Скованные одной цепью (СИ)

— Интересный взгляд на мир, — кивнул я. — Не боишься за своего сына?
— Нашего сына? — прищурилась Плейфан, а потом неожиданно сильно ухватила меня за плечо. — Не думай, что сумеешь избежать своего участия в его воспитании.
— Я скоро умру, Силана, — улыбнулся я.
— А если снова воскреснешь, Кирин? — серьёзно спросила она. — Что будет тогда?
— Это может быть одноразовой акцией, — пробормотал я. — Но если…
  
— Не если, а когда, — нахмурилась девушка. — Когда ты снова воспрянешь из мёртвых, найди меня. Найди, Кирин, иначе Триединым клянусь, я достану тебя из-под земли или с небес!
— Слушаюсь, моя госпожа! — вытянулся я.
— Ты мне нужен, — уже куда тише произнесла Плейфан. — Нам нужен. Без тебя… я жила словно по инерции. Работа, подданные, слуги, армия, вторжение, город — всё шло фоном. Даже Джаргас был… будто бы чужим. Не моим. До тех пор, пока я не увидела в нём знакомые черты. Твои черты, Кирин.
Я снова не стал поправлять её касательно имени. Она и так знает. Знает, но… иногда… как сейчас — можно. Иногда…
— Я обещаю.
Мы разошлись, чтобы направиться каждый по своим направлениям. Однако спустя пару сотен метров, когда я вошёл в проход между большими просторными шатрами, впереди раздались громкие крики. В следующий миг перед глазами возник здоровенный пёс пустынного клана. Низко склонив голову, этот сгусток мускулов мчался прямо на меня.
Вода окутала моё тело непроницаемым барьером, способным обратить всё живое в неживое, а неживое — в измельчённый мусор, в кровавые ошмётки, в ничто.
Однако в последний момент огромный зверь ловко проскочил мимо, позволив мне заметить, что пёс держал в зубах маленькую комнатную собачку — в её глазах плескался ужас.
Зверь побежал дальше, проскользнул между шатрами и скрылся из виду.
Я убрал барьер и удивлённо покачал головой.
— Торкону и остальным нужно лучше контролировать свою живность, — пробурчал я, однако это оказалось не всё.
Впереди появились люди, вооружённые большими камнями и — как ни странно — монхарбскими зонтиками знати, которые те носили от палящего солнца. Все они были разряжены так, словно собирались на императорский приём, хотя в их лицах виднелась лишь ярость.
Ага… местная знать. Поистрепались, конечно, но до уровня рядовых обитателей этой колонны, выглядящей как узники концлагеря, этим ублюдкам ещё далеко.
— Эй, калека! — повелительно закричал один из аристократов. — Ты не видел здорового пса?
— Угу, пробегал тут один, — негромко ответил я, покосившись в сторону, куда умчался пёс.
— С бесценным тавросским тараканоловом в зубах? — уточнил он.
Собака, которая ест тараканов⁈ Троица, что за мерзость только не водится под твоим взором!
— Бесценным? Да, пожалуй, цена ему теперь медяк, — хмыкнул я.
Аристократы поутихли, но дружно посмотрели в мою сторону. И взгляды эти умудрились стать ещё более злобными.
— Дурное время для шуток, калека, — зарычал предводитель. Он был моложе остальных и обладал двумя демонстративно повешенными поверх одежды амулетами, среди которых один был антимагическим, а второй — создающим барьер, но только при нажатии. Сам по себе этот мужчина был строен и двигался с уверенностью дуэлянта, о чём также свидетельствовала и рапира с гардой-чашкой у пояса. Более того, что-то в глазах этого человека говорило мне, что он любит убивать.
Учитывая, что я был без формы Чёрных Полос и без руки… Впрочем, разве возраст не должен был намекнуть?.. Ах да, амулет защиты от магии. Конечно. Он был уверен в своём положении, кем бы я ни оказался.
Аристократ подошёл развязной походкой. На лице у него возникла дерзкая и наглая ухмылка существа, стоящего на более высоком положении пищевой цепочки.
— Проси прощения, грязный бродяга. Я его дарую, но от порки тебя это не спасёт. Впрочем, — демонстративно пожал он плечами, — хотя бы останешься жив…
Позади раздался конский топот, всадник пролетел было мимо, но тут же дёрнул лошадь и завернул к нам.
Я заметил, как глаза дуэлянта метнулись куда-то к мне за плечо, но сам не повернулся, готовясь к возможному столкновению.
Убивать кретина — создать проблем, с которой будут разбираться высшие офицеры. Всё-таки дворянин! Ну и среди их сборища, конечно, подобное не принесёт мне любви и уважения. Значит, нужно осадить, максимально резко, не слишком болезненно, но в должной мере унизительно. Чтобы более ни один из этих отбросов даже пасть не смел открыть на Сокрушающий Меч Кохрана.
— Наконец-то, лейтенант, — это был рыжий Бейес, рядовой из Полос. — Где я только не искал! А ведь капитан требовал быть или среди раненых, или в нашем лагере.
— Маутнер с каждым днём требует всё больше, — проворчал я, покосившись на него. — Что случилось?
Для своего положения, Бейес отлично изобразил холодное презрение, когда наконец удосужился взглянуть на аристократа. Взглянуть молча и высокомерно, отчего представитель знати зло сжал челюсть.
— Комендант и собрание, — добавил парень. — Капитан посчитал, что ваше… — он даже начал говорить с уважительными нотками! Чтобы создать нужную обстановку, не иначе. — … присутствие будет полезным.
Я кивнул и перевёл взгляд на дуэлянта.
— Это всё? — спросил аристократа.
Мужчина оторвался от Бейеса и сосредоточился на мне. В его глазах уже не было дерзости, но определённо тлели угли затаённого раздражения и гнева.
— Пока что, — процедил он.
Мы разошлись. Отряд знати направился искать собаку, в то время как мы развернулись в сторону шатра Логвуда, расположенного ближе к центру колонны. Для скорости пришлось срезать, направившись вдоль лагеря аристократов. Стоило только отойти подальше, как Бейес склонился в седле:
— А ведь Ертус собирался вызвать тебя на бой, лейтенант, — уже без всякого демонстративного уважения сказал он. Впрочем, я знал, что уважение есть, просто в Полосах не было принято демонстрировать его настолько явно.
— Он сион? — уточнил я. — Этот Ертус?
— Кронрич Ертус, — пояснил Бейес. — Насколько я знаю нет, но это может скрываться. Так или иначе, он известен своими умениями и резким характером.
— Не повезло, — пожал я плечами. — Ему.
Бейес хохотнул.
Вскоре мы оказались на центральной площадке и увидели, что там идёт показательная порка. Толстый коротышка, который сжимал в опухшей от жары руке кожаную «кошку-девятихвостку», оказался моим старым знакомым, Илазием Монтнаром, советником Силаны. Жертвой же был один из его слуг. Ещё трое представителей прислуги стояли рядом и отводили глаза. Поодаль несколько аристократов столпились вокруг рыдающей богато одетой женщины и бормотали ей слова утешения.
Явно не жена того, кого наказывают, — быстро осознал я, а потом огляделся. Плейфан, по идее, должна была направиться именно сюда. Но либо она сразу направилась к себе и прямо сейчас проводит время с сыном, либо завернула где-то по пути. Никого похожего фигуркой или волосами поблизости я не видел. И хорошо, и плохо.
Вышитый золотом плащ Монтнара потерял прежний блеск, а сам он — раскрасневшийся от ярости, с плёткой в руках — казался бешеной цирковой обезьяной, выступающей на сельских ярмарках.
— Кажется, знать радуется возвращению своих слуг, — сухо заметил Бейес.
— Думаю, это связано с украденной собачкой, — вздохнул я, почесав затылок здоровой рукой. — В любом случае, этому пора положить конец.
Всадник покосился на меня странным взглядом.
— Сэр, — сбился он на официальщину, — они просто продолжат, когда мы уйдём.
И в этих словах был смысл.
— Да и кому бы пришло в голову красть собачку? — рассуждал он, спешившись и шагая рядом. — В чём смысл? Зачем это нужно?
  
Бейес ведь не застал момент с тем огромным клановым псом…
— Да кому угодно, — хмыкнул я. — Пока ещё есть хоть какие-то маги, то воды у колонны худо-бедно хватает, но вот голод — дело другое. Стада слишком ценны и их не закалывают, дабы накормить всех беженцев до отвала. Еды не хватает, сам знаешь. И тут — один из псов Серых Ворóн нашёл неплохую альтернативу, — я покачал головой. — Хуже всего то, что первым до этого додумалась собака. Даже немного стыдно.