Наследие (СИ)
Сердце билось набатом, отдаваясь пульсацией в висках. Ладони, сжимающие ключ, вспотели, на коже чувствовался чей-то липкий взгляд. Может, это просто дурацкий розыгрыш? Почерк на конверте казался знакомым, но где Мелоди могла видеть нечто подобное? Четкого ответа в голову не приходило, поэтому, все еще пребывая в смятении, девушка бросила конверт в рюкзак, спеша домой. Элисон говорить нельзя, не стоит волновать маму еще сильнее, у нее хватает и собственных проблем, по крайней мере, до тех пор, пока не станет ясно чуть больше о таинственном ключе, и его настоящем обладателе.
Вернувшись домой Мелоди поразилась тому, что застала маму там же, где и оставила – на диване перед телевизором. Элисон была все в той же пижаме, и, похоже, она не только не вставала с него, но даже забыла расчесать волосы. Плохой знак, очень плохой знак. Может, надо было все-таки вернуть записку на место, возможно, в ней засекречено что-то, что могла понять только Элисон, какие-то важные сведения, без которых женщина теперь распадалась на части.
- Тебе что, сегодня не надо на работу? Ты вообще ела что-нибудь?
Элисон едва заметно вздрогнула, услышав приближающийся из коридора голос дочери. Мелоди с беспокойством взглянула на маму, но та лишь пожала плечами, подбирая под себя голые ступни на диване.
- Взяла выходной. Нужна передышка, понимаешь?
Передышка от любимой работы, которая последние годы являлась самой ее жизнью? Видимо, изумление отразилось на лице Мелоди так явно, что Элисон махнула рукой в воздухе, как бы говоря «ты придаешь значение пустоте», и слегка раздраженно добавила:
- Полезно иногда, знаешь ли, стать обычной матерью с бигудями в волосах, небрежным видом, мешками под глазами, и всеми этими...прелестями жизни. О, зато я посмотрела за это время большую часть какого-то модного сериала для тинэйджеров, что-то там про друзей, которые живут по соседству. Чувствую себя помолодевшей, даже все шутки поняла, хоть многие из них невероятно глупые.
Мелоди заглянула в холодильник, слушая краем уха, и тихо вздохнула, обнаружив, что если бы к ним в дом ворвались грабители, желающие чем-то поживиться, то, скорее всего, пожалели бы несчастных дам, и накормили, прежде чем воровать предметы искусства.
- Мам, ситком «Друзья» вышел на экраны, когда тебе было четырнадцать. Этот сериал ужас какой старый. Все, давай, поднимай свой тощий зад с дивана, я наберу тебе ванную, а пока ты приводишь себя в порядок, чтобы доставщик еды не упал в обморок от твоего вида, я закажу нам ужин. Умираю с голоду. Может, сегодня попробуем азиатскую кухню?
- Даже не знаю, что хуже, то, что я польщена твоим комплиментом в сторону моей пятой точки, или твоим беспокойством за мою репутацию перед незнакомцами, обладающими таким огромными амбициями, что доставляют еду за гроши. А насчет кухни, мне все равно, заказывай на свой вкус.
С этими словами, Элисон поднялась, и направилась за дочерью, которая уже включила набираться горячую воду, добавив ароматические масла и гель для воздушных расслабляющих пузырьков.
Мелоди спустилась вниз, держа телефон в руках, и уже было начала набирать номер ресторана, как заметила, что шкатулка, которая раньше всегда находилась в маминой спальне, скрытая от глаз посторонних, стоит прямо перед ней, на низком чайном столике. Маленькая малахитовая коробочка, по краям отделанная золотом манила, Мелоди даже забыла, зачем держит телефон у уха, отключившись тотчас, услышав приветствие на том конце провода. Элисон никогда не разрешала заглядывать внутрь, может, боялась, что ее маленькая дочь по неосторожности и детской глупости заиграется с дорогими украшениями, испортив драгоценные сокровища, но теперь Мелоди достаточно выросла, чтобы скрыть наличие совершенного ею преступления против воли матери.
Убедившись, что мама все еще находится в ванной, девушка осторожно приоткрыла крышку шкатулки. Никаких богато отделанных украшений, векселей, семейных реликвий она в себе не хранила, лишь небольшие белые листы бумаги, сложенные аккуратной стопкой. Что это, еще какие-то записки со стихами от тайного поклонника? Бросив быстрый взгляд на лестницу, Мелоди взяла самую верхнюю бумажку, и, развернув, замерла в оцепенении. «Я убью вас всех, каждую по очереди. И однажды ты станешь следующей».
Каждая предыдущая записка содержала подобные угрозы, наполненные гневом, ядом и ненавистью. На письмах не было обратного адреса, как и пометок о том, куда их необходимо отправить, но тогда каким образом они попали к Элисон? Неужели... Догадка пронзила сознание Мелоди Гамильтон; что если тот, кто отправлял маме эти ужасные записки и тот, кто сегодня оставил в шкафчике ключ – один человек. Значит ли это, что он подобрался слишком близко, желая причинить им обеим вред без видимой на то причины? Липкий страх покрыл кожу, заставляя чувствовать себя в собственном теле заложницей. Почему Элисон никогда не рассказывала об этом? Могли ли стать причиной вереницы переездов эти самые записки? Как долго он следует за ними попятам, и что будет, когда, наконец, их пути пересекутся?
На дне находился чек из банка на пять тысяч долларов, никак не вписывающийся в общую картину. Эми была права, и у мамы действительно есть долги, из-за которых они вынуждены скрываться годами, преследуемые каким-то сумасшедшим? Развернув чек, Мелоди пробежала глазами по строке, кому предназначался перевод столь крупной суммы, и ее рука инстинктивно прижалась ко рту. Почерком Элисон было написано следующее: «получатель: Эми Гаррис», зачеркнуто, а рядом приписано гневное - «малолетняя дрянь». Чек так и не был отдан, по крайней мере, этот. Но как долго мама снабжает деньгами ее лучшую подругу, и почему? Вот каким образом у Эми всегда были деньги на учебу, новую одежду и выпивку. Неужели Элисон платила Эми за дружбу с Мелоди?
Вопросы, словно шальные пули, прошивали сознание насквозь, не желая остановиться. Интересно, знал ли отец о неизвестном, преследующем Элисон мужчине, сделал ли он хоть что-нибудь для защиты любимой женщины и дочери? В чем еще родители лгали Мелоди, и как теперь устоять на месте, когда весь мир перевернулся с ног на голову? Заслышав приближающиеся шаги босых ступней по полу, девушка как можно скорее сложила бумаги обратно в шкатулку, и откинулась на спинку дивана, делая вид, что все в порядке. Получалось не очень, покусывая нижнюю губу до крови, Мелоди столкнулась взглядом с матерью. Элисон сушила волосы полотенцем, промокая влажные пряди, на ее лице застыла маска беспокойства, и плохо скрываемой боли, но пересилив себя, женщина произнесла:
- Мел, нам надо поговорить. Я пойму, если ты откажешься. Есть новости, к сожалению, не утешительные...
И,прежде чем, Элисон закончила свой монолог, Мелоди поняла, к чему она клонит,завершив реплику одновременно с мамой.- Нам придется переехать.
Праздник в честь годовщины прибытия Колумба в Америку, которое произошло 12 октября 1492 года по юлианскому календарю (21 октября 1492 года по григорианскому календарю, который был введён в 1582 году).
Глава 7.
До чего ты довела меня, Ванесса, только взгляни на это, взгляни на меня, вынужденного скрываться в тени, сидеть во мгле, и с позором, теряя крупицы еще оставшейся чести, прятаться, томясь в мученическом ожидании. Или я сам себя до этого довел.
Позволь мне оправдаться пред тобой, собственным словам и помыслам я и сам верю с трудом, но тебе скажу всю правду, без утайки и прикрас, ибо ты, любовь моя, единственная, кто способен понять истинную суть вещей, идущих против самой природы. Ну вот, я вновь кривлю душой, и видимо таков мой удел, даже на смертном одре, который, к горькому моему сожалению, никак не наступит, вынуждая меня бродить по свету в поисках ответов. На самом деле, я знаю еще одну женщину, способную узреть больше остальных, видела бы ты ее, уверен, тотчас решила, что сходишь с ума, так сильно она похожа на тебя, будто ты не примирилась со своей смертью, не покинула меня навсегда, но потеряла память и лишилась былого рассудка.