Возвращение Безумного Бога 2 (СИ)

— Федор, дружище, в чем дело? Успокойся, все хорошо, — негромко проговорил я, стараясь говорить убаюкивающим тоном.
Уловив мой голос, громадный муравей застыл, словно его выключили. Он повернул свою массивную голову в мою сторону, в фасеточных глазах отразились десятки моих отражений. Я чувствовал тревогу, обуревающую гигантское насекомое.
— Похоже, он пытается защитить что-то очень важное, — задумчиво произнесла Айсштиль, осторожно приближаясь, — Только от чего?
Настя тоже осмелела, подошла ближе. Как и мы, она попыталась успокоить взволнованного Федора. Ее мягкие прикосновения и ласковые уговоры явно оказывали на него умиротворяющее действие.
— Эта штука в его жвалах похожа на кокон, — заметила она, — Это их потомство?
Я задумчиво кивнул, продолжая почёсывать хитиновый панцирь Федора. Сложно сказать, нравится ли это ему — насекомые не умеют выражать эмоции так, как млекопитающие. Но он явно стал спокойнее.
— Так и есть, — сказал я, — Кокон — это третья стадия развития после яйца и личинки. Только как-то… слишком быстро она наступила. Я бы даже сказал, минуя первую и вторую стадию.
— Так, а где же сама королева? — встревоженно спросила Айсштиль, — Неужели с ней что-то случилось? Её похитили? Или она убежала?
Я покачал головой.
— Не знаю. Но, очевидно, Федору сейчас нужна наша помощь. Надо как-то успокоить его и забрать этот кокон, пока он себе и ему чего-нибудь не повредил.
Девушки согласно кивнули, и мы с удвоенной энергией принялись чесать и успокаивать встревоженного муравья. Постепенно его нервозность стала спадать, а движения становиться все менее резкими.
— Так-то лучше, дружище, — ободряюще прошептал я. Федор начал чуть выгибаться, подставляя нам наиболее чувствительные части панциря. Но всё же его нервозность до конца не ушла.
Воспользовавшись его расслабленным состоянием, я аккуратно потянулся к коконообразному объекту в его клешнях. Настя и Айсштиль поддержали меня, помогая осторожно высвободить эту драгоценную ношу.
— Ну вот, молодец, — ободряюще промурлыкала Настя, когда нам удалось вынуть кокон из жвал Федора, — Хороший мальчик…
Кокон весил килограмм тридцать. На ощупь его поверхность немного напоминала шершавый картон.
Айсштиль придирчиво осматривала таинственный предмет, слегка его ощупывая.
— Действительно, очень похоже на муравьиный кокон. Мне Лилия похожие показывала давным-давно… Надо бережно отнести его куда-нибудь в безопасное место и посмотреть, что внутри, — задумчиво произнесла она.
Я кивнул, аккуратно аккуратно взвалив кокон на плечо.
— Федор явно очень за него переживает, а в этой влажной обстановке он может пострадать, — озабоченно проговорил я, осматривая разрушенное помещение.
Настя мягко погладила Федора по массивной голове, успокаивающе заглядывая ему в фасеточные глаза.
— Все будет хорошо, Федор. Мы позаботимся об этом, не волнуйся, — ласково проговорила она.
Айсштиль тоже присоединилась, добавив:
— Да, муравьишка, мы отнесем твое сокровище в надежное место. Слово богини. Просто подожди здесь немного, ладно?
Убедившись, что встревоженный муравей немного успокоился, мы осторожно вынесли таинственный кокон из комнаты, стараясь как можно бережнее с ним обращаться.
Оказавшись в относительно сухом и проветриваемом коридоре подвала, мы с облегчением выдохнули.
— Что, по-вашему, там внутри? — задумчиво спросил я, внимательно оглядывая кокон. Внутри я видел сложную структуру духовных потоков. И мне она показалась знакомой.
Без всякого сомнения — внутри живое существо.
Настя задумчиво прикусила губу, пристально разглядывая кокон.
— Какие-то новые муравьи? — предположила она.
Айсштиль кивнула, соглашаясь с этой версией.
— Да, скорее всего, там развивается потомство этой вашей Мелинты. Но куда же сама королева подевалась? — тревожно произнесла она, — Лилия мне рассказывала, что муравьи очень любят свое потомство и никогда его не бросят. У них природа такая. Инстинкты.
Я задумчиво потер подбородок, озадаченно хмуря брови.
 
Настя предложила:
— Может, нам стоит попробовать его вскрыть? — предложила она.
Айсштиль фыркнула.
— Смертная, ты бы еще молотком по нему предложила постучать! Муравьи не просто так плетут эти коконы! Они защищают то уязвимое, что развивается внутри. Повредим кокону — убьем живое существо.
Я кивнул:
— Да, не хотелось бы навредить.
Я попытался достать из кокона Книгу Судьбы, но без результата. Я чувствовал, что она где-то там, но мне требовался контакт с головой существа. А из-за жесткой поверхности кокона не было возможности ее коснуться.
— Там что-то шевелится, — взволнованно прошептала Настя, прислонив к кокону ухо, — Шуршит…
Айсштиль тоже наклонилась ближе, сосредоточенно вглядываясь.
— Да, точно. Похоже, там кто-то есть живой, — напряженно подтвердила она, — Кстати, духовные потоки этого существа странно выглядят… Я бы даже сказала, они частично похожи на муравьиные… а частично на человеческие!
Приглядевшись, я понял, что моя старая подруга была права. Духовные потоки существа и впрямь выглядели необычно, совмещая в себе и человеческое, и муравьиное.
Максимально странно. Никогда такого не видел.
— Вы же с Лилией всегда хорошо общались, — сказал я, глядя на Айсштиль, — Она ничего тебе такое про муравьев-мирмеций не рассказывала?
— Ох, она в какой-то момент была ими одержима, — вздохнула богиня. Она даже уперла указательный палец себе в лоб, словно ей так легче было вспоминать, — Трещала о них без умолку. И да, кажется она говорила, что за коконами муравьи ухаживают чуть иначе, чем за яйцами и личинками… Яйца и личинки любят влажность, а коконы — сухость.
— Вот почему Фёдор взбесился, — кивнула Настя, — В комнате было влажно, он хотел отнести кокон в сухое место. Но не мог выйти.
— Именно, — кивнула Айсштиль, — Но интересно другое: обычно циклы развития у муравье занимают много месяцев. Этот кокон, как я поняла, появился за одну ночь?
— Получается да, — кивнул я, — Раньше его не было.
— Ну вот и еще одна странность, — добавила Айсштиль, снова взглянув на кокон, — Короче говоря, у меня только одна версия — в этом коконе и находится ваша королева Мелинта. Скорей всего, она за ночь по какой-то причине запаковала себя в него.
— Это… звучит максимально странно, — сказал я, — Насколько я знаю, взрослые муравьи в коконы больше не заматываются… Это делают только личинки, чтобы превратиться во взрослую особь.
— Хм… — задумалась Айсштиль, — Ну, что я могу сказать… Существо, которое долгое время жило в контакте с Бездной… От него можно ожидать чего угодно.
Она погрустнела и печально оглядела своё тело. Ведь по ее жилам вместо божественной силы как раз и текла Бездна.
— Мелинта не была заражена Бездной, — заметил я.
— А-а-а… брось, если ты живешь рядом с помойкой, она все равно на тебя будет влиять, даже если ты не будешь есть мусор, — отмахнулась богиня, — Таков закон нашего мира.
— Получается… — задумчиво произнесла Настя, — Мелинта хочет во что-то эволюционировать? Во что-то более сложное, чем просто муравей?
Мы с Айсштиль замолчали, удивленно глядя на девушку.
— Что? — та немного смутилась, — Я какую-то глупость сказала?
— Нет, это как раз таки очень толковая идея! — воскликнул я, — Настя, ты молодчина!
Айсштиль фыркнула, но комментировать не стала.
Настя заулыбалась с признательностью глядя на меня.
— В любом случае, Эстро, тебе надо решить, что делать с этим дальше, — буркнула Айсштиль, — Существо, которое родится из кокона… вовсе не обязательно будет прежней, известной тебе Мелинтой. Трансформация, через которую проходят муравьи — она всеобъемлющая. Она полностью их меняет, фактически превращает в новое существо. И не факт, что оно будет к тебе дружелюбно.
— Значит, кто-то должен за ней будет присмотреть в мое отсутствие, — я задумчиво посмотрел ан Айсштиль.