Ковчег. Компиляция (СИ)

Следом появилась грибковая масса. Там, где разлилась кровь, начали прорастать белёсые щупальца микоризной слизи. Они вспухали и росли прямо на глазах, трепеща от каждого дуновения влажного воздуха. На шее Шерры, где прорезал кожу метательный клинок, выросло что-то вроде венчика из спор – в виде кольца с красноватыми каплями на концах, каждая из которых время от времени лопалась, выбрасывая микроскопический рой. К телу Строна начали подползать насекомые – но не обычные. У этих существ были хитиновые панцири цвета высохшей глины, и острые жвала, будто ножницы. Двое вцепились в рану на боку, другие начали методично выгрызать глазное яблоко. Их тела переливались пыльцой и источали запах уксуса и плесени.
  
Когда тени стали длиннее, а сумерки всё же сгустились, появились и хищники. Первый из них – шарожук – прокрался бесшумно, как механическая тень. Его тело было шарообразным, окованным костяным панцирем, с ножками, как у краба, и парой клешней. Он шёл не по запаху – а по колебаниям воздуха, по пульсу распада. Его клешни щёлкнули, и через пару секунд он уже отгрызал руку у трупа Греты, игнорируя всё остальное.
Но самым опасным оказался мозгокорень – чёрная сплетённая масса, расползавшаяся, как ожившая сеть. Он не ел… Он поглощал. К месту битвы его привела вибрация боли и страха, словно отпечатавшаяся в воздухе. Мозгокорень просочился из-под земли, щупальцами из древесных волокон оплёл тело Клюва, и затем вонзился в его череп через глазницу, в буквальном смысле врастая в ткани мозга, основывая там свою новую колонию. Вскоре из остатков черепа этого несчастного выплеснется новая колония, в которой будет несколько таких существ. Которые также будут питаться этим телом. Так как в нём было ещё много нервных волокон, что были для них весьма существенным подспорьем для роста.
Шарожук почуял его присутствие и поспешно ретировался, унося с собой половину ноги. Даже хищные растения предпочитали держаться на некотором удалении от этого существа. И всё только потому, что и они сами могли стать его жертвой. Поблизости прокричала птица с голосом, как у младенца. И её крик перекликнулся с дрожащим гулом из глубины чащи. Зелёная бездна приняла кровавую дань. Но она не насытилась. Она никогда не насыщалась…
………….
Когда сгустившийся вечер начал окрашивать Зелёную бездну в багровые и чёрные тона, выжившие охотники всё же вышли к границе этой весьма опасной территории. Они шли быстро, почти бегом, и даже не оглядываясь. Позади них оставались тела… Бой… И пугающая тишина… Которую не смывали даже звуки дикой чащи. Их лица были усталыми, запылёнными, с прилипшими к коже брызгами пота и чужой крови. Их шаги сбивались от усталости, но они не снижали темпа. Уставший, но живой, всё равно лучше, чем мёртвый и удобрение для бездны.
Последним, немного в стороне и чуть в отдалении от всей основной группы, двигался Серг. Он держался так, будто вовсе не устал, а его глаза продолжали внимательно сканировать растительность вокруг, улавливая любое движение. Его походка была настороженной, но уверенной. Как у хищника, который сам прекрасно знает, что охота ещё может не закончиться. Вскоре они всё же достигли укреплённого периметра. Того самого защитного рубежа, отделяющего край Зелёной бездны от территории поселения. Это был не просто забор или баррикада. Нет. Из-за близости территории Зелёной бездны здесь всё было куда серьёзнее. Трёхуровневая линия обороны, из крепко сбитых металлических секций, приваренных прямо к несущим балкам сектора. На вершинах секций торчали частые арматурные колья, направленные наружу, обмотанные спрессованным и закалённым в кислоте колючим хлыстником, тем самым растением, смертельно опасным для местной фауны. Между кольями можно было заметить многочисленные растянутые нити с металлическими пластинами, издающими пронзительный звон при любом прикосновении. Это была не просто сигнализация. Это было фактически настоящая система отпугивания. Хищники Зелёной бездны не любили резких звуков.
А впереди имелся полноценный пропускной пункт, полукруглая укреплённая платформа с толстыми металло-полимерными стенами и массивной створкой ворот, открывающейся только внутрь. На стенах можно было разглядеть частые бойницы. За которыми мелькали силуэты бдительных дозорных. Каждый из них был вооружён самострелом и мечом. Были и копья. Кто-то держал даже полноценный гарпун с возвратной верёвкой. Всё выглядело крепким, обжитым, но явно изношенным – как и весь посёлок, существующий на грани жизни и смерти.
При приближении группы один из охотников, тот самый мужчина с перевязанной рукой, по кличке Зан, коротко крикнул что-то, и ворота довольно громко заскрипели, медленно отъезжая в сторону. Механизм был простой, ручной, с защитными рычагами. Двое дежурных, слегка щурясь, смотрели на приближающихся с подозрением и облегчением одновременно.
– Это Зан. Мы прошли достаточно далеко вглубь Зелёной бездны. – Быстро проговорил охотник, словно в ответ на немой вопрос, что сквозил в этих взглядах. – Были даже в двадцатом секторе. Но при возвращении нас ожидала засада. Опять эти ублюдки, что на возвращающиеся группы охотились, объявились. Но в этот раз им не повезло. Нам помогли выжить. Этот… И он с нами. Идёт в Нью-Дели… Один…
После такого рваного доклада, он указал на Серга. Тот молча кивнул, не отводя взгляда от ближайших кустов. Дежурные посмотрели на парня. Один нахмурился, другой прищурился.
– Один? – Коротко хмыкнул старший страж, и медленно покачал головой. – Через бездну-то? Что-то не особо верится…
– Один. И жив. – Коротко пожал плечами Зан. – Без него нас бы сейчас не было. Мы бы все там остались…
Взгляд охраны стал жёстче, но молчаливое уважение всё же отразилось в прищуре глаз. Один из них всё же прошёлся вокруг Серга, внимательно изучая снаряжение молодого охотника, оружие, и даже понюхал воздух рядом. Словно ловя следы чего-то чужого и опасного. Другой быстро записал рассказ охотника в потрёпанный журнал. У пропускного пункта была встроенная платформа – некий импровизированный дезинфекционный барьер. Каждый проходящий обязан был пройти через капсулу-арку, где из распылителей выбрасывался пар из антисептика и микроскопических спор-репеллентов. Он ложился на кожу и одежду, пах сильно – смесью масла, металла и лекарственной гнили.
Как и все, Серг не отпрянул, и даже не моргнул. Только слегка наклонил голову, пропуская через себя струю пара, и прошёл дальше, как будто делал это сотни раз. Но те, кто смотрел, не могли не заметить одного. Он почти не моргал. И в его походке не было ни грамма страха перед бездной, будто она была ему домом. Проходя за последние ворота, он всё же оказался на улочках посёлка. Низких, плотных, покрытых переплетёнными сетями и старыми пластиковыми панелями домах, с цепями от хищников, яркими сигналками, канатами и балками для экстренной эвакуации. Люди, сновавшие туда-сюда, моментально заметили охотников, но настоящим объектом их внимания стал именно Серг. На него смотрели с любопытством и… Определённой настороженностью. Ведь слухи-то уже пошли? А значит от пересудов никуда не денешься.
– Один? И по территории Зелёной бездны ходит? – Повторилось где-то на заднем фоне. – Да как такое вообще может быть возможно?
– И он до сих пор живой? Один. Ты это видел?
– Да ну… Может, из врёт? Или мутант? Ну, а как иначе он мог бы там выжить?
Но ни один из охотников, что пришли с ним, не пытались подвергнуть сомнению слова парня. И всё это было, по своей сути, молчаливым признанием. Серг же ничего не отвечал на такие возгласы. Он был здесь не для славы. Просто дошёл, потому что знал, что мог. И пока остальные охотники направились по своим домам, или пошли сдавать на переработку свою добычу, он стоял на краю улицы, ощущая, как дрожь в земле под ногами понемногу уходит. Бездна осталась за спиной. Но его путь только начинался. По крайней мере, по обжитым территориям. А с этим у него всё же могли возникнуть некоторые сложности. Ведь, как не крути, он уже достаточно сильно отвык от такого количества людей, что снуют вокруг по своим делам. И этот факт сейчас его достаточно сильно напрягал…