Битва за Севастополь. Последний штурм

Близлежащая железнодорожная линия позволила немцам подтянуть тяжелую артиллерию для более эффективного ведения огня. Сражение за «форт Сталин» началась в 4.30 мощной артиллерийской подготовкой по вершине горы. Основной артиллерийский удар был нанесен с севера, и именно в этом направлении вели ответный огонь орудия 365-й батареи. Несмотря на все предпринятые противником усилия, полностью подавить пехотное прикрытие батареи ему не удалось. Но обстрел отвлек внимание оборонявшихся и позволил немцам выйти в атаку по восточному склону.
К утру 13 июня на батарее действовало всего два орудия, на каждое из них осталось по десятку снарядов. В первой же атаке одно из орудий было выведено из строя прямым попаданием, у второго закончился боезапас. Как зенитное подразделение батарея перестала существовать и продолжала сопротивляться как пехотная часть.
Атака пехотой началась в 5.00, когда, по предположениям немцев, защитники 365-й батареи будут наименее внимательны, полагая, что ночь уже миновала. Первыми пошли саперы, их задачей было разминирование проходов и уничтожение огневых точек. Под прикрытием одного из штурмовых орудий обер-лейтенант Хайер вместе с тремя саперами решил уничтожить одно из зенитных орудий. Его прислуга была занята ремонтом, надеясь ввести его в действие. Воспользовавшись моментом, немецкие саперы забросали дворик гранатами, после чего подорвали зенитку.
Вслед за саперами на холм бросились остальные. Завязался ожесточенный бой, в котором боевой порядок противника сразу же нарушился и разбился на мелкие группы, каждая из которых дралась самостоятельно. Красноармейцы сопротивлялись отчаянно, отстреливаясь из каждого окопа, каждой воронки. Немецкую пехоту поддерживали штурмовые орудия. Два из них обеспечивали атаку, три – продвигались вместе со штурмовыми группами, подавляя огневые точки. Уже в 5.45 в 16-й полк передали сообщение, что «форт Сталин» взят, однако до полной победы было еще далеко. Бой продолжался, и вскоре выбыли по ранению обер-лейтанант Мюллер и лейтенант Шпиер.
Солдаты 1-го батальона, лишившись своих командиров, смешались с солдатами 3-го, который следовал левее 365-й батареи с задачей прикрыть атаку со стороны Сухарной балки. В ином случае это имело бы серьезные последствия, но советская артиллерия в первые часы боя молчала, и противник получил возможность навести порядок.
Чтобы солдаты не остались без руководства в бою, на холм в 6.00 прибыл адъютант батальона лейтенант Брингеватт. Прибыв на холм, он увидел, что солдаты рот перемешались между собой и восстановить их состав невозможно. Поэтому он сформировал две боевые группы: одну под командованием фельдфебеля Бюнтинга, вторую – под командованием обер-лейтенанта Нарвольда. Во время новой атаки им предстояло действовать справа и слева соответственно. В центре боевого порядка лейтенант Брингеватт поставил саперную штурмовую группу. В первые же минуты боя обер-лейтенант Нарвольд получил ранение, и его также пришлось заменить унтер-офицером.
В 6.00 со стороны «форта Волга» раздались выстрелы орудий. По нему немедленно открыла огонь немецкая артиллерия, заставив замолчать. В 7.30, заняв холм с позициями 365-й батареи, противник попытался предпринять атаку на «форт Волга», захват которого также входил в цели наступления 13 июня. В этот момент по атакующим открыла огонь артиллерия СОРа, как предположили немцы, советское командование получило сведения, что 365-я батарея захвачена. В ответ корпусная артиллерия начала массированный обстрел фортов «Волга», «Сибирь», Сухарной балки, Константиновского форта, а также южного берега Северной бухты.
Вскоре из района Сухарной балки последовала атака советской пехоты с задачей отбить 365-ю батарею, однако немцы сумели ее отразить. В 9.00 майор Арндт принял решение закрепиться на холме, отказавшись от продолжения атак на «форт Волга». Требовалось хорошенько обеспечить фланги, особенно западный, который не просматривался артиллерийскими наблюдателями. На решение повлияло и то обстоятельство, что во время атаки на «форт Сталин» из пяти имевшихся в распоряжении штурмовых орудий выбыло из строя три. В 8.30 они покинули холм, и солдаты лишились соответствующей поддержки. Атаковать «форт Волга» только пехотой майор Арндт счел неразумным.
 
Тем временем продолжилось уничтожение гранизона 365-й батареи. Солдаты 14-й роты втащили на руках на холм два противотанковых орудия, одно из которых поставили на прямую наводку против бетонного пулеметного дота. С 15 м орудие открыло огонь и несколькими выстрелами уничтожило гарнизон: впоследствии там насчитали 30 убитых красноармейцев. Отдельные бойцы и командиры продолжали отстреливаться из командного пункта и расположенных поблизости бетонных казематов и блиндажей. Выстрелы раздавались из темных тоннелей и из-за бронированных дверей. Такие группы немецкие солдаты поочередно уничтожали гранатами. Среди опорных пунктов особенно отличился тот, что располагался на западном склоне, где находились последние миномет и пулемет, а также десять бойцов. Его немцам удалось уничтожить только после пяти часов боя. Как отмечал противник, везде гарнизон защищался до последнего человека, в плен красноармейцы не сдавались [188].
Командный пункт 365-й батареи немцы не смогли взять ни утром, ни днем. По их сведениям, его гарнизон держался до 17.00. Здесь оборону держала небольшая группа красноармейцев, которую возглавил сам лейтенант И.С. Пьянзин. В 13.00 от него поступила радиограмма с просьбой открыть огонь по командному пункту. В 15.18 по 365-й батарее открыли огонь 79-я и 366-я батареи, что задержало уничтожение гарнизона почти на два часа.
В конце концов немцы подорвали двери командного пункта взрывчаткой и забросали внутренние помещения дымовыми шашками. Несколько человек пытались выскочить наружу, где их взяли в плен. Оставшиеся внутри продолжали сопротивление до последнего и были уничтожены.
365-я батарея погибла почти со всем личным составом. Спаслись 5 раненых, еще одну небольшую группу вывел П. Липовенко [189]. После войны удалось разыскать всего четверых переживших войну батарейцев. В боях 13 июня «еще раз получила подтверждение та внутренняя способность русского солдата к преодолению тех трудностей, которые западноевропейский солдат вынести был не в состоянии» [190], – записали немцы в своем отчете.
Значение захвата противником 365-й оказалось велико. Он занял господствующую высоту, откуда его наблюдатели могли непосредственным образом осматривать любые цели на северном берегу, в районе Инкермана и в самом Севастополе. За день 13 июня 16-й полк потерял двух офицеров и 30 унтер-офицеров и солдат погибшими, 6 офицеров и 130 унтер-офицеров и солдат ранеными, двух солдат пропавшими без вести. Значительная доля этих потерь пришлась на захват 365-й батареи [191].
В 9.00 началось запланированное ранее наступление 132-й дивизии, но оно сразу наткнулось на сильное сопротивление. Сломить его не помогла даже повторная усиленная артиллерийская поддержка и обстрел из тяжелых минометов. Поэтому на левом фланге дивизии немецким солдатам почти не удалось продвинуться вперед. В 13.00, когда наступление приостановилось, последовали сильные контратаки со стороны советских войск, но все они были отражены артиллерийским огнем. Во второй половине дня обе стороны уже не предпринимали активных действий. Только с наступлением сумерек 436-й полк предпринял частное наступление против узла сопротивления, расположенного на южном склоне ПМ 019. В ходе боя узел был уничтожен, немцы захватили одно орудие, десять пулеметов и десять пленных. На позициях были обнаружены тела 50 убитых красноармейцев [192].
В 13.45 на командный пункт LIV корпуса для обсуждения сложившегося положения прибыл генерал Э. фон Манштейн со своим начальником штаба. Из доклада командира корпуса генерала Э. Ханзена вытекало, что 132-я дивизия в соответствии с полученным приказом продолжает наступление своим правым флангом на восток от противотанкового рва в направлении ПМ 016. Продвижение очень затруднено, так как в этом районе располагались хорошо оборудованные и замаскированные позиции. Командир 132-й дивизии генерал Линдеманн сообщил, что наступление здесь проходит еще тяжелее, чем, собственно, атака на «Бастион». Продвижению сильно мешает уничтожающий огонь 30-й батареи, чьи 305-мм снаряды периодически рвутся в районах сосредоточения немецких войск в долине р. Бельбек. Батарею предполагается обстрелять из 210-мм мортир, и, если все сложится удачно, оставшаяся боеспособной башня будет или разбита, или заклинена.