Упал. Очнулся. Папа! (СИ)

— Потому, что ты там был, наверное, — не нашла ничего лучше ответить. И если сейчас Андрей спросит «с кем и когда?», ведь не придумаю, что сказать.
Он не спросил, стал рассказывать о ребятах-немцах, с которыми работает, и было интересно его слушать. Было приятно идти рядом, смотреть на ночной город и на него — уверенного в себе молодого мужчину, сегодня непривычно улыбчивого и… моего.
— Ты знаешь, я каждый день мысленно вижу какие-то картины из прошлого. Много всего. Чьи-то дома, лица, терминалы аэропортов… и тебя, — признался Андрей, и я удивилась:
— Меня?
— Да. Ты всегда знаешь, как остановить мои мысли и не дать свихнуться. Я чувствую, Даша, что память ко мне возвращается. Еще немного, и я все вспомню.
— Я уверена, что так и будет.
— Завтра мы с Вилли и Стефаном заканчиваем готовить яхту к отплытию, а послезавтра ребята снимаются с якоря. Уже почти все готово, остались организационные мелочи. А это значит, что нам с тобой пора подумать о новогодних праздниках.
— Завтра, Андрей, я расскажу тебе, как мы познакомились.
— А сейчас почему не хочешь? Хотя, дай сам догадаюсь. Я, наверное, задирал тебя и вёл себя, как самонадеянный кретин! Обычно так и ведут себя парни с девчонками, если они им очень нравятся.
В ответ на открытый и теплый взгляд невозможно было не улыбаться.
— Нет, я тебе не нравилась, иначе ты не доводил бы меня до слез.
— О, точно нравилась! Даша, верь!
— Ты задирал нос и хотел казаться важным и деловым. Даже не смотрел в мою сторону!
— Я?!
— Еще как! И здоровался через губу!
— А потом?
— А потом, однажды, ты поймал меня на руки, когда я чуть не упала с лестницы. Там было высоко — метра два, я сильно испугалась и удивилась, как быстро ты оказался рядом.
— И не отпустил?
— Ну, я бы так не сказала. Ты сравнил меня с мартышкой, которая вцепилась в пальму, и потребовал с тебя слезть!
Теперь уже я рассмеялась. Снег сверкал по обочинам лохматым инеем, уютно поскрипывал под ногами, а у губ от дыхания вился легкий парок. Андрей накрыл мою ладонь, лежащую на его локте, своей и изумился, посмеиваясь в ответ:
— Не может быть! Да я, наверное, был вне себя от радости и счастлив тебя спасти!
— Мне так не показалось. Ты рассердился!
— Это от неожиданности и потому, что я не мог тебя поцеловать, а хотел.
— Так уж и хотел? — я продолжала смеяться, и Андрей, остановившись, поправил на мне шапку.
— Очень хотел. Не сомневайся, я себя знаю!
Мы проходили мимо заснеженного сквера, и он, легко подхватив меня под мышки, поставил на резную скамейку у фигурного фонаря. Достав из кармана смартфон, попросил изобразить гордую королеву, пока он сделает фото, чтобы показать своим немцам, какая у него красивая жена. А я, рада стараться, изобразила мартышку. Ну и королеву совсем чуть-чуть. И только потом, широко улыбаясь, спрыгнула в крепкие руки. Которые на этот раз поймали и не отпустили.

Мы снова целовались, словно нам это было так же необходимо, как дышать. Все получалось само собой, без слов и просьб. Если бы сейчас я могла загадать желание, оно бы прозвучало так: «Пусть сегодня никогда не кончается. Пожалуйста!»
— Как же я хочу всё вспомнить, Даша. Сам!
— У тебя обязательно все получится!.. Андрей?
— Что?
— Я хочу, чтобы ты запомнил. Это лучшие дни в моей жизни, лучший вечер и ты — самый лучший!
В торговый центр мы вошли, держась за руки. Дух католического рождества и предстоящего праздника витал в воздухе и, несмотря на позднее время, в нем находилось множество людей и компаний. А у зоны кинотеатра и кафе — особенно. Андрей отошел от меня буквально на несколько шагов, чтобы купить билеты на романтическую комедию, когда меня внезапно кто-то окликнул и это стало большим сюрпризом.
Хотя нет, не так.
Не «кто-то». Я совершенно точно узнала обладателя голоса еще до того, как обернулась и увидела его самого.
Ужасный сюрприз, если не сказать хуже.
  
Глава 45
 
— Даша?! Даша, привет! Неужели это ты?! Вот это встреча! Сто лет тебя не видел!
 
Славка Петушок. Мой бывший. Отец Стёпки. Что он здесь делал, и почему именно сегодня мне суждено было его встретить — ответа я не знала. Мы не виделись почти пять лет. Он жил в другом городе, в другой жизни, существовал в другой части Вселенной, так почему же именно сегодня эта Вселенная решила нас свести?
Господи, неужели для встречи не нашлось другого момента и места?!
Я отвернулась от Славки так стремительно, как только могла. А пусть думает, что он обознался. Шагнула к толпе, пытаясь спрятаться за чужими спинами.
— Даша?
Или что я его не узнала.
— Эй, Касьянова! Это же я!
Да пусть что угодно думает, мне все равно!
Но Славка легко поймал меня за локоть и развернул к себе лицом. За эти несколько лет, что мы не виделись, он успел раздобреть килограммов на двадцать, сменить кудрявую шевелюру на короткий ежик волос и почему-то стать меньше ростом. А может это мне после Андрея так показалось? В любом случае он был заметно навеселе, стоял в расстегнутой куртке и, похоже, действительно мне обрадовался…
— Да уйди ты! Знать тебя не хочу! Откуда только взялся?!
…Потому что отпускать меня не собирался.
— Дашка, ты чего? — еще и обиделся на мое признание. — Я не писал и не приезжал, потому что Ленка к тебе ревновала, я же говорил! Как наши свадебные фотографии увидела, будто с цепи сорвалась. Такие мне скандалы устраивала. Каждый мой шаг проверяла — язва ревнивая! Я сто раз пожалел, что от тебя уехал! Но теперь все! — Славка снова широко и довольно улыбнулся.
— Что, все? — я глухо выдохнула, даже боясь думать, что сейчас меня ждет.
— А все! Я развелся с Ленкой и вернулся! Можешь меня поздравить, я снова холост и свободен!.. А ты где живешь? Я хотел вас найти, но думал, вы с детьми у твоей матери… Ой, Дашка, ты совсем не изменилась! Красота рыжая и такая же родна…
Славка полез пьяно обниматься, но вдруг крякнул глухо и отлетел назад. Едва не упал, так резко, одним движением оттолкнул его от меня вернувшийся Андрей.
В одной руке он держал ведерко с попкорном, но это не помешало Воронову очень серьезно прорычать:
— Эй, мужик, ты чего? В край оборзел? Убери от нее руки и пошел отсюда, пока я тебе по шее не дал!.. Даша, — обернулся ко мне. — С тобой все в порядке?
Физически со мной было все в порядке, но душа дрожала, как у зайца!
Славка изумился. И, кажется, неприятно озадачился. Драться Петушок, несмотря на свою фамилию, никогда не любил, а вот себя очень даже. И, видимо, по-прежнему полагал, что я по нему скучаю и жду.
Ну да, когда-то мы планировали с ним всю жизнь быть вместе и любить друг друга до гробовой доски. Когда-то, пока он не оставил меня одну с детьми в съемной квартире, забыл об обещаниях и не нашел другую. Я уже давно перестала его винить и о прошлом не вспоминала — некогда было. Так надо же было ему именно сегодня нарисоваться!
Славке бы сейчас все понять и уйти, но уязвленная гордость требовала сатисфакции.
- Что значит «пошел»? — возмутился он, поправляя на себе куртку и надуваясь от гнева в щеках. — И чего это ты мне будешь по шее давать? Ты ей кто такой? — с гонором вопросил у Андрея.
Прежде чем ответить, Воронов передал мне в руки попкорн и загородил собой.
— Муж, если ты не понял! — хмуро ответил и предупредил: — Мужик, ты начинаешь меня нервировать, и мне это не нравится. Отвали! И если перебрал, лучше по-хорошему!
Глаза у Петушка распахнулись, а вот углы рта тоскливо повисли.
— Даша, ты что, вышла замуж? — разочарованно выдохнул Славка и заглянул за широкое плечо. — Когда? И почему у тебя нет кольца?
 
Если бы могла, я бы закрыла глаза, спрятала пальцы, которыми обхватила ведерко попкорна, и вжала голову в плечи, чтобы не видеть удивленные глаза и не отвечать. Не Славке отвечать — Андрею. А он, я это буквально кожей ощутила, услышав из уст незнакомца мое имя, мгновенно напрягся.