Группа Авансюр (СИ)
Покупатель с величайшей осторожностью и опаской открыл книгу. Действительно, как Майка говорила, на второй страницы фоном для иллюстрации служил отпечаток чей-то жопы, таким причудливым образом навсегда вошедший в анналы истории. Обожаю современное искусство. То испорченный воздух после неудачного обеда в банках консервируют, то вот такое…
Внезапно в комнату ворвался Старшина и, не обращая никакого внимания на присутствующих, заорал с порога:
— Командир, срочно выдай 300 монет!
— На что? — недоуменно спросил я.
— На бездарей, коих ты мне подкинул три дня назад. Дал посмотреть этим недоноскам магическую гранату, так они захотели посмотреть, как она устроена. Ну, и рвануло! Оба на перерождение и еще 10 монет ушло на уборщика полигона по-тихому обгорелые остатки быстро собрать, а то вонь, как от братского захоронения по законам викингов висела. Чтоб им там, в Вальгалле, боги по голове настучали за подобные выходки! Ой, а это что? — обратив внимание на книгу, под которой скопилась лужица крови, Старшина перелистнул несколько страниц и остановился на иллюстрации божества, пытающегося огромным корявым отростком совратить невинную жертву противоположного пола прямо через прожжённую дыру в юбке. — Я такого издания «Камасутры» еще не видел… — удивленно произнес вояка, случайно приложив палец к дыре. В тот же момент из книги вылетела крохотная молния и Старшину долбануло электрическим разрядом. С диким болезненным криком он отпрыгнул в сторону, став ощупывать вмиг почерневшее место на скуле.
— На страницах тоже бьет, как видите. — подчеркнул я, кивая на матюгавшегося вполголоса Старшину.
— Возьму за семь. — клюнул один из покупателей в темно-синем плаще. — Такую в реал, враз бы отучила жену письменный стол шмонать в поисках любовных связей.
— Мне такая в Лариссе нужна над гостями на приемах подшучивать. Беру за восемь. — откликнулся второй в зеленой накидке.
— Девять. — повысил ставки первый.
— Девять пятьсот.
Старшина непонимающе смотрел на покупателей, не врубаясь в смысл происходящего. Повернувшись к нему, я скорчил роду в невероятной гримасе и поднял палец вверх, пытаясь достучаться до его солдатских мозгов. Майка же просто переводила растерянный взгляд с одного покупателя на другого, еще не осознав, что в комнате разгорается жаркий аукцион по поводу обхаянного ей произведения искусства, написанного за тысячу лет до первого появления тошнотной беллетристики похожего стиля и качества рисунков.
— Десять.
— Да за десять я ее собственными руками порву и испепелю к чертовой матери! — взревел Старшина и потянулся к книге. — В один миг спалить мои роскошные бакенбарды, которые я последние две недели так усердно взращивал? Никаких денег не жалко! Командир, отдам с рейда, — добавил он и потянулся к книге.
— Двенадцать, и ни солидом меньше! — решительно перегородил ему дорогу синий плащ.
— Шестнадцать! — рука синего плаща была безжалостно откинута в сторону зеленой накидкой. — И в довесок неплохая работенка для твоего отряда!
— Стоп! Что за работа? — заинтересовался я последним предложением.
— Из Лариссы в Метеоры скоро отправится конвой для сопровождения обоза со святыми мощами и телом недавно умершего великого и почитаемого старца, жившего в Лариссе. Могу предложить ваши кандидатуры для участия в этой почетной миссии.
Во рту у меня пересохло. За паршивую книгу с дешевыми магическими трюками 16000 монет плюс довесок в виде имперской подработки?
«Вам предложена миссия сопровождения святынь Империи. Редкие отряды удостаиваются таких почетных предложений. В случае выполнения ваша карма +40 баллов, карма отряда +120 баллов. В случае поражения ваша карма —30 баллов, карма отряда −60 баллов».
Еще и это? Я угрем метнулся к столу, схватил книгу и сунул ее в руки счастливого обладателя зеленой накидки. Пусть теперь его с гостями молнии со страниц шарашат, да так, чтоб на штанах мокрое пятно проявлялось.
— Господа, полагаю, торги окончены. — отчетливо произнес я, внутренне ликуя от нежданной удачи, свалившейся с небес на моего персонажа. Надо найти храм с богом наемников и поставить свечку за повышенное внимание к благочестивым прихожанам с мечами в руках. Кстати, неплохо бы для начала узнать, как его зовут.
Командир, а что это было? — спросил Старшина, только за посетителями закрылась дверь.
— У отряда снова есть деньги и неплохая подработка к будущей наемнической пенсии.
— Это дерьмо продано за шестнадцать тысяч? — неверяще спросила Майка.
— Ну да. Автор из известных в игре, впечатляющая обложка, дерется не по-детски, вон, посмотри на бывшего тренера, не всякий воин сможет ему такой впечатляющий фингал на рожу поставить. Отчего ж не купить такое необычному самаритянину, не знакомому с депрессивными дебрями теплотрасс — усмехнулся я в ответ. — Сейчас такой библ-флуд среди городской публики популярен, как никогда, ввиду прямого хода из горла прямиком к толстой кишке.
— Куда катится мир, — прошептала Майка.
— К всеобщей аннигиляции через очищающий костер ядерной войны. — уверенно ответил я.
— А мы?
— А что мы? Мы в данный момент обычные представители семейства наемников. А значит, жизнь надо прожить так, чтобы в гроб не пришлось класть на живот. Потому что если положат на спину, то глаза будет щипать, когда люди будут писать на твою могилу, как кто-то шутил. Вот и крутимся потихоньку, убегая от клановых акул и закусывая безрассудными мальками, отбившимися от основной кормушки. Старшина, возьми деньги и чеши вызволять молодежь из небытия, пока их в каменоломни не записали в очередь. Видел, какой там ушлепистый фрукт в бейсболке перед турникетом сидит?
Вояка, получив мешочек с монетами, тут же исчез, а я спросил у магички, кто является богом среди наемников. Она не нашлась, что ответить и клятвенно пообещала, что изучит этот вопрос дома. Я же, оставшись вскоре в гордом одиночестве, сел на диван, вытянув загудевшие от последних событий ноги. Поскольку экономика — это наука о удовлетворении безграничных потребностей ограниченными ресурсами, получив на руки сто с лишним тыщ в национальной, вечно падающей валюте надо задуматься о переводе части заработанного в Гондване в реал и наконец стать через какое-то время счастливым обладателем четырехколесного вымогателя денег, ради которого не обидно урезать себя в расходах на другие удовольствия. Хотя ладно, не к спеху. Вечером обязательно почитаю о будущем грузе и возможных опасностях при его сопровождении. Хотя в чем его ценность? Кто позарится на мертвеца, будь он трижды святой, вместе с грудой мощей, которые невозможно продать за хорошую цену без молчаливого одобрения церкви и вообще получить глыбой в лоб от разгневанных богов? Какая-то очередная загадочная хрень по мою душу, не иначе. Ничего, пусть горгульи Нотрдама завидуют, у них уже который год ремонт идет после пожара. Годами пылиться в мучительном ожидании толп туристов за строительной сеткой гораздо хуже, чем задорно нестись, поднимая за собой клубы пыли, неведомо куда, подчас рискуя собственным здоровьем.
Глава 21
С караваном, везущим мощи и тело именитого старца все оказалось не так, как думал. Напрасно мне представлялись во сне хоругви, расшитые золотом, скорбные речи местных градоначальников перед отправкой в путь и толпы горожан, провожавшие конвой, выезд из города протекал весьма буднично. На рассвете, когда Ларисса только просыпалась, обоз с шестью крытыми возками и телегой с крепкой деревянной клеткой, сопровождаемый дюжиной имперцев спереди и нашим отрядом сзади, без всякой помпы выдвинулся из города. Из всех отличительных знаков торжественной процессии в наличии было полотнище с вышитым крестом, также крестообразно закрепленном на высоком древке. На одном возке лежал ящик с усопшим, другой был заполнен двумя священнослужителями с челядью, роль которой исполняли три послушника, в третьем ехали сундуки с мощами, а в остальных лежал весь необходимый скарб для путешествий под открытым небом. Вот телега с клеткой вызывала недоумение. В ней определенно кого-то везли, но понять, что или кто там, не представлялось возможным. Бесформенная груда тряпья на фоне охапок полусгнившей соломы. Вот и все описание «почетной миссии», на которую мы подписались. Ерунда какая-то. Помимо всего, безудержно хотелось спать, я не жаворонок, поэтому, едва обоз выехал из города, стал так отчаянно зевать, что Монах предложил выйти из игры и нормально отоспаться дома, пока ко мне в рот не залетела ворона, настолько широко он открывался при непроизвольных зевках. Я с радостью согласился и до двух дня бессовестно продрых на любимом всеми фибрами диване.