Развод. Адвокатская тайна (СИ)

Как оказалась в забавной ситуации, где мы с Юлей вдвоем хотели покататься, а теперь взяли себе на попечение нерадивого ученика, я и сама прошляпила. Но это нечто.
Когда в кармане вновь начинает вибрировать телефон, я уже планирую сбросить вызов. Наверняка Юра с ума сходит. Но хорошо, что телефон вытащила!
Это совсем не Юра! И я сбиваясь с ног отвечаю на вызов:
— Алло!
  
— Ольга Константиновна, добрый вечер. Это Мария Миронова. Вам удобно поговорить?
Голос звучит твердо, но слышится немного простуженным.
— Здравствуйте. Да, удобно.
Я делаю знак «своим», что на пару шагов отойду от них, и полностью погружаюсь в разговор.
Этот важный звонок я жду уже несколько дней!
— Еще раз прошу прощения за отмену встречи в конце декабря. Форс-мажор, — вежливо извиняется собеседница, и я деловито подхватываю:
— Понимаю. Всякое случается.
Обратиться к Марии мне посоветовали коллеги. Говорят, она очень подкованная в своем деле, за ее плечами множество громких бракоразводных процессов. Я проверила информацию и осталась довольна. Когда мы разговаривали с Марией изначально, она категорично сообщила, что у нее сейчас довольно плотный график, но оперативную консультацию согласилась дать, а я решила воспользоваться этой возможностью. Но не сложилось. Секретарь адвоката перезвонила мне лично, извинилась и предложила перенести встречу на начало января, если мне это будет удобно. Нужно выпытать, кого она может посоветовать!
— Мы можем встретиться завтра. Вам это будет удобно? — предлагает Миронова.
— Да. Вполне.
— Первая половина дня?
— Отлично, — соглашаюсь я, не раздумывая. — Мне чем скорее, тем лучше, учитывая, что супруг уже обзавелся защитником. И мне точно нужна мощная поддержка.
Мария обещала мне перезвонить, если бы она сегодня-завтра этого не сделала, я тактично, но решительно напомнила бы о себе.
— Да, бракоразводные процессы чаще всего очень нервные и порой отнимают много времени.
— Думаю, господин Комиссаров этот процесс сделает еще более нервным для меня.
Мария начинает что-то мне отвечать, но вдруг сбивается с мысли и останавливается.
— К-как вы сказали? Комиссаров? Собственной персоной?
Женщина даже осекается.
— Да. Он будет представлять интересы моего мужа.
— Ооо, значит, выступаем против Комиссарова… — она так вдохновенно тянет слова, будто очень обрадовалась услышанному, и задумалась. — Это будет очень интересно. Впрочем… Знаете, Ольга Константиновна. С уверенностью сообщаю вам, что совсем недавно у меня освободилось место для нового дела. Я буду сама заниматься вашим разводом, если это все еще актуально.
Мне кажется, у женщины даже глаза жизнью загорелись, жаль, не вижу. Она с такой странной интонацией произносит фамилию Комиссарова, словно смакует. Воодушевленно. В предвкушении.
— Потрясающие новости, — в ошеломлении выдыхаю я. — Тогда до встречи?
— До встречи, Ольга Константиновна.
  
Глава 16
 
— А чего это она так светится? — стоя на нетвердых ногах, с подозрением шепчет в сторонке Юльки Олег. Не сводит с меня мечтательного восхищенного взгляда.
И не скажу, что меня это оставляет равнодушной.
— Так, если вы продолжите и дальше стоять, мы рискуем вообще сегодня не покататься.
Олег как корова на льду. Я честно пыталась относиться с пониманием, но не всегда выходило скрыть улыбку. Вот же затесался под шумок. И Юлька совсем не против такого странного… «соседства»? Скорее, компании.
Мужчина периодически падает, мы все вместе безудержно смеемся, поднимая его вновь и вновь. В какой-то момент мы втроем вымотались именно от этих падений и подъемов. Я как раз полагаю, что пора уже прощаться, как Олег обезоруживает меня окончательно.
— Все. Теперь мне точно надо привалить куда-то свою многострадальную задницу. Девчонки, не знаю, как вы, а я жутко голодный! В благодарность за вашу поддержку, без которой я точно бы расшиб себе голову, зову вас в ресторан! Я угощаю! — и хитро переключается на Юльку. — Ты больше всякую ерунду типа наггетсов любишь или уже тащишься по правильному питанию?
Юлька оглядывает нового знакомого взглядом юной королевы. Снисходительно и холодно:
— Конечно пп! Салатики, зелень…
— То есть и ты в травоядные подалась?
— Кто, я?! Да я выберу самый лучший шницель! — возмущается дочь.
— Вот не надо! Самый лучший выберу я!
Хм… Как умело он повышает азарт в Юлькиной крови и толкает на дальнейшие действия. А он умелый манипулятор… Надо с ним поосторожнее.
— Спорим! — предлагает дочь, протягивая руку.
— Спорим! — принимает вызов Олег. И поворачивается ко мне. — Мадам. Отужинаем?
— Юль, ты пока помоги нашему новому знакомому в сумку коньки собрать, а то ему тяжело придется.
Пока дочь выполняет мою полупросьбу-полуприказ, я подхожу вплотную к мужчине, отваживаясь грозно схватиться за его зимнее пальто.
— Быстро рассказывай, что задумал! — шепчу сурово.
— А что, ты как-то иначе готова согласиться на встречу?
— Ты же знаешь, что не готова! — обвинение в моем голосе он воспринимает вполне адекватно.
— Вот именно. Я просто использую любую возможность. И даже реально копчик себе отбил. Но не прошу компенсацию, всего лишь ужин, да и дочь твоя проголодалась. А мне в удовольствие за вами поухаживать. Соглашайся! Повеселимся.
Я раздумываю.
— А ты привык сдирать компенсации? — саркастично-подозрительно выдыхаю я, пока Юлька не оглянулась.
— Ну… Есть немного.
От него пахнет морем. Когда хочется забыть обо всем на свете, раствориться в волнах и в солнечном сиянии, ловить безмятежность.
Да. Именно. Безмятежность… Вот оно что. Рядом с ним ничего не напрягает. Вообще. Он какой-то умеренно-брутальный, настойчивый, но не ломает, а осторожно подводит к правильному пути. Правильному с его точки зрения.
Он видит, что я колеблюсь.
— Один ужин, Оля, — настаивает он, лаская пристальным взглядом из-под полуопущенных ресниц. Искушает, просит, манит, зовет… как морские глубины. Опасные и холодные. Этот океан проглотит зазевавшуюся жертву и не подавится. А я кто для него? Жертва или…
ОЛЕГ 
Запах победы дурманит похлеще душистого хмеля. Я уже уверенно кладу ее в карман, приписывая себе еще один плюсик, да только Оля далеко не так проста:
— Олег. Ты сейчас очень перегибаешь, — осторожно шепчет она мне, стоит так близко… так соблазнительно близко, но, как оказывается, удивительно далеко.
— Нисколько.
Я веду носом, вдыхая аромат ее духов. Не знаток, не могу уловить нотки знакомого аромата, но однозначно чувствую самую яркую. Мед. Такой же тягучий, крепкий, теплый, как и эта женщина.
Интересно. Она на вкус такая же сладкая?
Уверен, что еще лучше.
Хочу схватить ее и прижать к себе, не отпускать, удержать силой. Хочу сминать ее губы, узнать, такие ли они податливые и ласковые, как я себе представляю. Хочу сдирать с нее одежду, срывать стоны, вызывать эмоции. Хочу, чтобы она думала обо мне. Жаждала моих касаний…
— Мы сейчас не поедем, — безапелляционно заявляет Оля. Я вижу свое отражение в ее глазах.
— Почему, можно узнать?
— Потому что у нас были другие планы. Олег, мое нет означает нет. Я оценила твою находчивость, но это лишнее.
— Это просто ужин, — обалдеваю я, ощущая, как увесистая победа из моего кармана плавно испаряется, а поставленный плюс тускнеет.
— Я с Юлей уже договорился. Проблемы нет.
— Со мной нужно было договариваться, а не с ребенком.
Что ж она несговорчивая такая!
— А если я тебя сейчас поцелую? Что ты будешь делать? Как ей объяснять?
  
Намеренно кладу руку на ее талию, притягивая ближе. Краем глаза слежу за Юлей, та пересматривает что-то в телефоне, очевидно, новые фотографии.
— Не посмеешь! — ужасается Оля вслух, пытаясь шагнуть назад. Но нет. Я так просто не отпущу.