Мы убиваем за Игниум (СИ)

— Мы захватили их танк, лорд Наблюдатель! — крикнул их командир, снимая фуражку.
— Молодцы, ребята, — Ян им улыбнулся и подождал, пока проедут. — Дело в том, Марк, что у меня всего три исправных бомбы. Вернее, я думаю, что у меня их три, на самом деле они вообще могут не работать, все три. Но даже если я взорву их разом, всех врагов они не уничтожат, а те меня размажут. Нам от взрыва вреда больше, чем им. И я не могу вечно им грозить по любому поводу, рано или поздно они всё равно атакуют, не смотря на угрозу. Так что оставлю это, когда опять всё станет слишком плохо.
— Тогда почему они отступили? Они же тоже понимают, что твоя бомба не могла уничтожить их за раз?
— Потому что если бы один из Великих Домов потерял своего исполина, то стал бы следующей целью после меня, — Ян говорил медленно и таким отвратительно терпеливым голосом, будто объяснял ребёнку. — Без исполина любой станет намного слабее, его сожрут соседи. Поэтому остальные Дома и отступили, я думаю так. Кэлвин не стал рисковать, и даже Лукас Сантек ушёл. Да и у них нет же единого командира, у них вроде как все равны. Но если понадобится, они нападут. Ну а пока бои будут идти своим чередом, и нам будет тяжело.
— Но может потом получится объявить мир? — спросил я. — Когда южане вымотаются?
— Никакого мира, пока Кэлвин Рэгвард жив. И этот, — Ян остановился. — Как его звали?
— Кого?
— Внука старого Нага Клайдера. Который тогда расстрелял из автомата своего деда. Не помнишь?
— Помню всё, кроме имени.
— Неважно. Он теперь лидер дома Клайдеров. И за то, что случилось с Ланой, он умрёт.
Я и сам не забыл, как ригги мятежников обстреливали Академию. Не забыл и Лану, погибшую на моих глазах. Так что злость Яна понимал.
Мы прошли мимо оборонительных линий. Здесь раньше была деревня, но население эвакуировали ещё севернее. Теперь тут пустые дома, а на окраине располагалось большое кладбище. Могил не видно из-за сугробов, только верхушки вкопанных столбиков торчат из-под снега.
— Бои тут наверняка всё уничтожат, — сказал Ян. — Плохо, не получится им полежать спокойно. Кстати, раз я теперь Наблюдатель, то где меня похоронят? На том кладбище рядом с Академией или…
— Ян, ты бы… — я огляделся, чтобы посмотреть, не слушает ли нас кто-нибудь. Не хватало ещё, чтобы солдаты увидели такое нарушение субординации. Но охрана далеко. — Янек, ты бы заткнулся со своими кладбищами. Надоел, честное слово.
— Извини, — Ян нагнулся, зачерпнул снега и слепил в шар. — Иногда хочется, чтобы всё стало, как раньше. Когда я был Вторым Номером и не собирался править. Но приходится привыкать. А ещё надо говорить с генералами и разбираться с Валентином.
— Он чуть не угробил свою риггу, — сказал я.
— Верно, — Ян швырнул снежок в сторону и отряхнул руки. — Без Ищейки мы можем проиграть. Но ты же видишь Валя каждый день, он живёт только благодаря злости и тому, что пилотирует шагоход. Если я у него это отберу, останется только злость на брата, и Валь быстро угаснет.
— Может, дать ему обычного? — спросил я и понял, что сказанул ерунду.
— Ищейка — это единственный шагоход, которым можно управлять без ног. Не знаю, я пока думаю. Я просто надеюсь, что он всё же когда-нибудь успокоится и придёт в себя. Мне его новое чувство юмора совсем не нравится.
— Мне тоже.
Мы прошли вдоль укреплений, а затем вернулись. Все три наших исполина стояли в ряд, укрытые за большим холмом, их осматривала целая команда механиков. Возле наших с Яном ригг никого, все столпились около Ищейки.
— Если он её повредил, — сказал Ян. — То я назначу для неё другого пилота. Будь что будет, но я не могу так больше рисковать.
— Ты прав, — я обхватил себя руками, терпеть холод не было сил.
— Да ты что не сказал, что замёрз? — Варга забеспокоился. — Пошли уже в тепло. Я-то думал, тебе нормально. Да и пора общаться с нашей старой гвардией генералов.
— С нашими старыми пердунами? — я фыркнул.
Ян огляделся и захохотал.
— Главное, не забудь их похвалить за сегодня, — добавил я. — А то они передерутся.
 
— Эй, ребята! — раздался окрик.
К нам бежала Мария, чем-то размахивая.
— Не надо так бежать по холоду, — сказал я. — Простынешь.
— Я купила для тебя у бабушки одной, — Мария протянула мне пару варежек. — Она вяжет из шерсти. Ты же говорил, у тебя пальцы мёрзнут.
— О, спасибо, я же просто так сказал, — я хотел сначала снять перчатки, но решил натянуть варежки сверху. — Как осмотр?
— Проверили шагоход Валентина, — девушка пошла рядом с нами. — Копьё там ничего не прожгло, всё нормально, ничего не сломано. Ян, — она посмотрела на Варгу. — Ты не ругайся на него, пожалуйста.
— Всё равно надаю ему по ушам, — сказал Ян. — Мне нужна эта ригга. И мне нужен он, потому что только он… неважно, просто нужен и всё.
Мы уже подходили к штабу, а нам навстречу ковылял, опираясь на клюку, престарелый генерал Петрак.
— Всё проверили, господин Варга? — крикнул он дребезжащим голосом.
— Да, я осмотрел линии обороны, — ответил Ян.
— Лилии у дома? — генерал Петрак нахмурился. — Какие лилии зимой?
— Он говорит, что осмотрел линии обороны, — сказала Мария.
— А, спасибо, Мария, а то глухой совсем стал.
— Я вам чай купила, как вы просили, — девушка отдала ему мешочек.
— О, сегодня заварю, — генерал потянулся за мешочком, но остановил руку. — А он точно из Бинхая?
— Точно-точно.
— Вот и славно, — генерал жестом пригласил нас в дом. — Прошу пожаловать на совет, господа.
Я всегда подозревал, что генерал только притворяется глухим. Но кто его знает, голос у Марии достаточно звонкий.
Ей не надо было на совет, так что в тёплый протопленный дом мы вошли без неё. Очки Яна мгновенно запотели и он их снял. А я почувствовал, как начинают болеть промёрзшие бёдра и пальцы на ногах.
Как же я ненавижу холод.
Я уселся у печки рядом с Кичиро Кобаяши и снял перчатки с варежками. Бывший управляющий Академии пожал мне руку. Помощь Кичиро переоценить трудно, у него огромный боевой опыт. Он сдержал слово, когда говорил, что поможет нам с обороной, если мы пустим к себе персонал компании и Академии.
Теперь он с нами, помогает обороняться, а войска больше несуществующей компании «Мундус Игниум» тоже на нашей стороне, включая полтора десятка ригг. Боевые машины окольными путями добрались до нас, когда до них дошли вести о происходящем в Академии.
Правда, у нас не было возможности адаптировать эти шагоходы под наши суровые условия, так что они просто ждали потепления, чтобы принять участие в боях. Старый Герберт тоже дожидался своего часа.
Возле печки было жарко, но в комнате, где собрались старые генералы, всё кипело и так.
— Я не буду ставить игниумовые копья на свои ригги! — кричал генерал Ковальчук. — Ни за что! Кодекс придумали не для того, чтобы его нарушать.
— Кодекса больше не существует, — мрачным голосом произнёс маршал Климов. — Можешь спросить у моего сына, что он думает по этому поводу.
— Сегодня они стреляли по городу, — сказал генерал Соколов. — Двадцать лет назад мы о таком и подумать не могли, а сегодня… А если бы там оставались люди? Да у каждой долбанной ригги было по сраному копью! Наши предки переворачиваются в гробах от такого! Они не допускали этого варварства!
— Времена меняются, — сказал Климов. — А это всё из-за компании и Академии. Если бы они не забрали наших детей, мы бы научили их соблюдать Кодекс. И наши враги тоже научили бы своих.
— В армии Рэгварда в командирах одна молодёжь, — вставил Влад Радич. — Он попросту не допускает стариков вроде вас к командованию. Это и правильно, молодёжь не предаётся воспоминаниям, как хорошо раньше жилось, а проводит наступление.
Престарелые генералы встретили слова Радича гулом неодобрения. Ян поднял руки и все замолчали.
— Первую волну мы сдержали без больших потерь, — сказал он. — А враг потерял много людей и техники, пока пытался занять город. Так что я думаю, что сегодня все генералы поработали на все сто, и я вам благодарен.