Битва за Севастополь. Последний штурм

Первыми пришли в себя и открыли огонь по атакующей пехоте пулеметчики и минометчики противника. Не имея точных сведений о том, что произошло, они, увидев перед собой цепи красноармейцев, вступили с ними в бой, обстреливая их с флангов и тыла. Бойцы 138-й бригады, видимо, не ожидавшие встретить сопротивление в глубине немецкой обороны, замешкались, остановились и стали отходить из-под огня. Но только через полтора часа противник смог полностью прийти в себя и организовать контрудар.
В 7.00, после перегруппировки и мощного артиллерийско-минометного обстрела, в котором участвовали батареи «Небельверферов», остатки 47-го полка, усиленные 22-м противотанковым дивизионом, батареей штурмовых орудий и несколькими танками под командованием майора Кнебеля, перешли в контратаку [255]. К 9.00 немцам удалось остановить прорыв, и к 11.00 после продолжительной позиционной борьбы они отбросили советские войска до дороги, которая шла от северной окраины нефтехранилища на северо-запад. В 13.15 наступление 138-й бригады было окончательно остановлено. Оно обошлось ей очень дорого, только в плен было взято 800 человек [256]. Большие потери понес и противник: в ротах 47-го полка после боев 18 июня осталось всего по 80 человек. Поэтому командир дивизии принял решение в ночь на 19 июня отвести его в тыл, заменив солдатами 22-го противотанкового дивизиона.
Напряженная ситуация сложилась в полосе 50-й дивизии. В ходе дневного наступления образовался разрыв между 1-м батальоном 123-го полка и соседним 47-м полком. В 10.00 советские войска силами до одного батальона атаковали с южного направления 121-й полк из района восточнее ПМ 042. Одновременно артиллерия СОРа открыла огонь по немецким передовым линиям [257]. Поздним вечером, начиная с 21.30, 121-й полк подвергался контратакам по всему фронту, однако позиции ему удалось удержать.
Тем временем 16-й и 65-й полки 22-й дивизии продолжили движение в южном направлении. Еще до полудня им удалось занять форты «Донец» и «Урал». Вскоре после 14.00 подразделения этих полков вышли почти к самому берегу Северной бухты в районе б. Голландия (ПМ 043) и северо-западнее б. Сухарная (ПМ 044). Сильный артиллерийский огонь с южного берега Северной бухты не позволил противнику развить успех и заставил остановиться на достигнутых рубежах до наступления сумерек. Энергичному обстрелу подвергся и 47-й полк, после чего он также был вынужден остановиться [258].
В 11.30 состоялись переговоры между командующим 11-й армией и командиром LIV корпуса. Генерал Э. фон Манштейн поделился своими планами на будущее развитие операции под Севастополем. Ему представлялись три вероятные возможности:
– высадка десанта на штурмовых лодках через Северную бухту;
– нанесение удара через нижнее течение р. Черная для захвата Мекензиевых Гор и Гайтанских высот;
– перегруппировка артиллерии и войск LIV корпуса на южное направление для совместных действий с ХХХ корпусом.
Генерал Э. Ханзен просил принять во внимание, что ударная сила его соединений в ходе десятидневного наступления резко снизилась, поэтому говорить о дивизиях в их привычном смысле невозможно. В конечном счете остановились на операции по уничтожению советских войск в районе Мекензиевы Горы – Гайтанские высоты. Ее предпочтительнее всего было бы начать 22 июня, так как к этому времени можно успеть закончить все приготовления [259].
Во второй половине дня 24-я дивизия своим 102-м полком достигла линии между восточной окраиной Северного укрепления и ПМ 046. 31-й полк правофланговым батальоном пересек железнодорожную линию, правофланговым – взошел на северную вершину выс. ПМ 045. Вскоре им удалось окружить штаб 95-й дивизии. По приказу командира соединения полковника А.Г. Капитохина в бой были брошены рота охраны, а сам штаб прикрывали только работники управления, 227-я батарея 1-го дивизиона 110-го артполка открыла огонь по подступам к Братскому кладбищу. Под его прикрытием штаб смог вырваться из окружения и отошел к Инженерной бухте [260]. Воспользовавшись этим, немцы вышли к д. Буденовка.
 
К исходу дня противник захватил Братское кладбище, д. Буденовка и Учкуевка. Теснимая с трех сторон 95-я дивизия была вынуждена отойти на рубеж безымянная высота в 400 м на восток от Братского кладбища – 500 м южнее д. Учкуевка [261]. Часть 95-й дивизии оказалась отрезанной от остальных соединений армии [262].
В 18.00 24-я дивизия возобновила наступление, выдерживая общее южное направление. Ее 102-й полк завязал бой за хорошо укрепленную позицию севернее и северо-восточнее д. Учкуевка, выбил оттуда оборонявшиеся советские войска и в 19.30 начал атаковать Северное укрепление. Действовавший левее 31-й полк своим правофланговым батальоном занял фабрику, находящуюся юго-западнее изгиба железной дороги, левофланговый батальон вышел на берег Северной бухты в районе б. Голландия [263]. Цель наступления была достигнута! Отныне немцы получили возможность обстреливать бухты и город как артиллерийским, так и минометным огнем. Всякое движение в бухтах днем стало невозможно.
Как оказалось, поспешное наступление 138-й бригады не привело к перелому ситуации в пользу советских войск. Отразив все атаки, немцы возобновили движение, и почти сразу стало видно, что удерживать позиции ослабленные части наших дивизий и бригад уже не в состоянии. Фронт обороны рушился прямо на глазах, распадаясь на отдельные очаги сопротивления.
У совхоза им. Софьи Перовской немцами была окружена группа 90-го полка во главе с его командиром майором Г.А. Смышляевым. При попытке прорыва почти вся она была уничтожена. Во время одной из бомбежек погиб майор Г.А. Смышляев, и остатки полка принял капитан А.С. Требушный. Об этом по телефону в штаб армии сообщил начальник штаба 95-й дивизии майор А.П. Кокурин. О состоянии соседнего 241-го полка он сказал просто: «Фактически его больше нет» [264]. К этому времени перестал существовать как боевая часть 57-й артиллерийский полк. К вечеру 18 июня 95-я дивизия как боевое соединение существовать перестала. При этом в течение дня удавалось поддерживать связь с центральной частью города; в частности, удалось вывезти до 800 раненых бойцов.
Продолжалось уничтожение гарнизона 30-й батареи, саперы толовыми зарядами подрывали внешние и внутренние сооружения укрепления. В 21.00 132-я дивизия возобновила наступление на батарею Шишкова. Немецкая атака была встречена сильным ответным огнем, с большими трудностями преодолев сопротивление, противнику удалось ворваться в северную часть батареи. Саперы взорвали два из пяти бронированных куполов со всем находившимся под ним гарнизоном. Поддержку наступавшей пехоте постоянно оказывали штурмовые орудия 197-го дивизиона, они также понесли значительные потери, и к ночи в строю осталось всего 3 штурмовых орудия. К исходу суток большая часть северной стороны уже контролировалась противником.
Восточный сектор
Схема № 9
На этот день командир XXX корпуса генерал М. Фреттер-Пико поставил перед подчиненными соединениями следующие задачи. Пехоте 72-й дивизии надлежало начать наступление на Сапун-гору, в то время как 170-я дивизия должна находиться в готовности поддержать успех всеми возможными средствами. Вместе с тем левый фланг соединения генерала Э. Зандера должен был совместно с 28-й дивизией провести зачистку захваченных позиций на холмах севернее выс. 212, 1. При развитии успеха 28-я дивизия должна обеспечивать фланг наступления и в случае удачного исхода занять Балаклаву ударом с севера.