Упал. Очнулся. Папа! (СИ)
— Дарья, передайте, пожалуйста, Андрею Игоревичу вот эти копии специальных лицензий по пятничному аукциону. И мне нужен список дополнительных требований к участникам заказа. Вы не могли бы все это передать вне очереди?
…Ответила, что Воронов совершенно точно появится в офисе. Когда? Точно не знаю, но обязательно сразу же всем сообщу! И сделала вид, что у меня целый ворох работы.
Работы и в самом деле было много, так что здесь я не преувеличила. Как всегда, в начале недели отовсюду посыпались звонки, электронные сообщения и потянулись посетители — я продолжала делать все от меня зависящее, чтобы в отсутствие генерального удержать компанию на плаву.
Валерий Куприянов тоже опоздал и пришел в «Сезам» помятым и недовольным. Еще и смотрел по сторонам волком, рыская по приемной из своего кабинета в кабинет заместителя и обратно. При виде меня его рот едва не дергался от злости, но взгляд был больным и встревоженным. Я все ждала от него какой-нибудь словесной пакости, однако он так со мной и не заговорил. А ближе к обеду в его кабинет прошмыгнула бледная Неллечка, и я услышала из-за дальней двери звуки ссоры, но виновники быстро опомнились и голоса приглушили.
Я тут же подумала о Лешенко и его команде. Неужели полицейские наконец-то подобрались к преступникам и сжали их в капкан? Вон как занервничали! Ох, хорошо бы. Глядишь, скоро их всех голубчиков повяжут!
От мысли, что Андрей в данный момент находится в безопасности, на душе стало спокойнее. Но тут же вспомнился вчерашний вечер и ресторан. Денис Шепелев с бутылкой шампанского и его веселая компания друзей. То, как изумленно блестели глаза регионального директора, когда он понял кого увидел за соседним столиком и с кем. Если он уже проговорился, а в обратном я сомневалась, мне вряд ли удастся долго скрывать местопребывание Андрея.
Хотя, что уже скрывать, все равно сегодня все откроется. Теперь, главное сержанта предупредить, чтобы Лешенко взял ответственность за шефа на себя — тот мог и не вспомнить все сразу. А меня Воронов, после того, как я признаюсь, кем являюсь на самом деле, слушать не станет.
И видеть не захочет, здесь я себя надеждами не тешила.
Время неуклонно приближалось к обеду, и на душе становилось все грустнее. Словно тучи над головой сгущались, а я осталась без зонта. После того, как на телефон пришло короткое сообщение от «мужа» из пяти букв: «Люблю», прочла и вовсе рукой за сердце схватилась. В таком положении меня и застал за рабочим местом наш финансовый директор и правая рука Матвея Ивановича — Юрий Петрович Долманский.
— Здравствуйте, Дарья Николаевна, — грузный мужчина вошел в приемную и остановился напротив стола, за которым я сидела. — С Наступающим! — бодро сказал и протянул мне красивый сверток. — А это вам!
Улыбнувшись, он опустился на стул и закинул ногу на ногу.
Вообще-то останавливаться у моего стола Долманский привычки не имел. Но виделись мы с Юрием Петровичем в пределах офиса часто, Матвей Иванович нередко отправлял меня к нему с поручениями, так что общались тесно. Был он человеком важным, сорока восьми лет, и весьма располагающей наружности. Я слышала, что его покойный отец приходился Воронову-старшему близким другом, поэтому Матвей Иванович ему доверял. Да и ко мне, когда я впервые появилась в «Сезаме», Долманский отнесся приветливо, поэтому у меня были все основания считать нас одной командой.
Однако презенты я не приветствовала, и финансовый директор это знал.
— Здравствуйте, Юрий Петрович. Что это? — я поздоровалась с мужчиной, сняла руку с груди, но сверток не приняла. Долманский спокойно положил его на стол и подвинул в сторону.
— Ничего особенного, Дашенька. Всего лишь конфеты, сущий пустяк! Небольшой презент вам от меня к Новому году.
— Спасибо, конечно, но это лишнее.
— Ну, что вы! Если бы я хотел себе позволить в отношении вас что-то лишнее, — мужчина по-доброму усмехнулся, — я бы подарил вам цветы, а не коробку шоколадных конфет. Я вижу, что Андрея Игоревича до сих пор нет, так почему бы мне не уважить вниманием не только своего секретаря, но и вас? Уж я-то знаю, как много вы лично делаете для «Сезама».
Услышать такое от одного из первых лиц компании было приятно, но и только. Будучи секретарем генерального директора не первый год, я ко многому привыкла. И к прямой лести тоже. Хотя, если уж честно, то это действительно больше походило на дружеский знак внимания.
— Спасибо, Юрий Петрович.
Однако легко усмехнуться в ответ не вышло, и глядя на мою перекошенную улыбку, мужчина вдруг подобрался на стуле и стал серьезнее. Пригладив ладонью висок, нервно кашлянул в кулак.
— Э-м, так что там Андрей, Дарья? Сегодня он тоже в офисе не появится? Жаль, очень жаль. У меня к нему столько рабочих вопросов накопилось. Даже и предположить не берусь, что его так отвлекло от нас. Вы, случайно, не знаете?
Плохим бы я была секретарем, если бы сразу не уловила в вопросе финансового директора допущенную фамильярность. И не догадалась по его взгляду, что интересуется он у меня местонахождением Воронова вовсе не случайно. В наше время мобильной связи, Шепелеву стоило сделать всего лишь один звонок коллеге (все равно кому), чтобы новость обрела жизнь со скоростью слуха. И мне стало понятно, что он его сделал. А значит к вечеру о нашей связи с Вороновым уже будет знать весь «Сезам».
Я сухо сглотнула и застыла в рабочем кресле. Машинально подвинув лежащий передо мной документ, застучала пальцами по клавиатуре, перенося его содержимое в компьютер.
— Нет, Юрий Петрович, не знаю, — постаралась ответить ровно. — Но, думаю, что сегодня он в офисе не появится.
И тут же вздрогнула, когда на мое запястье легли пальцы мужчины, а он сам, сбросив ногу с колена, подвинулся на край стула.
— Дарья, прошу вас. Вы не должны от меня ничего скрывать! Я всерьез обеспокоен отсутствием Андрея и его отношением к своим обязанностям! Сначала слёг Матвей Иванович, теперь пропал его внук. Уже больше недели он не выходит ни с кем на связь, не отвечает на звонки и не дает о себе знать. Я хочу знать, что происходит? Я ответственен за эту компанию, черт возьми!
У меня все-таки получилось улыбнуться мужчине, но очень натянуто. А вот руку освободить — нет. Пальцы держали на удивление крепко.
— Юрий Петрович, пожалуйста….
— Дарья, я должен знать!
— Андрей Игоревич занят! Но я уверена, что в самое ближайшее время он…
— Почему он держит контакт только с вами? Что это за салонные игры в шарады? Если он не готов брать на себя управление компанией, то должен был поговорить со мной! Я заинтересован в нашем успехе не меньше!
Мне вдруг стало обидно за шефа. Очень! Уж кто-кто, а Андрей замечательно со всем справлялся. Гораздо лучше своего брата и его помощников.
— У Андрея Игоревича прекрасно получается управлять компанией, и вам это хорошо известно! — возмутилась. — Просто есть обстоятельства, которые… Есть то, о чем… — я внезапно замолчала на полуслове, боясь сболтнуть лишнее. Сделав усилие, все же отняла у мужчины свою руку и нашлась с ответом: — Есть то, о чем я просто не могу говорить, вот!
Глава 48
Мы уставились друг на друга, но Долманский уступил первым.
— Прекрасно, — вдруг сказал, не став со мной спорить. Он уже вновь удобно расположился на стуле и важно приподнял тяжелый подбородок. — Что ж, тогда я иду в полицию. Немедленно! — сообщил. — И рассказываю им все, что знаю! Дольше так продолжаться не может! Пусть сами распутывают этот подозрительный финт с исчезновением, а мое терпение себя исчерпало!
Это и правда не могло продолжаться вечно и выглядело странным, тут я Юрия Петровича хорошо понимала.
На самом деле «Сезам» продолжал оставаться влиятельной строительной корпорацией, с рабочими договорами и обязательствами, с горячими проектами и активным движением на всех вертикалях компании. Ему необходим был руководитель, поэтому его отсутствие рано или поздно, а должно было породить вопросы. Так что отчасти беспокойство и возмущение мужчины выглядели оправданно.