"Фантастика 2024-158". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

Он посопел, видимо, раздумывая, я его не торопил. Наконец, мужчина продолжил:
— Не обнародуйте, господин! За еду работать буду! Нельзя, чтобы дети мои, кровинушки, о папке этакую дрянь выяснили.
— А что сделал-то? — я заинтересовался.
— Да на прошлом месте работы украл заколку старинную и в ломбард к Сорокиным снёс. А подумали на служанку новую, в тюрьму её отправили на два года, эх. Была бы возможность, всё переиграл бы, да опосля драки, сами знаете, ваше сиятельство, кулаками не помашешь. Я ей денежку высылаю, чтобы хорошо жилось, но вину за собой всё равно чую огромадную.
  
От таких откровений мне стало неуютно. Молодую девку на каторгу отправить? Хотя… девяносто процентов моих прошлых знакомых без колебаний и сожалений свалили бы вину на чужого человека, и это факт. Я общался с такими, внутри себя принимая их гниль. Ладно, побоку эту философию, всё равно людей не исправить.
— Хорошо, в остальных бумагах что?
— Да подобные мерзости, как мне думается. Ломбард же для таковых дел — место идеальное. А может, и ещё что, но столь же неприглядное. Господин, я уволен? Назначьте цену за бумагу, выкуплю, к ростовщикам пойду, дом продам!
— Ближайшую неделю ты тут работаешь, — прикинул я сроки. — А за это время я решу, как поступить с тобой. И много здесь таких должников вкалывает?
— Считайте, две трети в кабале, — махнул рукой управляющий. — Очень Сорокины с деньгами расставаться не любят. Не любили, точнее. Потому и собирали грешников отовсюду, чтобы, значится, платить меньше.
Я побарабанил пальцами по папке с документами, тут же вспомнив следователя, у которого была такая привычка. Ладно, с бумагами буду позже разбираться. Сиюсекундный порыв уничтожить всё махом прошёл, там может оказаться информация не только про таких вот почти безобидных преступников. А иметь рычаг давления на сильных мира сего никогда не помешает, хотя сомневаюсь, что смогу прибегнуть к подобному способу убеждения.
Краснодар, ул. Мира, д. 46, каб. 18
Алексей Львович мерил шагами кабинет. Его подчинённые с виноватыми лицами сидели, вжав головы в плечи. Наконец, мужчина остановился, обвёл взглядом начальников направлений и почти спокойно сообщил:
— Да, мои хорошие, я уже ничему не удивляюсь, когда дело касается Мангустова. Но почему я узнаю об этой короткой войне из полицейских сводок? Даже не из военных, хотя это их профиль, а из полицейских! — он набрал воздуха в лёгкие и гаркнул: — Почему, я спрашиваю?!
— Мы сами узнали только…
Договорить одному из подчинённых не дали, Львович вперил в него тяжёлый взгляд и прошипел:
— Узнали только что? Узнали только когда?! Я же на чистейшем, красивейшем русском языке вам всем сказал: глаз не спускать! Контролировать каждый шаг! Каждое движение, каждый чих! Мы должны, обязаны знать обо всём. Тут межродовая война, а не хер собачий! А если бы у братьев Сорокиных всё по плану вышло? Мы бы сейчас не здесь сидели. Ну, теперь я готов выслушать. Сергей, вы что-то говорили?
— Господин полковник, — начал речь тот, кого перебили, седовласый подтянутый мужчина лет сорока, со шрамом около рта. — Мы всё делали, как положено, но там скала упала прямо на дорогу. А эти гении поменялись машинами с теми, кто ехал навстречу. Кстати, мы их взяли, они тоже участвовали в схеме подложной войны, хотя и почти втёмную. Но догнать Мангустова не имели возможности, дорога была перекрыта напрочь, пока маги воздуха не скинули булыжник в обрыв.
— Типа это вас оправдывает? — ехидно ухмыльнулся шеф. — А что такое головной дозор, вы никогда не слышали? Академиев не заканчивали? Почему так безалаберно относитесь к заданию? Вы не догоняете, что это поручение императора?! Личное!
Он внезапно успокоился, во всяком случае, внешне, и уточнил:
— Ладно, закончилось всё хорошо, надеюсь, выводы сделаны. Какие ещё новости?
— Сегодня на шестнадцать часов у него куплен билет на поезд в Москву, — взяла слово молодая симпатичная девушка с выкрашенными в старушечий фиолетовый цвет волосами. — Его СБ императора вызвала в связи с уже закрытым делом о прорыве на Арбате и убийстве двух федералов. Наши аналитики считают, что это прикрытие. Возможно, у Мангустова встреча с кем-то уровня Орлова или Мышкина, а то и с самим главным. Но это лишь предположения, достоверная информация отсутствует. Жду указаний на эту тему.
Полковник побарабанил пальцами по подоконнику, рядом с которым остановился. После минуты тишины посыпались поручения:
— Так, соседние купе выкупить любыми способами. Хоть рассказывайте о повстанцах, которые их заминировали, но рядом с парнем должны быть только наши люди. В вагоне-ресторане установить сменяемое дежурство, туда и обратно Андрея сопровождать. Мне тоже билет, в самый дальний вагон. Хоть в сидячий, для черни, но чтобы пересечься мы не смогли. Где он сейчас?
— По нашим данным, — взял слово очередной мужчина — обильно потеющий, заплывший жиром здоровяк, в прошлом явный тяжелоатлет. — Он обследует своё новое приобретение — дворец братьев Сорокиных. Наши люди дежурят по периметру, внутрь не лезем. Указания будут?
— Указание одно! Не упустить и не засветиться, все помнят? А ещё охранять!
Спустя тридцать минут, там же
— Лёшенька, ну бросай ты уже эти бумаги, я вся горю! — фиолетововолосая симпатяга прижалась грудью к спине мужчины. — Обрати, наконец, на меня внимание!
— Ещё минуту, красавица, — Алексей Львович мельком взглянул на свою помощницу и продолжил изучать отчёты. — Задание императора — лучший шанс возвыситься… Или рухнуть в пропасть. Так что подожди!
— Лёш, да что такого в этом пареньке? Нищий граф, а мы носимся с ним, как дурак с писаной торбой!
— Поверь, родная, я тоже хотел бы знать. Очень хотел бы…
* * *
На этот раз купе я не выкупал целиком, взял одну нижнюю полку, но на удивление попутчиков у меня не было. Убрав сумку, сел к окошку и стал наблюдать привокзальную суету. Буквально перед самым отправлением дверь открылась, и зашла девушка.
Её бледно-фиолетовые волосы тут же напомнили мне родную бабулю, ещё в том мире, в доперестроечные времена тотального дефицита. Краску до волос достать было нереально, и она красила шевелюру, разбавив пасту из шариковой ручки. Хотя, может, ещё чем подручным, но своим оттенком волос бабушка весьма гордилась… Посмотрев на попутчицу, подумал: «Интересно, это её натуральный цвет? Розовые волосы есть, почему не быть таким?».
Мы быстро разговорились под мерное перестукивание колёс на стыках рельс. Девушка представилась Анной, оказалось, что она едет в Москву по делам, в командировку, а место работы обсуждать отказалась. Вечером мы сходили в вагон-ресторан, удививший меня практически полностью занятыми местами, и завалились спать.
Утром ситуация в вагоне-ресторане повторилась, и было заметно, что посетители почти те же. Они что, не уходили?
Кстати, Либи до сих пор не объявилась, похоже, ушла в загул с новой-старой подружкой. Отмечают освобождение дракоши, не иначе.
Заселился я в ту же гостиницу на Арбате, а оттуда на такси добрался по указанному в повестке адресу. Продемонстрировал бумагу вахтёру на входе, и он направил меня в нужный отдел. Мужик в кабинете, прочитавший бумагу, заговорщически подмигнул.
— Легенда, значит, нужна. Понимаю, да. Всё оформили, даже среди наших никто в курсе не будет, не переживай.
Я поблагодарил эсбэшника и поехал домой, ну, в гостиницу.
Следующим утром привёл себя в достойный приёма у императора вид и отправился на встречу, немного волнуясь. Все записи гномки были заботливо собраны в папочку, которую я нёс под мышкой.
На входе меня знакомо обыскали и проводили в небольшой зал, где тот же самый старикан таким же скучным и нудным голосом начал объяснять мне правила на встрече с главой. Всё это я стоически выдержал, и, наконец, передо мной открыли заветную дверь. Прошёл мимо алебардистов и оказался в кабинете.