюсь завязывать с отношениями. Если ты не можешь справиться с этим, тогда нам лучше остаться друзьями, если ты, конечно, справишься с этим.
Дрю сокращает между нами дистанцию и встает передо мной. Его руки находятся в карманах брюк. Тельняшка в тонкую полоску обхватывает его четкие, идеально-широкие плечи. Его глаза наполнены весельем, пока он думает над тем, что я говорю.
— Да, я ясно помню наш разговор. — Он шагает вперед, пока я делаю шаг назад. — Я все равно буду ревновать. — Он делает еще один шаг вперед. — Я хочу убедиться, что ты знаешь, что можешь встречаться с кем захочешь, но я не сдамся.
Еще один шаг.
— Ты действительно мне нравишься, Лили. Но быть «просто друзьями» — это не то, чего я хочу. Поэтому, если я хоть чуть-чуть тебе нравлюсь, скажи мне это прямо сейчас.
Еще один шаг.
Моя спина касается доски, а Дрю стоит в сантиметре от меня. Я чувствую, как ускоряется мое сердце, когда он переводит взгляд на мою грудь, бегло замечая, насколько быстро она поднимается и опускается. Он не собирается сидеть сложа руки и ждать, пока я приду к нему. Я не могу отрицать, что какая-то часть меня этому рада.
Мой голос больше похож на шепот, чем на обычный мой голос:
— Я еще не знаю, чего хочу. И все еще стараюсь это понять. — Он пугает меня, заставляет думать и обезоруживает одновременно. Это чертовски возбуждает, и я изо всех сил пытаюсь это скрыть. И теперь обед с ним будет уже перебором. — Мне нужно доделать очень много работы. Наверное, я сегодня пропущу обед.
Он изучает меня несколько секунд, а потом переводит взгляд на мои губы.
— Ладно. Тогда в другой раз? — он поднимает руку и заправляет прядь волос за ухо. Его большой палец проходится по моей челюсти и останавливается на подбородке.
Я выпускаю вдох, который сдерживаю, и все, что я могу сделать, это кивнуть в знак согласия.
— Хорошо. А пока… — Дрю наклоняется, его палец касается моей нижней губы, и я хочу поцеловать его. Чтобы он прижал меня к доске своим телом, а руками сжал мою талию… Мне все равно, кто может войти и увидеть нас. Я хочу ощутить его губы на своих губах.
— Ты должна прочитать записку, — говорит Дрю. И больше не произнеся ни слова, он убирает свою руку с моего лица и выходит за дверь.
Мгновение я просто стою на месте, в шоке от того, что только что произошло, и, наконец-то, полностью могу выдохнуть. Я беру свою сумку, вытаскиваю сложенную записку и с любопытством читаю ее.
Извини меня за то, что я сказал. Я не хотел. Тебе не нужна гигиеническая помада, твои губы идеальны.
Мое лицо озаряет мгновенная улыбка, и я обратно засовываю записку в сумку, чтобы сохранить ее. Очевидно, ему понравился наш поцелуй так же, как и мне.